Облики Астаны и Алматы - степное градостроительство в форме лего и пирамид

Недавно президент Казахстана Нурсултан Назарбаев поручил правительству Астаны переделать уже в третий раз генплан столицы. Первый проект, принятый в 1997 г., просуществовал всего два года и затем был отдан на растерзание группе «Сауд Бин Ладен» из Саудовской Аравии, которая взамен 700 гектаров астанинской земли обещала «подарить» городу, уже без генерального плана, облик, подобающий столице современного государства.
Вместо этого стороны получили судебную тяжбу за землю. А у приглашенного из Японии архитектора Кисе Куракавы, принявшегося за создание нового генплана, как показывает нынешняя ситуация, расчеты на будущее развитие города оказались ошибочными. Кроме того, японский зодчий не учел специфику принятия решений чиновниками Казахстана, когда генплан может существовать сам по себе, а строительство осуществляется согласно их собственным планам и интересам, приносящим им выгоду. В результате, в Астане строительство без соблюдения каких-либо архитектурных норм и требований превратилось в обычное дело, которое, к тому же, приносит большие прибыли чиновничьей рати и ее компаньонам по строительному бизнесу.
Как вообще можно начинать строить город, не спроектировав улицы, дороги и инфраструктурные объекты, обеспечивающие его жизнедеятельность и гармоничную связь с окружающим миром? Оказывается, можно. Но теперь надо срочно принять новый генплан Астаны, потому что появился шанс внести столицу Казахстана в книгу рекордов Гиннеса, как город, который в течение 10 лет трижды поменял основу градостроительства. Это принесет Астане первую мировую известность и, возможно, обеспечит право принять у себя, вслед за Лондоном, Олимпийские игры в 2016 г. Бывшая столица Казахстана Алматы, из-за плохой экологической обстановки, уже потеряла шанс стать зимним олимпийским центром в 2014 г. 
В погоне за мировой славой при строительстве Астаны нарушаются архитектурные каноны, вводится табу на критику и отсутствует профессиональное обсуждение проектов. Как высказываются известные архитекторы Казахстана, вместо конкуренции идей происходит состязание «кошельков и связей». При этом, ничего хорошего для развития архитектуры в стране это не дает, а приглашенные иностранные спецы «вынуждены» за короткий срок и за огромные деньги копировать для Астаны позавчерашний день архитектурной мысли западных стран. Так, в столице появились сооружения-гибриды, такие как «Транспорт-Тауэр», получивший в народе прозвище — «зажигалка», благодаря своей форме и часто возникающим в нем пожарам. Здание Министерства финансов, копирующее формы дома компартии Франции, построенного в Париже еще в 1966 г., в народе окрестили «долларом».
В прошлом году известный британский зодчий Норманн Фостер в сверхкороткие сроки спроектировал и построил «Дворец мира и духовного согласия» в виде пирамиды, повторяющий облики казино-отеля в Лас-Вегасе, пирамиду у Лувра в Париже, развлекательного комплекса в Казани, не говоря уже о самих египетских пирамидах. И никто ведь не подсказал, насколько абсурдным выглядит возведение в стране с преимущественно мусульманским населением дворца, олицетворяющего духовность в виде пирамиды. Это сооружение не отвечает ни менталитету казахского народа, ни традиционным формам народного зодчества. На самом деле, высокие иностранные гости, посещая новую столицу с бывшим названием «белая могила» и видя несуразицу дико торчащих в степи строений, задаются многими вопросами. Один из главных — степень глубины духовных начал казахского народа, образцами архитектурных шедевров которого стали уродливые зигзаги и извилины чудовищных громадин посреди открытой степи!?
Говорить в оправдание, что в объектах столичного строительства соблюдается «интернациональный стиль», не стоит, поскольку это не так. В этом году Фостером получен очередной заказ на строительство в Астане развлекательного комплекса «Хан Шатыры», который, скорее всего, повторит очертания олимпийского комплекса в Мюнхене. При этом, не стоит забывать, что любая копия всегда будет хуже оригинала. Таким образом, теряя шанс на самовыражение, Астана обезличивается, а ее сооружения все больше напоминают игрушку лего, правда, очень дорогую.
Так, в 2004 г., во время саммита СНГ в Астане, один из московских журналистов, рассказывая по телевидению о грандиозности сооружения, где проходило заседание глав государств, ненароком добавил, что «красивые на вид большие двери зала, оказывается, изготовлены из пластмассы», то есть просто представляют собой качественный муляж. Более того, мраморные колонны на поверку оказались имитацией, выполненной из китайских материалов с вредными химическими примесями. Видимо, и тут сработала система откатов… Ну не может казахский чиновник не воровать. Даже на строительстве президентского дворца. Вопрос: с кого берут пример?..
Из-за погрешностей, допущенных в конструкции при возведении здания Мажилиса Казахстана в январе этого года, строители начали изнутри разбирать его стены, в целях утепления помещений для мерзнущих в нем депутатов. По мнению специалистов, необходимо демонтировать и заново переделать также наружные стены, но чиновничий ряд, привыкший рапортовать об успехах в создании новых достопримечательностей столицы, не допустит этого, так как боится поднять излишний шум. Такую же «профилактическую» работу ожидает и здание Сената. А сколько еще таких «больших игрушек» в Астане, которых надо заново разбирать и собирать за счет народных денег? Между прочим, на один из символов казахской государственности — здание парламента — своих денег у Казахстана не хватило. Этот объект является подарком Саудовской Аравии. Такие вот дела.
На фоне торжественных рапортов о росте жилищного строительства в Астане, становится привычным делом возведение «муравейников», таких как жилкомплекс «Москва», где на площади чуть более двух гектаров размещены 720 квартир. При строительстве таких комплексов пренебрегаются вопросы инфраструктурного развития районов и создания зеленых поясов. Отсутствие нормативных документов, регламентирующих высоту, позволяет строительным компаниям, которые стремятся получить максимум прибыли с одного объекта, в два раза завышать плотность заселения в них жильцов. В то же время, казахстанцы не могут обеспечить себя жильем из-за его нехватки и спекуляций на рынке недвижимости. Заоблачные цены в 4–5 тыс. долларов за квадратный метр жилья не дают возможность использовать ипотечный кредит. Его не может позволить себе даже хорошо зарабатывающий сотрудник коммерческой структуры.
В генплане, разработанном японцем Куракавой, численность населения Астаны к 2010 г. должна составить 450 тыс. человек, тогда как уже сейчас в городе насчитывается почти 750 тыс. жителей. Астана не выдерживает нагрузки автотранспорта, количество которого выросло в десять раз. Все это отражается на экологии города. Техногенную нагрузку на городскую среду обитания в Астане, вкупе с деятельностью предприятий и ростом трафика, увеличивает продолжение стихийного и аврального строительства административных и жилых зданий на левобережье реки Ишим без сохранения экологического защитного пояса вдоль ее русла. К реке наступают многоэтажные застройки, лицензии на строительство которых выдаются строительным компаниям практически без обсуждения, «по темному», в обход необходимых согласований в контролирующих органах. Хотя официально вода в Ишиме пока еще пригодна для купания, специалисты не советует купаться в «мертвой воде». Реализация же проекта «Судоходный Ишим» окончательно уничтожит все живое в единственной водной артерии Астаны. Одним словом, хаос в градостроении столицы  все прогрессирует…
Другой, южной столице Казахстана грозит экологическая катастрофа, и с каждым годом все больше обостряются вопросы градостроительства. По уровню загрязненности Алматы «соревнуется» с Астаной и входит в мировую тридцатку городов, где содержание в атмосфере вредных веществ, таких как оксид углерода, диоксиды азота и серы, фенол и формальдегид, в несколько раз превышает норму. По численности населения Алматы уже перескочил порог в 1,5 миллионов человек, тогда как по своему пространственному размещению может вместить только 700–800 тыс. жителей. В условиях отсутствия свободных площадей для своего развития, город не перестает плотно застраиваться. Свободных мест для озеленения в Алматы не осталось.
Другой проблемой этого города является резкое увлечение количества транспортных средств, тогда как транспортная система Алматы составляет 1480 км и построена с расчетом на 50–60 автомобилей на тысячу жителей. В настоящее время официально количество автомобилей в нем превышает допустимый лимит в шесть раз. Вместе с транзитным транспортом, их уже насчитывается более 350 тыс. единиц. Поэтому многочасовые пробки на улицах города стали привычным явлением для алматинцев. Ситуация обостряется и тем, что Алматы географически расположен в большом котловане и плохо продувается горными ветрами. По мнению специалистов, сегодня идеальной атмосферы нет даже в окрестностях мегаполиса. Город просто задыхается от нехватки воздуха, а его загрязнение продолжается усиленными темпами. В часы пик утром и вечером город уже напоминает Мехико или Бомбей, где от выхлопов машин и запаха неубранного мусора даже респираторы не защищают.
В результате роста давления на экосистему Алматы, продолжается загрязнение вод городских речушек Большая и Малая Алматинка, а также канала им. Кунаева. Проблемы несанкционированных свалок, переработки твердых бытовых отходов и многие другие вопросы обостряют и того сложную ситуацию. Наряду с этим, в СМИ отмечается, что хозяйственная деятельность на берегу Большого Алматинского озера частных застройщиков в лице бизнесменов может привести к экологической катастрофе. Загрязнение основного источника питьевой воды для города-"миллионера" приведет к ухудшению состояния населения. Нарушение экологического равновесия уже негативно сказывается на здоровье алматинцев. Медиками обнаружено развитие у детей заболеваний, не свойственных их возрасту.
Так что же в Казахстане творится?! Неужели вопросы градостроительства не могут быть решены грамотно и здраво, с учетом будущего развития? Каким образом состоится переход от так называемого «точечного строительства» к его комплексному решению? Или теперь уже начнется возведение в Астане, с помощью иностранных архитекторов, копии лондонского Тауэра над рекой Ишим и Великой китайской стены вокруг города, чтобы передать ему «завершенный комплексный характер»?! Вопросы остаются открытыми. В стране, по сути, отсутствует не только концепция развития градостроения, но и осмысленная стратегия того, куда Казахстан движется вообще. Главное, не повторить в этой ситуации судьбу исчезнувшей Атлантиды.

Сергей Андреев