Постсоветское пространство: бегом от демократии

Резкой критике подверг белорусский закон о печати и других средствах массовой информации представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Миклош Харасти. В докладе «Регистрация средств массовой информации в регионе ОБСЕ» он указал на ряд недостатков действующего закона и призвал белорусские власти внести туда изменения. Об этом и других событиях в Ежемесячном бюллетене Центра экстремальной журналистики.

Азербайджан

Все хуже и хуже — так кратко можно определить ситуацию. Власти все сильнее и сильнее затягивают петлю на шее СМИ и журналистов, уже даже не делая вид, что играют в демократию. Причем, представители власти уже открыто заявляют о правильности всех решений судов, действиях правоохранительных органов против журналистов, и более того, в корне не согласны с критическими оценками европейских организаций, считая, что уже вполне созрели для самостоятельного «плаванья» в демократическом мире. Однако за всеми преследованиями и фактами давления на СМИ явно проглядываются четкое руководство власти. Без санкции и инициирования власти никогда бы не начался судебный процесс над главным редактором газет «Реальный Азербайджан» и «Гюнделик Азербайджан» Эйнуллой Фатуллаевым. На деле все выглядит так: оппозиционные издания, публикующие журналистские расследования о национальных олигархах, о грабительской экономической политике, дворцовых интригах уже давно раздражали верха. Многочисленные «намеки» главному редактору остались непонятыми. И вот тут на сцену выходит председатель Объединения помощи беженцам и вынужденным переселенцам Татьяна Чаладзе, о которой вообще мало кто знал до этого события. Она обвиняет Фатуллаева в «оскорблении памяти жертв ходжалинской трагедии». По словам Чаладзе, Фатуллаев в различных Интернет-форумах заявлял о том, что часть жителей Ходжалы убили сами азербайджанцы, и они же обезобразили трупы погибших. Эти высказывания Фатуллаева до последнего времени оставались на форуме сайта www.aztricolor.com. В ответ на утверждения Фатуллаева о том, что он не участвовал в указанном Интернет-форуме, Чаладзе обвинила его во лжи, при этом не представила никаких доказательств. Чаладзе также коснулась опубликованного Фатуллаевым несколько лет назад «Карабахского дневника», назвав редактора «агентом влияния армянской разведки». Очень традиционный прием, которым власти всегда прикрывались, когда надо было опорочить журналистов, политиков или вообще какого-нибудь неугодного гражданина. Одним словом, главного редактора обвинили за высказывание в Интернет-форуме, да и то без доказательств того, что именно он является участником этого форума. Все судебные заседания  проходили по одним и тем же сценариям: угрозы, крики и шум, создаваемый «обиженными» ходжалинцами в зале суда, срывающие выступление Э. Фатуллаева, его адвоката и представителей ответчика. Причем коллектив редакций находится под постоянным давлением этих ходжалинцев, которые устраивают различные акции перед редакцией, швыряют яйца в окна, выкрикивают угрозы. Складывается впечатление, что кроме проблемы с Эйнуллой Фатуллаевым, у этих людей нет никаких других. Все это говорит о том, что суд накажет Э. Фатуллаева, причем по полной программе. Но парадокс всей ситуации заключается в том, что журналиста судят судьи, чей судейский срок уже давно истек, а значит, у них нет никакого законного основания вообще проводить процесс.
Не удалось добиться справедливости обвиненному по статьям 147 и 148 УК (клевета и оскорбление) и осужденному к двум годам лишения свободы журналисту газеты «Нота Бене» Фарамазу Новрузоглу и главному редактору газеты Сардару Алибейли, который был приговорен к шести месяцам исправительных работ. Апелляционный суд оставил в силе решение районного суда.
Национальные суды всегда стоят на страже интересов власти, поэтому рассчитывать на справедливое разбирательство было бы наивно. Впрочем, никто на это и не рассчитывает. Единственное, что побуждает людей обращаться в суды, это надежда на то, что наступят другие времена и тогда можно будет призвать к ответу всех судей. Да еще и надежда на то, что европейский суд расставит все точки над "и". 
Поэтому решение Сабаильского районного суда Баку, в который обратилась газета «Мухалифет» в связи с отказом в доступе к информации Центральной Избирательной Комиссии (ЦИК), оказалось не в пользу журналистов. Об этом сайт «Медиа форум» проинформировал редактор отдела газеты «Мухалифет» Яшар Агазаде. Еще 9 марта 2006 года газета обратилась в ЦИК с информационным запросом. В запросе сообщалось о том, что около 20 депутатов занимают две должности. Далее газета считает, что ЦИК следует поднять вопрос перед Конституционным судом о ликвидации мандатов этих депутатов. В информационном запросе в связи с этим имелось 4 вопроса. ЦИК, отвечая на эти вопросы, заявила, что не видит препятствий, мешающих депутатам выполнять их обязанности. Газета «Мухалифет» посчитала, что ответы не соответствует сущности информационного запроса и обратилась в суд.

Армения

Совсем немного времени остается до парламентских выборов в Армении. На сайте Центра экстремальной журналистики размещен специальный доклад «Средства массовой информации Армении в преддверии парламентских выборов», который отражает весь расклад национальной прессы, исходя из политических симпатий и антипатий.
А на данном этапе в Армении национальной забавой стало проводить мониторинг СМИ. Дело это, конечно же, нужное и важное, но только в том случае, если подходить к этому делу профессионально, а не для того, чтобы показывать международным организациям, как все замечательно происходит. Именно эту цель, похоже, преследовали инициаторы мониторинга от власти. На официальном веб-сайте Министерства иностранных дел Армении размещен материал под названием «Анализ мониторинга политических передач частных телекомпаний Армении» за подписью службы пресс-секретаря президента РА. Согласно документу, на первом этапе мониторинга, который проводился с 1-го апреля по 23-е июня 2006 года, оппозиционные деятели выступали 86 раз на семи телеканалах. На втором этапе, который охватывает период с 15-го августа по 17-е октября 2006 г., эти же деятели выступали в эфире шести телекомпаний 45 раз. И, наконец, на третьем этапе, то есть с 5-го января по 6-е марта 2007 г., оппозиционеры появлялись в телеэфире 82 раза. По результатам мониторинга, на телеканалах выступали, в частности, деятели блока «Импичмент». Между тем этот блок проводит уже третий митинг, на котором жалуется, что их объявления не дают в эфир, а их попытки выступить на «Первом канале» не имеют результатов. У многих этот мониторинг вызвал недоумение. Во-первых, удивило то, служба пресс-секретаря президента РА причислила к оппозиционерам лидеров Христианско-демократического союза и Народной партии. Более того, в результатах мониторинга фигурируют и вовсе неизвестные общественности партии — ЛППА и «Национальное единство». «Полученная картина однозначно опровергает „сведения“ о том, что у оппозиции нет доступа к эфиру частных телекомпаний, что все каналы контролируются администрацией президента и так далее,- заявил пресс-секретарь президента РА Виктор Согомонян, комментируя в прессе результаты мониторинга. — Очевидно, что в Армении нет серьезных проблем со свободой слова».
Но номер, как говорится, не прошел. Представители оппозиции отреагировали сразу же. К примеру, заместитель партии «Национальное единение» Алексан Карапетян сказал: «Пусть товарищи из президентской администрации будут добры показать хотя бы одну программу, выходившую в телеэфир начиная с 2003 года, в которой руководитель нашей партии Арташес Гегамян выступал в прямом эфире хотя бы в течение минуты. При этом пусть они не берут в расчет те передачи, которые обязаны показывать, в частности, трехминутные выступления депутатов в передаче „Парламентская неделя“ и видеозапись заявлений депутатов в Национальном Собрании. Пусть из программ, которые на протяжении последних 4 лет шли на „Втором канале“, они покажут хотя бы одну, в которой Гегамян выступал бы в прямом эфире. За этот период только телекомпания „Армения“ один раз предоставила ему 20 минут. Выделяю именно эти три телекомпании, поскольку „Первый канал“ финансируется из госбюджета и обязан предоставлять эфир хотя бы парламентским фракциям, а „Второй канал“ и „Армения“ имеют наибольшую территорию вещания. Что касается остальных данных, полученных в ходе мониторинга, отмечу, что в администрации президента привыкли заниматься подобной „бухгалтерией“. Названы передачи, на которые телекомпании просто вынуждены были пригласить Арташеса Гегамяна. В частности, на телеканал „Еркир Медиа“ его пригласил с трибуны парламента Ваан Ованесян, во втором случае должна была состояться известная дискуссия с Артуром Багдасаряном. Они учли также дебаты, организованные на канале „Еркир Медиа“ Ереванским пресс-клубом при содействии „Института открытого общества“ (Фонд Сороса). Так что пусть в очередной раз не вешают людям лапшу на уши».
Заместитель председателя другой партии — «Оринац еркир» Мгер Шахгельдян заметил: «Во-первых, я не знаю, как в ходе мониторинга были получены эти цифры. Действительности соответствует то, о чем мы уже заявляли: более 10 месяцев мы не выходили в эфир, а после января были показаны всего 2–3 передачи. Было бы правильнее в ходе мониторинга подсчитать, сколько раз телеэфир предоставлялся проправительственным партиям, а затем сравнить полученные данные. Все телеканалы в своих информационных выпусках восхваляют провластные партии и провластных деятелей. А об оппозиции либо высказываются плохо, либо ничего не сообщают».
По словам члена правления и политсовета Народной партии Армении Рузанны Хачатрян, в настоящее время ряд общественных организаций проводят под эгидой международных структур мониторинг телеэфира. Возможно, именно этим обстоятельством обусловлено то, что для парламентской оппозиции эфир стал чуть более доступен, отметила Р. Хачатрян. «Тем не менее диспропорция сохраняется. Есть частные телекомпании, которые приглашают представителей Народной партии Армении, но есть телеканалы, которые ни разу не приглашали. Например, „Второй канал“. Несколько месяцев назад эта телекомпания показала в эфире 10-минутное интервью со Степаном Демирчяном. После этого ни одной передачи не было, если, конечно, не учитывать юмористическую передачу „Еще один голос“, в которой постоянно предпринимается попытка спародировать голос Степана Демирчяна»,- отметила Рузанна Хачатрян. На вопрос, в достаточной ли степени освещается деятельность оппозиции, представитель НПА ответила: «Считать освещение удовлетворительным нельзя, поскольку дело не только в минутах, которые предоставляются той или иной оппозиционной партии, но и в комментариях, которыми обычно сопровождаются материалы об оппозиции. А если даже и приглашают оппозиционеров в прямой эфир, то вскоре выясняется, что не для того, чтобы дать возможность той или иной партии или деятелю высказать свою точку зрения, а для того, чтобы посредством вопросов скомпрометировать их. Складывается впечатление, что эти вопросы не только составляются в одном и том же центре, но и одним и тем же человеком». Рузанна Хачатрян также напомнила, что есть оппозиционные силы и деятели, которые вообще не имеют доступа к телеэфиру.
Большинство наблюдателей склонны считать наиболее объективным мониторинг, проведенный Ереванским пресс-клубом. Так, согласно мониторингу этой организации, телекомпании Армении почти не освещают деятельность трех оппозиционных сил — партий «Республика», «Наследие» и «Новые времена». Представляя результаты мониторинга политических программ 7 телекомпаний Армении в течение предшествующих официальной агитации парламентским выборов месяцев, представители пресс-клуба в то же время отметили, что, судя по данным за февраль 2007 года, заявления большинства оппозиционных партий относительно недоступности телеэфира не имеют достаточного основания.
Директор пресс-клуба Б. Навасардян подчеркнул, что мониторинг не имел целью фиксировать законодательные нарушения, поскольку законодательство четко не регулирует освещение деятельности политических сил до начала официальной предвыборной агитации. При этом он отметил, что требования законодательства, регулирующего деятельность СМИ, практически не выполняются. В частности, происходят нарушения по отклонению от представленных в ходе лицензирования программ, отклонения от программной и рекламной политики. По его словам, деятельность НКТР, которая должна контролировать выполнение вещателями требований закона, можно считать неэффективной.
Любопытную, на наш взгляд, точку зрения высказала газета «Голос Армении» (20 марта). В статье «Под колпаком демократии» автор Ара Меликсетян констатировал, что такого сильного давления, которое наблюдается сейчас, армянские средства массовой информации в целом не испытывали, пожалуй, никогда. По мнению автора статьи, за несколько месяцев до официального старта предвыборной гонки телевидение и пресса в целом оказались под колпаком. Приведем выдержки из статьи, которые определяют не только положение СМИ, но и саму суть мониторинга. «Как минимум с начала года за нами следят. Следят открыто, в виде модных нынче мониторингов. Следят как изнутри, так и извне. Следят местные политические силы и общественные организации, авторитетные международные структуры и их армянские представительства. Словом, все, кому не лень, и все, кто в этом видит финансовый или политический интерес.
Казалось бы, пусть себе наблюдают. В конце концов, если нечего скрывать, то и не стоит избегать повышенного внимания к своим действиям. Однако есть случаи, когда само внимание фактически диктует эти действия, навязывая некие стандарты поведения. И тут определяющим фактором является то, насколько они (стандарты) объективны и приемлемы, кем установлены, какие цели преследуют. Увы, сегодня под вывеской демократических идеалов и свободы слова формируется совершенно странный каталог нормативных требований к СМИ. Состоит он из сомнительных параметров, об одном из которых и пойдет речь. Недавно были опубликованы результаты мониторинга освещения деятельности политических сил в электронных средствах массовой информации. Представили общественности сведения о своих наблюдениях одновременно совершенно разные как по статусу, так и по ориентации наблюдательские (и не совсем) структуры. Отмечу лишь некоторых из них: Ереванский пресс-клуб, аппарат президента, Армянский центр стратегических и национальных исследований. Разумеется, прозвучали противоречивые оценки деятельности СМИ. Это вполне естественно, если учесть круг интересов каждой из сторон. Странно другое — предмет исследования. Дело в том, что все они изучали проблему соблюдения некоего паритета в освещении телеканалами трудовых будней политических партий. Дескать, одному каналы уделили больше внимания и времени, нежели другому.
Тут сразу же оговорюсь, что исследованию подверглись программы, нацеленные не на предвыборную агитацию, а на программы информационного жанра и передачи в формате интервью в студии. Иными словами, мониторились собственные продукты частных телеканалов, в которых „содержится политика“ или представлены политические деятели. Повторюсь, основной целью этих исследований стало выяснение равномерности распределения эфирного времени между теми или иными политическими силами. А соблюдение или несоблюдение принципа паритета стало основой для оправдания или упреков в адрес телеканалов.
Подобный подход, внедряющий фактически обязательную уравниловку отношения СМИ к освещаемым темам и их героям, согласитесь, не что иное, как ограничение самостоятельности средств массовой информации. Причем, заметьте, „обязаловка“ касается, в том числе и частных телеканалов, которые почему-то вынуждены ограничивать свои конкретные свободы (творческую свободу, свободу выбора) ради некой непонятной в данном случае псевдосвободы слова, равенства и других проявлений якобы демократии. Демократии, преподносимой под некогда самым распространенным лозунгом светлого коммунистического будущего: „от каждого — по способностям, каждому — по потребностям“.Да, плюрализм является необходимым условием для развития демократических процессов, но ведь в данном случае он (плюрализм) просто возводится в ранг требования и просто навязывается, обретая в нашей армянской действительности весьма извращенные формы. Ну, представьте: всего в Армении зарегистрировано 76 партий, 28 из которых участвуют в предстоящих выборах и, соответственно, заинтересованы во внимании к себе со стороны СМИ. Представить деятельность их всех для телеканалов равносильно просто закрытию. Это бесполезная, неэффективная потеря эфирного времени, рейтинга и финансовых дивидендов. Разве что такую политизацию телеэфира может себе позволить (и позволяет) Тигран Карапетович, который, с одной стороны, рейтинг своего канала повышает нестандартными методами, с другой — не рассчитывает на финансовый эффект от работы телеканала. Так вот, с целью обеспечить упомянутый выше принцип паритета телеканалы, естественно, должны выбрать определенную группу политических сил, претендующих на появление в эфире. Повторюсь, иначе придется предоставить эфир минимум 28 партиям, а максимум — 76. И действительно, каналы выбирают. Причем выбор большинства СМИ чаще всего строится по профессиональным критериям — степени интересности и значимости той или иной политической партии или деятеля, оригинальности подходов, информационности представляемого материала, ряду других параметров, диктуемых спецификой и основной миссией средств массовой информации. Такой подход не только профессионален по своей сути, не только является единственно верным с точки зрения журналистики вообще, но и фактически способствует формированию нормального политического поля, подразумевающего еще и конкуренцию среди политиков и политических партий. Но нет — многих это не устраивает. Им подавай паритет».
«Теперь СМИ вынуждены очень осторожничать, когда, скажем, представляют тот или иной материал, рассказывающий о конкретных шагах, скажем, правительства в той или иной сфере: а вдруг заподозрят в политическом пиаре коалиционных партий. Впрочем, подобных версий избежать можно. Взять, к примеру, камеру и обегать офисы 76 политических партий и слезно попросить их представителей сказать что-нибудь интересное. Вполне естественно, что в разгар предвыборных страстей средства массовой информации заняли трезвую позицию в общественно-политической жизни Армении. СМИ теперь — резко возросшая, особо востребованная сила, и обрести ее частичку нынче пытаются все без исключения политические единицы. Что ж, это нормально, когда политики стремятся завоевывать симпатии будущего электората, пользуясь возможностями прессы. Как, впрочем, нормально и то, что многие из претендентов рассчитывают на внимание СМИ, прибегая к самым разнообразным, порой весьма изощренным способам, стараются вызвать к себе интерес медиасообщества. Ненормально, пожалуй, другое. Вернее — другие. Есть на политическом поле страны силы, и их немало, искренне считающие повышенное внимание к ним со стороны СМИ само собой разумеющимся. Они полагают, что сам факт наличия политических амбиций уже является достаточным условием для того, чтобы оказаться в эфире телеканалов или на полосах газет. Мол, раз уж мы политики, раз уж мы готовимся к выборам, то вы, журналисты, просто обязаны обслуживать наши интересы. Наш комментарий: классическая демонстрация того, как провластное издание выражает недовольство независимым мониторингом электронных СМИ, которые в Армении полностью контролируются властьпридержащими», — заключает автор.
С мнением автора можно соглашаться или не соглашаться, но оно отражает позицию части общества, которую не стоит сбрасывать со счетов.
Но как бы то ни было, сами газеты решили «поработать» с гражданским сознанием и провели акцию. Группа молодых людей в Ереване начала акцию по массовому чтению газет. Встретившись у памятника Комитасу, они дошли до площади Франции и на полчаса заняли ее. Участники молодежной инициативы носили пилотки из газет, стояли в центре площади и читали вслух, вооружившись почти всеми издаваемыми в республике газетами. И на газетах и на пилотках виднелся лозунг «Началось», а участники читали по принципу «Неважно, что, главное — вслух». По словам одного из организатора акции, таким образом, они хотят призвать молодежь к чтению газет. После демонстрации в центре площади молодые люди двинулись к парку им. Комитаса и, вырезав понравившиеся им статьи из газет, приклеили на большой стенд, тем самым, создав самую большую в городе газету «Началось».

Беларусь

Резкой критике подверг белорусский закон о печати и других средствах массовой информации представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Миклош Харасти. В докладе «Регистрация средств массовой информации в регионе ОБСЕ» он указал на ряд недостатков действующего закона и призвал белорусские власти внести туда изменения.
Представитель ОБСЕ недоволен закрепленной в белорусском законе процедурой регистрации СМИ. Согласно белорусскому закону, средство массовой информации обязано пройти перерегистрацию в случае изменения учредительных данных или названия издания, а также в случае принятия государственными органами в течение одного года двух решений о прекращении действия издания.
«СМИ должны не просто представить измененные данные для обновления сведений — от них требуется повторение всего процесса регистрации, который может занять месяц, и в течение этого времени они не имеют права выходить в свет», — констатирует в своем докладе Миклош Харасти.
По мнению Миклоша Харасти, в Беларуси должна быть пересмотрена существующая система регистрации средств массовой информации. «Возможность отказа в регистрации для органов печати на основании содержания, предмета или предполагаемой аудитории должна быть устранена», — приводит БелаПАН рекомендацию Миклоша Харасти.
Пока правозащитники пытаются отстоять закон для журналистов, сами журналисты продолжают преследоваться властями. Так, 18 марта был задержан  сотрудник журнала «Magazyn Polski na uchodzstwie» Игорь Банцыр. Буквально на следующий день он был осужден на 10 суток административного ареста «за нецензурную брань». В последнее время излюбленный повод власти в расправе над журналистами и оппозиционерами. Свидетелями в суде выступили два милиционера. Они утверждали, что Игорь Банцыр шел один по площади Ленина, сквернословил и не реагировал на замечания. Судья посчитала свидетельские показания обоснованными.
Как прокомментировал арест адвокат журналиста Александр Бирилов, подобных судов было много и, они ничем не отличаются друг от друга.
«Схема отработана до примитивности — свидетели милиционеры, они говорят, что им приказали. К тому же почти все судебные заседания проводит одна и та же судья — Наталья Козел. Она уже так приспособилась к таким делам, что можно точно предусматривать ее решения. Таким образом в гродненских тюрьмах пересидели почти все независимые журналисты», — сказал адвокат.
26 марта в суде Центрального района Гомеля было рассмотрено административное дело в отношении журналиста Анатолия Готовчица. Его обвинили в нарушении правил журналисткой деятельности в соответствии со статьей 40 «Закона о печати и других СМИ», а также «Положение Совета министров от 1997 года о деятельности иностранных СМИ в Республике Беларусь». Обвинение, в частности, заключалось в том, что журналист записывал беседы, не предупреждая своих собеседников, представлялся журналистом БелаПАН, работая при этом на другое СМИ.
Судья Марина Домненко последовательно отклонила ходатайства о том, чтобы в рассмотрении дела принял участие член Белорусской ассоциации журналистов с образованием юриста Леонид Судаленко, чтобы он выступил в качестве свидетеля. Судья дважды отказала, чтобы в качестве свидетелей в суд были вызваны служебные лица, в чьих опросах, составленных сотрудниками КГБ по Гомельской области, утверждает, что Анатолий Готовчиц не предупреждал их о записи разговора для публичного пользования.
Таким образом, на рассмотрении дела не были допущены активисты общественных организации Гомеля и области, а также журналисты — всего 21 человек.
По обвинению в «незаконном осуществлении деятельности в интересах иностранных СМИ» суд вынес решение — оштрафовать журналиста на две базовые величины.
25 марта в Беларуси отмечали День Воли. 24 марта активист оппозиционного движения С. Лапутин был задержан с тиражом незарегистрированной общественно-политической газеты «Наш Магілёў». Ему пришлось провести в Ленинском РОВД Могилева несколько часов, после чего он был отпущен, а тираж газеты — конфискован. По словам главного редактора газеты «Наш Магілёў» Андрея Волкова, «это был спецвыпуск, посвященный 25 марта, Дню воли». «В газете рассказывалось о том, как обрели в 1918 году независимость наши предки, о том, как признал власть БНР Могилев, о том, как праздновалось 25 марта в прошлые годы, во время обретения Беларусью независимости», — сообщил он.
А 25 марта были задержаны распространители малотиражной незарегистрированной газеты «Магілёўскі час». Это не единственная «профилактическая» работа с теми, кто решил отметить День Воли. В результате, были возбуждены уголовные дела против активистов неправительственных организаций. Молодежная активистка Кристина Шатикова подверглась принудительной изоляции в психиатрической больнице. По всем регионам проводились обыски в поисках литературы и национальных флагов. По заранее подготовленным спискам милиционеры и оперативные работники КГБ допрашивали активистов оппозиции, приходили в школы, университеты, на квартиры. К примеру, в квартире пресс-секретаря организации «Малады Фронт» Бориса Горецкого 13 марта вечером был проведен обыск. Это произошло на следующий день после того, как было проведен обыск на квартире его матери, где прописан Борис.

Сотрудники КГБ, сделали несколько попыток взломать двери частной квартиры Горецкого, а потом вынуждены были в течение несколько часов ждать его у подъезда. После того, как Б. Горецкий пришел домой, начался обыск. Из квартиры активиста был конфискован компьютер.
Представители различных партий и организаций, особенно в регионах, задерживались, арестовывались, преследовались с одной целью — запугать, и не допустить их участия в акции 25 марта в Минске. Тем не менее, усовершенствованная тактика запугивания желаемого результата не дала. Массовая акция состоялась, около десяти тысяч собралось возле Академии наук. Причем сотрудники ОМОН всячески мешали работать журналистам. В Минске сотрудники ОМОН отсекли журналистов от демонстрантов. Пресса осталась на проспекте Машерова, а люди были выдавлены во дворы. В Витебске в этот день были задержаны 10 участников акции. Среди задержанных был и журналист радиостанции Полония Юрий Степанов.
Более того, в этот день были блокированы некоторые независимые и оппозиционные Интернет-сайты, такие как Хартия’97, Белорусский Партизан,  Радыё Свабода, Телеграф, Радыё Рацыя, Белорусские новости, Наша Нива, сайт Объединенной Гражданской Партии и другие.
26 марта в суде Центрального района Гомеля было рассмотрено административное дело в отношении журналиста Анатолия Готовчица. Его обвинили в нарушении правил журналисткой деятельности в соответствии со статьей 40 «Закона о печати и других СМИ», а также Положение Совета министров от 1997 года о деятельности иностранных СМИ в Республике Беларусь. Обвинение, в частности, заключалось в том, что журналист записывал беседы, не предупреждая своих собеседников, представлялся журналистом БелаПАН, работая при этом на другое СМИ.
Судья Марина Домненко последовательно отклонила ходатайства о том, чтобы в рассмотрении дела принял участие член Белорусской ассоциации журналистов с образованием юриста Леонид Судаленко, чтобы он выступил в качестве свидетеля. Судья дважды отказала, чтобы в качестве свидетелей в суд были вызваны служебные лица, в чьих опросах, составленных сотрудниками КГБ по Гомельской области, утверждает, что Анатолий Готовчиц не предупреждал их о записи разговора для публичного пользования.
Таким образом, на рассмотрении дела не были допущены активисты общественных организации Гомеля и области, а также журналисты — всего 21 человек.
По обвинению в «незаконном осуществлении деятельности в интересах иностранных СМИ» суд вынес решение — оштрафовать журналиста на две базовые величины.
Анатолий Готовчиц намерен обжаловать решение суда.
Не ограничиваясь всей этой борьбой, правительство Беларуси взялось за Интернет. Оно распорядилось завести во всех общественных местах, где есть доступ в Интернет, электронные журналы. В них будут фиксироваться все передвижения пользователей. Нововведения объясняются тем, что подобные меры якобы помогут предотвратить преступления.
Журналы в Интернет-кафе ведут уже давно: ранее там записывались данные посетителей — их имена, фамилии и даже паспортные данные. Теперь владельцы кафе будут обязаны вести в электронном виде журнал посещенных страниц каждым отдельным пользователем, причем этот документ должен храниться не менее года.
Электронный журнал нужно немедленно предоставлять по требованию сотрудников органов безопасности или госконтроля Белоруссии. И если администратор заметил, что кто-то из посетителей, используя компьютер, совершает противозаконные действия, он обязан сообщить в эти самые органы.
Игорь Черненко, начальник управления по раскрытию преступлений в сфере высоких технологий считает, что «садясь за компьютер, человек должен понимать, что если он совершает преступление, значит должен быть готов ответить. Через какое-то время к нему постучат в дверь и предложат объясниться».

Грузия

У журналистов Грузии возникли серьезные проблемы с судебной властью. По мнению судей, журналисты ведут себя неподобающе, мешают вести процесс. К примеру, судья Майя Тетраули 13 марта, перед началом процесса по делу подозреваемых в организации бунта заключенных в марте прошлого года, потребовала покинуть зал журналиста телекомпании «Рустави-2» Тею Туашвили, причем это уже во второй раз. Журналистка попросила у судьи разрешения установить микрофоны для полноценного освещения процесса, но, сообщает «Рустави-2», это вызвало раздражение судьи, которая без всяких объяснений вынудила Туашвили покинуть процесс.
Другой скандал возник на судебном заседании 19 марта. Журналисты снимали беспорядки в зале суда на процессе по делу 14-летнего подроста. В выпуске новостей «Рустави-2» журналист этого канала в прямом включении перед зданием суда заявил, что «журналистов и всех присутствующих на суде с побоями выставили из зала». Во время инцидента камера «Рустави-2» была разбита.
«Они обосновали свои действия тем, что в помещении суда съемка запрещена, однако они не использовали соответствующую форму, чтобы предупредить медиа о запрете на съемку», — заявил журналист «Рустави-2».
История повторилась 27 марта на процессе по делу обвиняемых в организации тюремного бунта. На этот раз судья Майя Тетраули выдворила журналиста ТВ «Мзе» Имеду Дарсалия из зала суда только потому, что он попытался передать видеокассету своему ассистенту за пределами зала.
В свою очередь секретарь Высшего совета юстиции Валерий Церцвадзе пояснил, что во время происшедшего 19 марта инцидента в Апелляционном суде, когда журналистам и операторам было нанесено физическое оскорбление, судебная мандатная служба не превысила свои полномочия.
«Мандатники исполнили свои обязанности, и, возможно, определенные лица, в том числе, журналисты, им в этом помешали», — заявил Церцвадзе.
Как сказал Церцвадзе, приказом председателя суда видеосъемка в коридорах и фойе запрещена, и, соответственно, всех занятых съемкой журналистов вывели из здания.
«В том случае, если журналист будет наблюдателем и занят только съемкой текущей ситуации, то мандатники ни в коем случае не применят против него силу. Но если журналист станет участником этой акции и преградит дорогу исполняющим свои обязанности мандатникам, то, естественно, им придется применить силу», — заявил Церцвадзе. Он объявил мандатной службе благодарность за то, что 19 марта она исполнила свои обязанности «на довольно высоком уровне».
По словам Церцвадзе, мандатная служба наделена большими правами, чем только выпроваживание из зала суда или из здания, — в частности, она может применять электрошок, дубинки и, в случае необходимости, огнестрельное оружие.
В последнее время журналистов все чаще удаляют из зала суда по различным причинам — чаще всего их обвиняют в нарушении порядка во время судебного заседания. Нередко охране судов приходится применять силу, после чего каждый раз начинается грандиозный скандал.
«Принято считать, что мы такие плохие, имеем что-то против журналистов, и пытаемся испортить им жизнь просто из вредности. На самом деле мы просто пытаемся поддерживать элементарный порядок» — заявили охранники суда.
В свою очередь журналисты считают, что наоборот, закон нарушают именно судебные охранники.
«Иногда видно невооруженными глазом, что им очень нравится ощущение той власти, которую они имеют. Они ведут себя грубо и выгоняют журналистов ни за что ни про что. Это просто унижает нас» — считают журналисты.
Как бы то ни было, но взаимные упреки ни к чему не приведут, а в результате пострадает общество, которое будет лишено информации. Журналистам и представителям Фемиды стоит сесть и разобраться в причинах.
Не складываются отношения у журналистов с местной властью Карельского района. Так, сотрудники телекомпании «Триалети» заявили о том, что их не пускают в здание гамгеоба (управа) Карельского района. Более того, что сотрудника управы неоднократно блокировали информацию. Иного выхода, как обратиться в судебные инстанции с иском на действия сотрудников управы,  сотрудники телекомпании не видят.

Казахстан

Бюро международных информационных программ Государственного департамента США распространило Доклад о положении с правами человека в странах мира за 2006 год. В отношении Казахстана, в докладе, в частности сказано: «Конституция и законодательство гарантируют свободу слова и печати; тем не менее, правительство использовало различные средства, в том числе законы, преследования, отзыв регистрации, а также обвинения в уголовных преступлениях и административных правонарушениях, чтобы контролировать средства массовой информации и ограничивать свободу слова. Судебные иски против журналистов и средств массовой информации, в том числе гражданские и уголовные дела о клевете, поданные государственными чиновниками, способствовали закрытию средств массовой информации и распространению самоцензуры».
К сожалению, положения, зафиксированные в Докладе за 2006 год, оказались «актуальными» и для текущего года, во всяком случае первых трех месяцев.
В марте мониторинг Фонда «Адил соз» зафиксировал 95 сообщений. Из них 18 определяют фактическое положение СМИ в свете политической атмосферы месяца, 58 дают информацию о прямых нарушениях прав СМИ и журналистов, 19 — о конфликтах и обвинениях, выдвинутых против СМИ и журналистов.
Остановимся на резонансных. Это, прежде всего, конфликт, возникший между журналистами и министром культуры и информации. Речь идет о конфликте, который произошел  2 марта на брифинге для прессы, где министр Ермухамет Ертысбаев грубо отказал в комментариях съемочной группе телекомпании «Эра ТВ», потому что ее руководитель написал на него «телегу». В связи с этим ряд журналистских организаций Казахстана потребовали отставки Е. Ертысбаева с поста министра, а корреспондент «Эры» Юлия Исакова обратилась в суд с иском о защите чести и достоинства. Одновременно телекомпании был предъявлен судебный иск от имени Министерства культуры и информации с требованием приостановить вещание на три месяца за нарушение закона о языках, который коллектив воспринял как месть чиновника. После открытого письма представителей СМИ и журналистских организаций президенту страны, министр был вынужден извиниться перед журналистской, Исакова отозвала свой иск, а министерство — свой.
Как бы это не звучало парадоксально, но министр культуры и информации, похоже, не любит ни культуру, ни журналистов. Вывод напрашивается потому, что вопреки элементарной этике и культуре, государственному лицу не стоит вообще говорить подобным тоном с людьми, включая журналистов. История тем не менее повторилась. В интервью газете «Республика. Деловое обозрение. Дубль 2» министр Е. Ертысбаев назвал журналистов газеты «Время» проходимцами и аферистами от журналистики, а в эфире «31 канала», в программе "Точки над «i» обвинил одного из корреспондентов этой газеты в том, что тот «занимается грязными, совершенно провокаторскими статьями в адрес сотрудников нашего министерства».
Март стал «урожайным» месяцем на судебные иски в отношении СМИ. Так, городской суд Тараза признал собкора газеты «Экспресс К» по Жамбылской области Галину Выборнову виновной в клевете на судью Болата Берикова. Поводом явилась информация в статье «Тараз: бандиты торжествуют», где шла речь о видеокассете, на которой судья запечатлен за праздничным столом в обществе уголовного авторитета. Суд назначил Выборновой наказание в виде штрафа в размере 200 месячных расчетных показателей (218400 тенге, около 1700 долларов США). До вступления приговора в законную силу избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
В редакцию еженедельника «Вести Сарыарки» пришло гневное письмо от карагандинского писателя В. Литвинова. В письме г-н Литвинов выразил намерение подать на газету в суд и взыскать с нее в качестве компенсации морального вреда 150 тысяч тенге. Поводом для возмущения послужил вышедший в «Вестях Сарыарки» материал «Секс-воспитание по-карагандински». В нем авторы Б. Альмагамбетов и А. Лысенко подвергли критике изданную Литвиновым книгу, а также действия городского отдела образования, рекомендовавшего эту книгу школам для распространения среди детей. Несмотря на то, что книга предназначена для детей школьного возраста, в произведении присутствуют пошлые и вульгарные сцены сексуального характера, что и было отражено в статье. В. Литвинов посчитал, что вышедший материал порочит его деловую репутацию.
Самое сильное давление испытывают журналисты, работающие в регионах. К примеру, в отделе внутренней политики акимата Зерендинского района Акмолинской области вошел в практику предварительный просмотр материалов, готовящихся к печати в районной газете «Бирлик-Единство». По словам редактора издания Валентина Кушко, это требование исходит от акима района Ербола Сагдиева. После долгих переговоров, редакция и отдел внутренней политики нашли компромисс: предварительному просмотру подвергаются только материалы, публикуемые в рамках государственного заказа.
Редакция ерейментауской районной газеты «Ереймен» периодически испытывает давление со стороны районного акимата: отдел внутренней политики иногда требует показывать макет готовящегося к печати номера, иногда настаивает на публикации определенных материалов, иногда запрещает что-то публиковать. Редактор издания Нурлыбек Турегельдин в беседе с корреспондентом Фонда «Адил соз» сообщил, что иногда акимат требует публикации своей информации за счет сокращения платных материалов на том основании, что акимат — главный заказчик.
Еще одна проблема, которая стала уже хронической, — доступ к информации. В Семипалатинске корреспондент газеты «Наше дело-информ» Алла Белякина при подготовке материала о безработице обратилась за информацией в городскую службу занятости. Главный специалист отдела отказалась предоставить сведения, сославшись на необходимость получения «санкции от руководства городского Центра занятости и социальных программ». Руководителя на месте не оказалось, А. Белякина обратилась к заместителю — Г. Смаиловой, которая дала разрешение, но при условии, что перед публикацией материал будет предоставлен ей для ознакомления.
В Павлодаре начальник Отдела архитектуры и градостроительства мэрии Юрий Абакумов позвонил редактуру газеты «Обозрение недели» Наталье Куприной и выразил недовольство публикацией серии материалов, где подвергалась критике деятельность вверенного ему ведомства.
Журналист газеты «Голос Экибастуза» Ардак Букеева в течение двух недель тщетно пыталась получить в Экибастузском городском суде информацию о запланированных судебных заседаниях. Председатель Экибастузского городского суда Акболат Курманбаев переадресовал запрос журналиста пресс-секретарю, чьи обязанности с недавнего времени выполняет действующий судья. Та, в свою очередь, постоянно занята в судебных заседаниях, поэтому дозвониться или попасть к ней на прием практически невозможно.
Корреспондент «Нашей газеты» Ольга Лихограй обратилась к руководителю аппарата акима Костанайской области Анатолию Твердохлебову с просьбой объяснить схему закупки служебных автомобилей для сотрудников акимата. Практически все директоры департаментов, к которым обращалась корреспондент до этого, ссылались на руководителя аппарата акима области. Однако Твердохлебов в телефонном разговоре с журналистом заявил, что этот вопрос не в его компетенции.
Редактору негосударственной «Стабильной газеты» Екатерине Каримовой отказали в аккредитации на мероприятие. Руководитель аппарата акима Щучинского района Ю. Родвальт заявил, что это не в компетенции районного акимата, так как «все решалось в Астане».
Корреспондент программы новостей телекомпании «31 канал-Актобе» Баян Сагинбаева, случайно узнав о предстоящем визите в Актобе премьер-министра К. Масимова, обратилась в пресс-службу облакимата. Она хотела получить аккредитацию и узнать, почему их телекомпанию не поставили в известность о столь важном событии. Руководитель пресс-службы Кайрат Галеев сказал ей, что никакой аккредитации не будет и уже определен список СМИ, освещающих визит. В вертолете, на котором премьер-министр будет летать по области, все места уже распределены. По словам журналиста, с подобной дискриминацией они встречаются не впервые.
Журналисты карагандинских СМИ собрались в здании городского акимата, чтобы осветить работу очередного аппаратного совещания. За несколько минут до его начала заместитель акима города г-жа Салимбаева приказала журналистам покинуть зал. «Таково распоряжение акима города Ислама Тогайбаева» — пояснила она. Журналистам пришлось уйти ни с чем.
А на официальное представление нового председателя Жамбылского областного суда Нургожи Чиняева были приглашены представители только трех областных государственных СМИ. Учитывая то, что на официальную встречу приехал председатель Верховного суда Кайрат Мами, а многие журналисты хотели также задать вопросы относительно уголовного дела журналиста Галины Выборновой, многие СМИ расценили такую избирательность как намеренную.
В заключение, отметим законодательные препоны для работы национальных журналистов. Таковым журналисты считают вступившим в силу закон «О порядке рассмотрения обращений физических и юридических лиц». Согласно преамбуле, новый закон регулирует общественные отношения, связанные с подачей и рассмотрением обращений физических и юридических лиц, в целях реализации и защиты их прав, свобод и законных интересов.
Юристы неправительственных журналистских организаций считают, что этот закон может затруднить доступ журналистов к общественно значимой информации. Так, п. 2–1 статьи 18 Закона «О средствах массовой информации» устанавливает, что государственные органы и иные организации обязаны давать представителям СМИ запрашиваемую информацию не позднее трех дней со дня поступления обращения, в исключительных случаях — не позднее одного месяца. А в законе «О порядке рассмотрения обращений физических и юридических лиц» иные сроки — от 15 дней до двух месяцев. Теперь чиновники предпочтут руководствоваться этими нормами, так как согласно закону «О нормативных правовых актах» приоритет имеют законы, принятые позднее.

Кыргызстан

В республике обстановке накалена до предела из-за резкого противостояния между властью и оппозицией. И, соответственно, работа журналистов еще больше осложнилась, поскольку они втянуты в водоворот событий. Причем, достается им по полной программе: со стороны собственников, которые определяют редакционную политику СМИ и со стороны противоположной стороны, которые постоянно обвиняют журналистов в предвзятости, ангажированности, провокациях. Есть еще третья сторона — это те, так называемые «неизвестные злоумышленники», кто открыто угрожает, нападает и мешает работать непосредственно в зоне активных действий. В марте зафиксированы и случаи шантажа журналистов.
16 март был избит сотрудник Государственной телерадиокомпании (ГТРК) Кайрат Биримкулов. На тележурналиста напали возле его дома в селе Стрельникова Аламудунского района Чуйской области. Преступники, по предположению вооруженные кастетами и железными арматурами, избив журналиста, отобрали у него цифровую видеокамеру, диктофон и папку с документами. Журналист был доставлен в тяжелом состоянии в Чуйскую областную больницу.
К. Биримкулов полагает, что нападение могло произойти в связи с его репортажами о ситуации на железнодорожном транспорте и утверждает, что на него оказывалось давление, он получал постоянные угрозы по телефону.
К сожалению, это не единичный случай в марте. 27 марта в Бишкеке неизвестными был избит ведущий новостей на кыргызском языке телекомпании «НТС» Данияр Исанов. Журналист выходил из здания «Кыргызфильм», где готовил свой авторский проект. На улице к нему подошли четверо молодых людей и оглушили его сзади. Потерявшего сознание журналиста вывезли к Большому Чуйскому каналу. Когда Д. Исанов очнулся, его стали избивать, сопровождая свои действия словами «Вот тебе НТСовец!». После того как диктор окончательно потерял сознание, злоумышленники бросили его. Журналист пролежал на берегу канала до 5 утра, пока не очнулся и не попросил помощи у проезжавшего мимо таксиста.
Одним словом, в Кыргызстане журналисты всегда крайние и в ответе за все. 9 марта депутат национального парламента Азимбек Бекназаров обвинил ТРК «5 канал» и государственное телевидение в провокации, способной дестабилизировать обстановку в стране. Он считает, что события, передаваемые этими СМИ по проходящим событиям в стране на текущей неделе, «подливают масло в огонь».
В качестве доказательства депутат привел пример того, как был представлен в телевизионных новостях «5 канала» визит первого премьер-министра Данияра Усенова в Таласскую область. «Журналист в репортаже утверждает, что абсолютно все местные жители, участвовавшие в митинге, были пьяны. Подумайте, как отнесутся к такой информации таласцы и как они отреагируют?» — сказал журналистам Азимбек Бекназаров. На момент этого заявления представители канала отсутствовала в зале.
Кроме того, депутат остался недоволен тем, как журналисты «5 канала» преподнесли заседание парламента, где шла речь о незаконной продаже ГАО «Кристалл». «Они представили Данияра Усенова как героя, а в конце еще обвиняют парламент в том, что якобы какое право мы имеем вмешиваться в судебные дела. Но мы то говорили не про решение, вынесенное судьями, а про то, почему не исполняются постановления Жогорку Кенеша и указы президента? Вот о чем речь шла», — уточняет Азимбек Бекназаров. «Мы говорили о том, почему правительство незаконно отдает „Кристалл“, а корреспонденты, переврав факты, заявили, что мы, забыв о своих истинных обязанностях, обсуждаем судебные вердикты и превращаем все это в политику», — сказал депутат.
«Вы знаете, что я никогда не подавал в суд на журналистов, и это всего лишь просьба сохранить стабильность в государстве», — подытожил Азимбек Бекназаров.
Бывший заведующий Кара-Сууйского районного отдела образования и молодежной политики Ошской области, ныне директор Ошского национального историко-археологического музея-комплекса «Сулайман-Тоо» Балтагул Нурунбетов подал в суд на кара-сууйскую районную независимую газету «Билим нуру». По словам главного редактора издания Анаркан Орозбаевой, в газете «Билим нуру» 12 июня 2006 года была опубликована статья «Арыз кат», подписанная группой авторов. В ней говорилось о том, как Балтагул Нурунбетов злоупотреблял служебным положением, занимаясь коррупцией.
Б. Нурунбетов считает, что ему данной статьей был нанесен моральный ущерб, который он оценивает в 1 миллион сомов (около $ 26 тысяч) и через районный суд добивается закрытия газеты, а главного редактора газеты «Билим нуру» А. Орозбаеву просит привлечь к ответственности по статье 127 («клевета») Уголовного кодекса КР.
12 марта на пресс конференции, проведенной в Жалалабатской областной государственной администрации, губернатор области Искендер Айдаралиев выразил недовольство работой Государственной телерадиокомпании (ГТРК). Ему не понравилась информационная программа «Кыргызстан». По словам губернатора, его речь о возможности продажи акционерного общества «Кристалл» в городе Ташкумыр была сокращена так, что произошло искажение смысла его высказываний. Якобы в сюжете прозвучали его слова «нужно продать предприятие», в то время как не были переданы его дальнейшие слова о том, что "надо продать не исподтишка, а открыто, после определения рабочих планов, покупателя и сообщения народу, кому будет продано предприятие и на какую сумму. И. Айдаралиев также отметил, что, если гостелеканал не будет освещать объективно, то это «может расколоть власть и народ».
14 марта на сайте «Политика.kg» был опубликован материал под названием «Не повторить трагедию „Норд-Оста“, или Когда журналист становится пособником террора?». Автор статьи, подписавшийся, как «бывший преподаватель Р. Давлесов», критикует кыргызстанских журналистов, придерживающихся оппозиционной точки зрения.
В частности, Р. Давлесов обвиняет ряд оппозиционных СМИ, таких как газета «Агым», ИА «24.kg», в том, что они бесконечно рекламируют политдеятелей, «стремящихся к власти». По мнению автора, группа журналистов Кыргызстана ставит под удар государственную целостность и безопасность граждан республики. «Они (представители оппозиции) ищут любой повод, чтобы облить грязью президента страны и его команду, а некоторые журналисты активно в этом помогают: ведут информационную войну, сталкивают президента с его окружением, всеми силами стараются рассорить их, очернить друг перед другом, чтобы облегчить оппозиционерам дорогу к заветной цели — креслу президента и министерским портфелям», — считает автор.
Первый вице-премьер-министр КР Данияр Усенов обратился к Президенту КР с просьбой отстранить от занимаемой должности редактора правительственной газеты «Кыргыз Туусу». Об этом он сообщил 19 марта в ходе заседания Жогорку Кенеша (Парламент) КР.
Д. Усенов объяснил это тем, что, согласно итогам работы комиссии по Государственному акционерному обществу «Кристалл», выяснилось, что в номере печатного издания, вышедшем тиражом более 6 тысяч экземпляров, не было ни одного вкладыша о продаже предприятия. «Тем самым редактор „Кыргыз Туусу“ способствовал тому, что аукцион прошел закрыто, и никто о нем не знал», — пояснил чиновник.
Однако самое серьезное давление испытывают на себе оппозиционные издания, такие как «Агым», «Апта» и «Кыргыз Руху». В марте были зафиксированы случаи ареста тиражей, причем делалось это незаконно. К примеру, как сообщил 26 марта пресс-секретарь Объединенного фронта (ОФ) «За достойное будущее Кыргызстана» Азамат Калман, 25 пачек этих газет забрали люди в штатском без объяснения причины.
ЦЭЖ прогнозирует еще большее осложнение ситуации, так как политическая атмосфера в стране далека от стабилизации. И здесь журналисты должны проявить большую солидарность, чтобы противостоять давлению. 

Молдова

Март, к сожалению, не разрешил проблему коллективов радиостанции «Antenа C» и телеканала «Euro TV Chisinau», которые добивались справедливости в судах в связи со своей незаконной продажей. Более 30 сотрудников «Antena C» и «Euro TV Chisinau» требовали отменить решения Муниципального совета и исполняющего обязанности мэра, в соответствии с которыми были проданы радиостанция и телеканал и назначены новые руководители, а также обязать МС и и.о. мэра возместить моральный ущерб в размере 100 тысяч леев каждому истцу.16 марта Апелляционный суд отклонил иск сотрудников радиостанции «Antenа C» и телеканала «Euro TV Chisinau» против кишиневского Муниципального совета (МС) и бывшего исполняющего обязанности мэра (нынешнего министра транспорта и дорожного хозяйства) Василе Урсу. Но журналисты не намерены отступать и решили пройти всю судебную цепочку. Они обжаловали решение Апелляционного суда в вышестоящей инстанции (Высшая судебная палата).
Резонансным, на наш взгляд, стал случай безосновательного задержания съемочных групп. Речь идет, в частности, о задержании 27 марта съемочной бригады телеканала «PRO TV Chisinau». Согласно пресс-релизу телеканала, журналист Майя Андрушка и оператор Николае Чеботарь были задержаны в момент съемок задержания участников акции. Журналистов принудили сесть в полицейскую машину. После этого задержанных доставили в комиссариат сектора Чентру, где они находились около получаса.
Комиссар сектора Чентру Думитру Русу объяснил инцидент тем, что «съемочная бригада была задержана по ошибке», в то время как в пресс-релизе, распространенном PRO TV, случившееся называется «намеренным действием». «Журналист держал микрофон с надписью PRO TV, а оператор держал на плече видеокамеру. Из снятого материала видно, что наша команда находилась более чем в 50 метрах от места, где протестующих заставляли силой сесть в полицейские машины», — отмечается в сообщении.
Затем у здания комиссариата задержали и съемочную группу канала DTV, прибывшую делать репортаж с места событий. В частности был задержан главный редактор газеты «Literatura si Arta» Николае Дабижа.
«К сожалению, это не первый случай, когда в Молдове полиция препятствует деятельности журналистов, грубо и безнаказанно нарушает свободу прессы. Считаем, что случившееся является прямым наступлением государственных структур на демократию и основные свободы граждан», — отметили представители канала DTV.
Телеканал Pro TV Chisinau расценил задержание съемочной группы как преднамеренное действие, которое преследовало цель запугать сотрудников редакции.
Преднамеренным назвали и арест тиража газеты «СП» сотрудниками экономической полиции Бэльц. Автомобиль редакции, перевозивший свыше 7 тысяч экземпляров газеты, был эскортирован до здания бельцкой экономической полиции, где была осуществлена проверка количества экземпляров и сверка с количеством, указанном в накладных.
Коммерческий директор газеты «СП» Родика Делеу заявила, что этот инцидент на самом деле был хорошо спланированной акцией экономической полиции, поскольку они прождали несколько часов машину редакции на въезде в город Бэлць со стороны Единец. Примерно в то же время полицейские провели проверку в типографии города Единец, где издается газета «СП».
В результате проверки сотрудники экономической полиции выявили излишек числом 2,3 тыс. экземпляров двух приложений (телепрограмма и рекламное приложение), которые должны были быть приложены 29 марта к румынской версии газеты «СП». Сотрудники газеты объяснили полиции, что было отпечатано больше экземпляров приложений в целях экономии, чтобы не ездить во второй раз в Единец.
После проверки тираж газеты «СП» на русском языке был освобожден, а несколько тысяч экземпляров приложений задержано.
Главный редактор газеты Слава Перунов тоже считает акцию спланированной. Он сообщил, что накладную на задержанные приложения должны были отправить в Бэлць 29 марта — в день выхода румынской версии газеты. Экономическая полиция вообще отказалась комментировать этот инцидент.
Однако не все так плохо в Молдове по сравнению с другими республиками СНГ. Так, в конфликте между прокуратурой и СМИ суд занял сторону журналистов. Произошло это 12 марта в суде сектора Буюкань Кишинева, где проходило предварительное, заседание по рассмотрению уголовного дела против председателя Народно-республиканской партии Николая Андроника. Как пишет газета «Молдавские ведомости»,  в начале заседания, представитель стороны обвинения, прокурор Игорь Попа, потребовал засекретить судебное разбирательство под надуманным предлогом о том, что открытое заседание якобы повредит правосудию.
«Освещение этого дела в средствах массовой информации может нанести ущерб юстиции», — сказал прокурор, мотивируя свое требование тем, что население Молдовы недостаточно юридически грамотно, чтобы адекватно воспринимать сообщения СМИ о данном судебном процессе.
Прокурор пояснил также, что в результате чрезмерной гласности у некоторых граждан может сложиться впечатление, что Н. Андроник виновен, и тем самым будет нарушен принцип презумпции невиновности.
По мнению защиты, требование прокуратуры было незаконным и необоснованным, нарушало права на публичный судебный процесс и защиту, зафиксированные в Конституции Молдовы и европейской конвенции по правам человека.
Судья Михаил Дьякону согласился с аргументами защиты и отклонил данное ходатайство прокуратуры. Как пишет журналист Владимир Сорокин, по окончании заседания лидер НРП сказал журналистам, что власть преследует цель удалить прессу из зала, чтобы журналисты не видели, что «речь идет о политическом и заказном деле против меня».
А в Приднестровье в городе Рыбница местная администрация взялась самолично лоббировать свое издания — газету «Новости». В марте она организовала акцию под  названием «Газету „Новости“ — в каждый дом». Решение об этом было принято на последней сессии городского и районного Совета народных депутатов. Оно было продиктовано тем, что в последние два года сильно сократились тиражи газеты «Новости», учредителями которой являются горрайсовет и госадминистрация.
Одной из целей акции обозначено «повышение культуры населения». Согласно тексту решения, депутаты городского и районного Совета народных депутатов, сельских Советов народных депутатов, председатели сельских Советов-глав государственных администраций сел района обязаны сами подписаться на эту газету, а, кроме того, в течение 10 дней провести «разъяснительную работу» с избирателями в округах.

Таджикистан

В Душанбе отметили скорбную дату — 2 марта исполнилось бы 61 год известному таджикскому журналисту Мухиддину Олимпуру, который был убит 12 марта 1995 года во время гражданской войны в Таджикистане. Его убийцы были наказаны только в 2003 году. Всего же за годы гражданской войны в Таджикистане (1992–1997) погибли 73 журналиста. И это не могло не наложить отпечаток на всю национальную журналистику, которая очень долго боялась пользоваться своим законным правом на свободу слова. И только последние 2–3 года таджикским журналистам удалось избавиться от самоцензуры и страха. Но у них сегодня другие проблемы.
В этой связи любопытен, на наш взгляд, опрос, проведенный газетой «Азия-Плюс» в день национальной журналистики 11 марта, и, соответственно, его результаты. Изданию было интересно узнать, каким СМИ отдают предпочтение члены правительства. Любопытным нам показался этот опрос потому, что министры, которые в нем участвовали, невольно дали оценку местной прессе и даже высказали пожелание, в каких СМИ они нуждаются.
К примеру, министр культуры Мирзошохрух Асроров читает практически все газеты, а из последних статей запомнил критическую в адрес своего министерства. «Хотя эта статья меня рассердила, я не считаю необходимым отвечать на нее. Она этого не стоит», — заключил министр. Очевидно, автор не смог убедить своей статьей адресата.
Председатель госкомитета по телевидению и радиовещанию Асадулло Рахмонов тоже читает всю таджикскую прессу. Причем особенно внимательно — «Точикистон», «Чумхурият», «Садои мардум» и «Азию-Плюс». Но пожаловался на дефицит хороших публикаций в таджикской прессе.
«А иногда, — сказал А. Рахмонов, — газеты публикуют мнение одного автора, который нередко даже не владеет ситуацией. А это выдается как общественное мнение…» И тут проглядывается непрофессионализм журналистов.
В Телерадиокомитете, по его словам, всегда обсуждают статьи, где идет речь о деятельности государственных ТВ и радио. Но, по словам А. Рахмонова, в большинстве случаев газеты пишут только о минусах наших СМИ. «А ведь мы имеем и достижения. Кроме того, мы хотим, чтобы звучали конкретные предложения по улучшению нашей работы», — отметил он.
Глава МИД Хамрохон Зарипов выразил сожаление по поводу отсутствия ежедневной газеты в стране, что говорит о большом дефиците информации, который он вынужден компенсировать поисками в Интернете. Помимо этого министр отметил практическое отсутствие добротных аналитических статей в местных СМИ.
Думается, что СМИ должны сделать вывод из этого опроса, ведь по большому счету чиновники — те же читатели, и их мнение должно учитываться журналистами, которым небезразлична судьба своего издания.
Своеобразным дополнением можно рассматривать и семинар по проблемам профессиональной этики, который в марте организовали и провели МИД республики, Фонд Фридриха Эберта и Бюро ООН по миростроительству в Таджикистане. Ценен этот семинар тем, что критика звучала не в адрес властей, а журналистов, причем они оценивали себя сами.
Один из основных недостатков журналисты назвали отсутствие солидарности, единства и взаимовыручки. По мнению эксперта в области СМИ, профессора Ибрагима Усманова, такая ситуация сложилась потому, что в таджикской журналистике немало случайных людей, пришедших в профессию не по призванию, а с коммерческими целями:
"У нас в журналистике очень много попутных лиц, которые пришли, поработали и ушли из профессии. Это как раз негативно влияет на развитие журналистики. С другой стороны, среди тех, кто получили возможность сделать в журналистике свой бизнес, даже если они и принадлежали когда-то к лагерю пишущих журналистов, после того, как они стали владельцами, они начали относиться к своим бывшим коллегам с другой позиции — они превратились в «государство в государстве», — считает И. Усманов.
Коллеги откровенно признают, что СМИ Таджикистана нередко игнорируют принятые на международном уровне нормы профессиональной этики журналистов. «Самое постыдное явление, которым грешат далеко не единичные издания и журналисты — плагиат», говорит редактор газеты «Нигох» Нурали Давлатов:
«Существуют нарушения этического кодекса журналистами, когда, например, берут материалы из российской прессы, меняют русские имена на таджикские, и затем выдают статьи, будто написанные местными авторами. То есть бывают факты плагиата или компиляции. Другая проблема заключается в том, что многие считают, что можно не предупреждать своего собеседника о том, что все, что он говорит, записывается и будет напечатано или передано в эфир», — констатировал Н. Давлатов.
Участники встречи также отмечали, что таджикские журналисты и СМИ нередко ставят свои личные интересы выше общественных и профессиональных. Это проявляется и в излишней самоцензуре, с одной стороны, и в практике восхваления действий правительства, с другой. А в результат страдает общество, потому что лишено возможности получить достоверную информацию. После бурных споров пришли к выводу, что журналистам необходим свой этический кодекс. До настоящего времени документа, регулирующего морально-этические стороны журналистской деятельности, ни одно СМИ и медиасообщество Таджикистана в целом не имело. Здесь серьезно заговорили о работе над таким документом. Однако по опыту знаем, что главным всегда бывает не сам документ и не те правильные пункты, зафиксированные в нем, а то, как к нему будут относиться журналисты. А вот это зависит от многих факторов — культуры, профессионализма, образованности и личной порядочности вообще.
Однако у таджикских журналистов есть все предпосылки измениться самим и изменить отношение к себе. Этот вывод мы сделали из сообщения о том, как добиваются доступа к информации объединившись несколько СМИ. Более того, здесь они выступают не только с позиций журналистов, которым нужны данные, но и с позиций интересов своих читателей, с позиций гражданина. Можно сказать, что начало положено.
Сложившаяся ситуация с энергообеспечением населения страны и существующая лихорадка в энергосистеме вызывает большую озабоченность общества. Об этом говорится в Обращении руководителей газет Таджикистана и Медиа-ассоциаций к правительству РТ, принятом 27 марта. Очевидно, последней каплей стала история с корреспондентом Иранского радио «Хорасан» Косими Бекмухаммадом, который, планируя написать материал о проблемах с обеспечением населения электроэнергией, обратился к руководителю пресс-центра «Барки тоджик» Нозирджону Ёдгори. Сценарий потом разыгрывался самый стандартный: сделал ситуацию и попросил ответить на вопросы. Н.Ёдгори заявил журналисту, что получайте письменный запрос, так как на устные не отвечаем, позвоните завтра, вопросы, отправленные по факсу «исчезли», потом телефон молчит, начальник в командировке или на совещании и т.д.
«Анализ многочисленных публикаций и обращений граждан в редакции СМИ, свидетельствуют о кризисе доверия к руководству энергетической отрасли страны», — говорится в Обращении. Отмечаются такие серьезные недостатки в работе госкомпании «Барки Точик» и ее структур, как: ограничение доступа журналистов к объективной и достоверной информации, несоблюдение заявленного графика лимитированной подачи электроэнергии, нарушение прав потребителей и отсутствие механизма обратной связи с обществом. Все это, по мнению авторов, является примером непрофессионализма управления.
«За весь период энергокризиса руководство отрасли не смогло предоставить СМИ точную и объективную информацию», — подчеркивают авторы Обращения. Они хотят знать точный список так называемых «объектов жизненной важности», поскольку в ряде случаев объекты, которые могли бы быть причислены к таковым, например, издательства страны, где печатаются общенациональные газеты, или больницы и школы, также подпадают под лимиты. В это же время «отдельные коммерческие структуры или частные дома (районы) ограничениям не подвергаются».
Несоблюдение графика подачи электроэнергии, а в отдельных случаях его полное отсутствие, приводит, по мнению журналистов, к напряжению в обществе, что не «прибавляет доверия граждан к политике правительства».
"Руководство «Барки Точик», оперируя разными данными, препятствует прозрачности своей деятельности и, таким образом, вводит в заблуждение не только общественность, но и руководство страны, нанося серьезный ущерб экономике".
Отдельно обращается внимание на нарушения прав потребителей, по которому со стороны руководства «Барки Точик» не предусмотрен механизм моральной или материальной компенсации, в то время как существует механизм наказания потребителей по несоблюдению правил пользования электроэнергией.
Журналистов не удовлетворяют причины кризиса, которые приводит руководство энергоотрасли. Помимо этого, на их взгляд, имеет место отсутствие у руководителей навыков антикризисного управления, что в современном мире является обязательным качеством для менеджеров такого уровня.
В этой связи от имени общественности страны авторы обращения просят правительство обратить внимание на сложившуюся ситуацию и компетентность руководства отрасли.
Под письмом подписались руководители газет «Азия-Плюс», «Курьер Таджикистана» «Миллат», «Нигох», «Точикистон», «Факты и комментарии», «Фараж», «Чархи Гардун», организаций Медиа-альянс, Национальной ассоциации независимых средств массовой информации Таджикистана, Таджикской ассоциации независимых электронных средств массовой информации, Центра журналистских расследований, Фонда памяти журналистов.
И вот один из множества случаев, подтверждавший правоту СМИ. Так, в Ходженте в честь 95-летия Дня таджикской печати 9 марта был проведен конкурс среди молодых журналистов в Центре молодежи. В разгар конкурса прекратилась подача электроэнергии. В результате жюри вынуждены были переместиться в фойе и уже без зрителей заканчивать мероприятия. Участники не получившие призовые места были разочарованы, так как у них отняли последний тур, в котором они смогли бы обойти лидеров.

Туркменистан

В Туркмении сейчас происходят значительные перемены. По указанию властей республики, доступ населения к компьютерной сети Интернет расширяется, цены на пользование этой системой коммуникаций и получения информации снижены вдвое: если раньше час в ашхабадском Интернет-кафе стоил порядка 50 тысяч манатов, то теперь — 25 тысяч. В столице уже открылись несколько таких кафе. Правда, до сих пор посетители обязаны зарегистрироваться по предъявленному им удостоверению личности, получить код для входа в компьютер и в Интернет-систему. При регистрации служащие кафе информируют клиента о недопустимости посещения террористических (надо полагать, и оппозиционных) и порнографических сайтов. На всякий случай, все равно подстраховались, и посмотреть некоторые зарубежные сайты практически невозможно.
«Туркментелеком» приступил к установке Интертен-линий в жилых кварталах Ашхабада. Но, судя по информации, все равно все находится под контролем. Известно, что еще С. Ниязов не жалел денег на своих силовиков. Новый президент в этом плане ничего не изменил. Да и люди, которые много лет жили с оглядкой, вряд ли сами готовы выйти на рамки дозволенного.

Узбекистан

Создается впечатление, что арест журналистки Умиды Ниязовой стал той самой командой «фас», который так ждали силовики. И теперь каждый независимый журналист, сотрудничающий с зарубежными (включая российские) изданиями, помещен уже под «железный колпак». Теперь каждого из них могут вызвать в любое время дня и ночи на допрос, подвергнуть аресту, давить на родственников. Сначала взялись за всех, кого нашли в записной книжке У. Ниязовой. Причем, особо усердствует почему-то Транспортная прокуратура. Видимо, на транспорте работы недостаточно и полный ажур, вот и помогают своим коллегам из других «сфер».
Так, в транспортную прокуратуру был вызван один из наиболее активных независимых журналистов Сид Янышев, который рассказал сайту «Uznews.net» о нескольких своих визитах в эту организацию.
Его в транспортную прокуратуру вызвали по повестке, которую ему домой привез один из помощников следователя Улугбека Артыков, занимающегося делом Умиды Ниязовой.
"На следующий день я вынужден был явиться в прокуратуру «в качестве свидетеля», ведь, как сказано во всех подобных повестках, «в случае уклонения от явки на допрос» я был бы подвержен приводу", — рассказал журналист.
Допрашиваемых было трое, вопросы часто повторялись, но уже в другой интерпретации, так что ситуация очень напоминала сцену допроса пойманного с поличным шпиона из детективного фильма. Но что особенно удивило журналиста, его мало спрашивали про знакомство с Ниязовой. Следователей больше всего интересовала профессиональная деятельность свидетеля и вообще вся механика работы независимого журналиста: что это за понятие «независимый журналист», на какие темы он пишет, в какие издания, как получает гонорары, размеры этих гонораров, выдает ли кому-то деньги, как платит налоги. А о связи с Умидой только одно — заказывала ли она ему статьи и оплачивала ли его труд. Как будто она была привлечена к уголовной ответственности именно за то, что могла кому-то заказать статью и заплатить за ее написание деньги. Если так, то это является безусловным подтверждением того, что Ниязова привлечена за свою журналистскую деятельность.
А, следовательно, отныне любой пишущий на зарубежные издания журналист в Узбекистане может быть за это привлечен к уголовной ответственности.
Но самое большое изумление свидетеля вызвала показанная ему распечатка всех денежных переводов из-за рубежа за последние 2 года, сделанных через службу «Вестерн Юнион» на его имя. Ведь он по наивности, думал, что тайна вкладах должна соблюдаться, забыв об узбекских реалиях. О которых, впрочем, ему напомнили следователи, объяснившие, что  любая компания, занимающаяся денежными переводами, обязана по запросу местных властей предоставлять такую информацию. Правда, как потом выяснил журналист, это делается только в случае возбуждения уголовного дела против клиента компании. И этот факт не мог его не насторожить.
«Меня начали спрашивать, откуда и за что получены эти деньги, мне ли они были предназначены или я их кому-нибудь раздавал, как и кому я плачу налоги, заключал ли договора и так далее, — рассказывает журналист. — Но какое до этого дело транспортной прокуратуре? Сложилось впечатление, что при ведении этого дела объединились все силовые структуры Узбекистана: транспортники, СНБ, МВД, пограничники, таможенники и, главное, налоговая инспекция».
Перекрестный допрос с пристрастием длился 2 часа, был запротоколирован и подписан свидетелем. Но на этом давление не закончилось. На следующее утро его по телефону вновь вызвали в транспортную прокуратуру — «для уточнения пары вопросов». Тут в дело вступил еще один сотрудник. Все вопросы повторились, и допрос вновь занял 2 часа. Журналист, побывавший в транспортной прокуратуре, рассказал, что один из следователей во время допроса спросил его: «Вот вы сходили на мероприятие, к примеру, на суд над правозащитником — а зачем об этом писать, для чего?» При этом, как показалось допрашиваемому, он спросил это так искренне, как будто действительно не понимает, для чего это нужно.
И еще, при повторном допросе следователь настаивал на том, чтобы допрашиваемый назвал имена коллег, проживающих в разных регионах республики, «так, на всякий случай».
«Возникла мысль, что власти страны, воспользовавшись случаем возбуждения уголовного дела против одного журналиста, решили подмять под себя всех независимых журналистов Узбекистана», — сделал нерадостный вывод журналист. К сожалению, такой вывод сделал не только допрашиваемый журналист, но и все остальные.
Следователи транспортной прокуратуры Узбекистана из Ташкента пожаловали в Джизак, чтобы допросить местного правозащитника Бахтиера Хамраева о его профессиональной деятельности и связях с Умидой Ниязовой. Правозащитника вызвали в отделение милиции на вокзале в Джизаке на допрос к следователю Аскару Ахунову и его коллегам из транспортной прокуратуры, где ему пришлось ответить на многие вопросы об Обществе прав человека в Узбекистане (ОПЧУ), председателем отделения в Джизакской области которого Хамраев является.
Следователей интересовало, когда было основано ОПЧУ, с какого года Хамраев работает председателем отделения ОПЧУ в Джизакской области, на какие средства Общество существует, когда и от кого получали гранты.
Бахтиер Хамраев спросил следователей, есть ли у них вопросы по делу Умиды Ниязовой, по которому они его собственно вызвали. Тогда последователи вопросы о его связях с Умидой Ниязовой, когда и при каких обстоятельствах они познакомились, сколько раз встречались и о чем говорили при встречах. Но у Бахтиера Хамраева сложилось мнение, что транспортная прокуратура лишь использует дело Умиды Ниязовой, чтобы по ниточке притянуть и других журналистов и правозащитников страны, получить больше информации об их работе, а потом расправиться со всеми.
В своем безудержном рвении выслужиться перед верхами, в Узбекистане дошли до абсурда. Так, Мирзо-Улугбекский районный суд Ташкента вызвал в суд гражданку Турсуной Хайдаровну, мать журналиста Алишера Таксанова, которая умерла полгода назад. Каким образом судья хотел общаться с умершей — непонятно. Сам журналист связывает это с новой волной преследований журналистов вообще, и его, в частности. Снова начались допросы его близких, друзей и знакомых. Несколько раз под видом участковых к дому, где проживал журналист-диссидент, приходили сотрудники МВД и СНБ, угрожая его родственникам, что отправят их в тюрьму, если те не выдадут компрометирующей информации на Алишера. Был вызван в милицию домком, который ничего не понимал, что «натворил» вполне добропорядочный жилец дома № 31.
Один из товарищей А. Таксанова был вызван в СНБ, где его избили и заставили написать то, чего не существовало на свете. «Я вынужден был это сделать, потому что угрожали не только лично мне, но и моей семье, — потом признался он родственникам Таксанова. Но знайте, я это сделал лишь под давлением. И если суд будет честным, то я дам опровержение написанному мной», — признался он своим знакомым.
Между тем, он был не единственным, на кого надавили сотрудники СНБ. Угрозы поступали и его сестре Тамиле. Два раза — в декабре 2006 года и марте 2007 года к ней приходили люди в погонах, которые вели в жестком тоне и с угрозами допрос относительно места пребывания журналиста, его деятельности. Они утверждали, что существуют подозрения нахождения журналиста в Афганистане или Чечне, где он проходит подготовку в качестве боевика.
Утром 30 марта заявились сотрудники прокуратуры, которые продолжили «беседу». С их слов, опальный журналист проходит в качестве свидетеля по какому-то уголовному делу. При этом не уточнялось, что это за дело и почему Алишер стал свидетелем. Разговор шел под прессингом и угрозами физической расправы. Сам А. Таксанов уверен, что в отношении него хотят сфабриковать дело, как это имело место в отношении Умиды Ниязовой и Натальи Бушуевой.
А.Таксанов уверен, что с лета 2006 года началась кампания по дискредитации и последующим арестам оппозиционеров и независимых журналистов. Это делается для того, чтобы очистить пространство для предстоящей президентской гонки, и никто не смог пикнуть против существующей власти и самого президента И.Каримова, который с 22 января 2007 года таковым не является.
Уже тогда страну вынуждены были покинуть несколько правозащитников и журналистов. А некоторые все же были арестованы и судимы за совершение несуществующих преступлений.
«Сейчас вызывают моих друзей и коллег по перу для дачи показаний по ложным делам», — говорит А. Таксанов. По его мнению, существуют «черные списки», которые утверждены президентом и спущены карательно-репрессивным органам. Уже под подозрением Сид Янышев, Алексей Волосевич, Андрей Кудрин и другие.
27 марта, в отношении журналистки радиостанции «Немецкая волна»Натальи Бушуевой возбуждено уголовное дело. Бушуеву подозревают в сокрытии доходов и неуплате налогов (статья 184 Уголовного кодекса Узбекистана). В прокуратуре говорят, что за пять лет, пока журналистка сотрудничала с «Немецкой волной», она ни разу не представила в налоговые органы декларацию о зарплате, получаемой на зарубежной радиостанции.
Источник «Интерфакса» в прокуратуре сообщает, что в «рамках возбужденного уголовного дела будут выясняться объемы сокрытых от налогообложения доходов, а также устанавливаться причины, по которым журналистка позволила себе систематически нарушать законодательство республики». Кроме сокрытия доходов и неуплаты налогов, журналистке инкриминируется работа от имени иностранной радиостанции без аккредитации МИД Узбекистана.
На одном из сайтов появилось письмо анонимного журналиста (по вполне понятным причинам не назвавшего свое имя), который объяснил, что он готов платить налоги, но не может этого сделать. В письме, в частности, говорится: Я журналист. Я почти два года сотрудничаю с одним иностранным изданием, пишу для него из Ташкента, иногда удается выезжать в регионы. Что мне не так уж нравится. Сельчане сразу же примечают чужака и смотрят на меня с недоверием и опаской, а менты с наглыми мордами тут же начинают цепляться. Обычно, чтобы отвязаться от них выделяю специальную графу в бюджете — на взятки должностным лицам, или же запасаюсь сигаретами. Полтора года назад издание, на которое я работаю, подало документы в узбекский МИД с просьбой аккредитовать меня в качестве их корреспондента в Узбекистане. Моя страна заинтересовала их после Андижанских событий, когда расстрел демонстрации в этом городе попал на первые полосы и выпуски новостей мировых СМИ. Это было не самое лучшее время для обращений в пресс-службу МИДа. Как я понимаю, в то время узбекский МИД решал прямо противоположную задачу — как избавиться от уже работавших в стране иностранных журналистов и от наших местных, писавших за рубеж.
Нашу просьбу игнорировали достаточно долго. Мои робкие попытки набрать номер пресс-службы МИДа — 132–05–41, где сидит грубый и надменный помощник пресс-секретаря Ишнур Джаббаров, или же самого пресс-секретаря Ильхома Закирова, давно переплюнувшего своего помощника по умению хамски обходиться с журналистами, всегда заканчивались неприятным ощущением, что тебя вновь оскорбили и унизили.
«Нет, для вас пока ничего нет, перезвоните», — отвечал мне небрежно и хамовато, голосом вершителя судеб человеческих Ишнур Джаббаров. «Мы с вами свяжемся, как только будет ответ», — раздраженно с чувством невыносимой брезгливости бубнил в трубку пресс-секретарь Закиров. Как будто журналисты в этом учреждении давно занесены в категорию самых низших существ, жалких пресмыкающихся, не заслуживающих и грамма уважения". Думается, что все это делается неслучайно в расчете на то, что журналисты плюнут и откажутся бороться за вожделенную аккредитацию. Но, как отмечает журналист, он терпел, потому что аккредитация стала необходимостью после выхода 24 февраля 2006 года постановления Кабинета министров Узбекистана «Об утверждении Основных правил, регулирующих профессиональную деятельность корреспондентов средств массовой информации иностранных государств». Это постановление вводит запрет на сотрудничество с зарубежными СМИ местным журналистам, не имеющим аккредитацию при МИДе Узбекистана.
«Не дождавшись аккредитации, я перестал звонить в пресс-службу МИДа, а они, несмотря на обещания Ильхома Закирова мне никогда не перезвонили. Никакого письменного разъяснения — почему мне не дали аккредитацию, я тоже не получил», — констатирует журналист.
В предыдущих номерах мы писали о независимом журналисте Джамшиде Каримове, которого в сентябре прошлого года поместили в психиатрическую лечебницу. Прошел шестимесячный срок принудительного лечения в психиатрической больнице, определенный судом для независимого журналиста, но несмотря на это никто не знает точно: выйдет ли Джамшид на свободу.
По данным семьи журналиста, 15 марта в психиатрической больнице Самарканда, состоялось медицинское освидетельствование Джамшида Каримова, и на его основании будет принято решение об его дальнейшей судьбе.
Главный врач психиатрической больницы в Самарканде Акбар Абдусаттаров на запрос Uznews.net о том, какое заключение сделала медицинская комиссия после обследования психического состояния и здоровья Каримова, ответил, что не может давать какие-либо комментарии и отвечать на вопросы по данному случаю.
По словам же близких друзей Джамшида Каримова, у них нет сомнений в том, что дело Каримова является политически мотивированным, что его поместили в психушку по приказу «сверху», чтобы избавиться от надоедливого журналиста, заставить его молчать. Поэтому они делают далекие от оптимизма выводы: вряд ли власти выпустят журналиста, если учесть, что в стране должны пройти президентские выборы. Хотя, эксперты не исключают, что Д. Каримова могут выписать, решив: кто будет верить журналисту после того, как он побывал в психушке. В любом случае, эксперты говорят, что все зависит от Аллаха и Ислама Каримова.
А 12 марта в ташкентском аэропорту трое журналистов, возвращавшихся из Бишкека домой, на таможенном контроле были подвергнуты тщательному досмотру, похожему на обыск.
"Узнав, что мы летим с семинара по журналистике, да еще и из Бишкека — одной из столиц «цветных революций», нас подвергли жесточайшему досмотру, — рассказывает один из трех потерпевших журналистов. — Это длилось 2–3 часа, и было очень унизительно.
Они выпотрошили все наши сумки, прощупали каждую складочку наших воротников и рукавов, просмотрели каждую бумажку, все рукописные записи, пересчитали все наши деньги, прослушали все аудиозаписи. Как будто мы не домой прилетели и не граждане Узбекистана, а какие-нибудь террористы…"
При таком раскладе журналистов, отважившихся писать об Узбекистане статьи, идущие вразрез с политикой правительства и президента, останется все меньше и меньше, пока совсем не сойдет на нет.
Страна все больше отгораживается от внешнего мира. Все больше заслонов ставится на пути выхода информации за пределы Узбекистана, и входа информации извне. К примеру, ни один из тезисов доклада Государственного департамента США о ситуации в области прав человека, касающиеся Узбекистана, не был обнародован в СМИ Узбекистана. Правительство Узбекистана отреагировало на публикацию доклада, посвященного республике, крайне болезненно, назвав его устами МИДа «тенденциозным и необъективным». И все из-за того, что в нем дается самая нелицеприятная оценка деятельности узбекских властей, а также политической и социально-экономической ситуации, которая существует в стране благодаря их стараниям.
«Узбекистан является авторитарным государством с населением приблизительно 27,2 миллиона человек. Конституция устанавливает президентскую форму правления с разделением исполнительной, законодательной и судебной ветвей власти, однако на практике президент Ислам Каримов и централизованная исполнительная власть доминировала в политической жизни и осуществляла почти полный контроль над другими ветвями власти. Двухпалатный парламент состоял почти полностью из должностных лиц, назначенных президентом, и членов партий, которые его поддерживали».

Украина

Украинские журналисты снова перед испытанием на прочность. В стране новое противостояние, которое, к слову сказать, не стало неожиданностью ни для кого. Поэтому напряженность в работе у СМИ сохранялась. И снова на журналистов нападали, обвиняли, запугивали, отказывали в информации. Данных, представленных в марте, очень много, поэтому остановимся лишь на некоторых.
14 марта во время пресс-конференции директора Агентства по противоракетной обороне США Генри Оберинга завязалась драка из-за того, что некоторых журналистов не допускали на пресс-конференцию. В результате потасовки был избит журналист газеты «Досвітні вогни» Виталий Плошкин.
В этот де день в магазине «Продтовары» на ул.Акима, 3 было совершено нападение на телевизионную группу УТ-1, которая проводила журналистское расследование о продаже спиртных напитков несовершеннолетним.
В Харькове главный редактор информационного бюллетеня «Редукцион», специализирующееся на тему госзакупок, Владислав Зубар обратился в областную прокуратуру с заявлением об угрозах, связанных с профессиональной деятельностью. По словам журналиста, расправой ему угрожал пресс-секретарь Тендерной палаты Украины Андрей Васейко — по телефону.
«Пресс-секретарь Тендерной палаты Украины требовал не размещать материалы журналистского расследования и угрожал мне расправой с помощью правоохранительных органов». Это — цитата из заявления журналиста Владислава Зубара в прокуратуру области. Доказательство угроз — запись телефонного разговора — якобы с Андреем Васейко. «Если — не дай Бог — какие-то материалы будут проходить на сайте, либо в журнале, все материалы по вашему предприятию будут переданы в правоохранительные органы. Я вас предупреждаю. Я не хочу с вами вести никакого разговора, я вам передал эти слова и все. А вы дальше принимайте решение: где мы дальше идем. Каким образом с вами будем работать. Если вы хотите работать таким образом, значит будем с вами работать таким образом. Материалы необходимые собраны и готовы к передаче в суд», — следует из записи.
Версия пресс-секретаря тендерной палаты: если разговор и был, то речь шла не о расправе, а о судебном иске. Повод — искажение информации. Журналист «на камеру» об угрозах тоже не говорит. Вместо этого обвиняет Тендерную палату в ограничении свободы слова.

О намерении закрыть популярное политическое ток-шоу «Толока» на «Первом национальном» заявил 21 марта ведущий программы, вице-президент Национальной телерадиокомпании Украины Виктор Павлюк.
"19 марта, через 20 минут после начала передачи в прямом эфире, с участием представителей оппозиции — лидера блока БЮТ Юлии Тимошенко и руководителя фракции «Наша Украина» Вячеслава Кириленко исчезло интерактивное голосование телезрителей, показывавшее на тот момент высокий уровень доверия к оппозиции", — отметил Павлюк. Также, по его словам, на следующий день сняли с эфира утренний повтор программы, а позднее президент национальной телекомпании Виталий Докаленко объявил о закрытии передачи. Присутствовавший на пресс-конференции вице-спикер Верховной рады Украины Николай Томенко заявил, что считает этот случай «возвращением цензуры на украинское ТВ и попыткой появления старой модели управления».
По информации Виктора Павлюка, формальным поводом для закрытия передачи послужило обвинение в преднамеренном искажении итогов интерактивного голосования.
В марте стала заметна четкая тенденция — ограничить доступ журналистов в информации. Так, депутат Киевсовета из фракции БЮТ (Блок Юлии Тимошенко)  Александр Бригинец заявил о том, что мэр Киева Черновецкий пытается ввести новый вид цензуры своим проектом-распоряжением. Суть документа мэра состоит в том, что прямая трансляция должна проводиться только в кабинетах Киевсовета и в фойе для аккредитованных журналистов, а в эфире телеканала «Киев» будут появляться только видео-отчеты.
«Прямая трансляция заседания Киевсовета — главный источник честной и объективной информации, которую получают киевляне. Они видят все — кто как голосует, кто защищает их интересы, а кто свои. Правда, все чаще некоторые фрагменты заседания, особенно те, которые касаются раздела земли, начали исключать из прямого эфира. Конечно, зачем киевлянам знать, сколько сотен участков золотой киевской земли было роздано мэром и его командой?!», — говорит Бригинец.
Медиа-профсоюз потребовал от МВД изменить порядок аккредитации на пресс-конференцию министра внутренних дел Василия Цушко, которая должна была состояться 17 марта, поскольку попасть на эту пресс-конференцию не смогут свободные журналисты (фрилансеры), которые освещают деятельность правоохранительных органов, но не состоят в штате СМИ и готовят материал не под конкретный заказ отдельной редакции.
Журналисты считают незаконным порядок аккредитации, согласно которому на пресс-конференцию можно попасть только на основании официального запроса от лица руководителя СМИ, а аккредитация заканчивается раньше, чем за сутки до начала события.
«Внедрение такого порядка нарушает право гражданина на свободный доступ к информации, препятствует журналистам выполнять свои профессиональные обязанности, ограничивая их право на свободный доступ к информации», — заявляют члены комитета Киевского независимого Медиа-профсоюза.
«Также ограничивается право на доступ к информации штатных журналистов, руководители редакций которых находятся в отпуске, на больничном или в командировке, и физически не могут подготовить запрос от своего имени», — отмечают члены комитета.
При этом они подчеркивают, что МВД в лице своей пресс-службы никоим образом не объясняет причины «жесткой фильтрации журналистов».
«Медиа-профсоюз считает такую аккредитацию препятствованием деятельности киевских журналистов», — заявила глава Киевского независимого медиа-профсоюза Михайлина Скорик.
В связи с этим, Медиа-профсоюз направил министру внутренних дел официальное письмо с требованием прекратить препятствование работе журналистов и изменить порядок аккредитации на пресс-конференцию Цушко как такой, что не соответствует закону.
Также Медиа-профсоюз просит МВД сообщить общественности кто и по какой причине ввел незаконный порядок аккредитации.

Тип события	Количество случаев
Нападения на журналистов, угрозы расправы	1 — Азербайджан 1 — Грузия 2 — Кыргызстан 3 — Украина
Погибшие журналисты
Задержания и аресты журналистов	2 — Беларусь 1  - Молдова
Юридическое и судебное преследование журналистов	3 — Азербайджан 1 — Армения 3 — Беларусь 3 — Казахстан 2 — Кыргызстан 1 — Молдова 1 — Узбекистан 3 — Украина
Иные формы давления на редакции и журналистов. Конфликты с властью и политическими организациями	2 — Азербайджан 1 — Армения 6 — Беларусь 4 — Грузия 2 — Казахстан 10 — Кыргызстан 1 — Молдова 1 — Молдова/Приднестровье 2 — Узбекистан 6 — Украина 1 — Украина/Крым
Ограничение доступа к информации	3 — Азербайджан 3 — Беларусь 3 — Грузия 1 — Казахстан 1 — Кыргызстан 2 — Молдова 1 — Таджикистан 1 — Узбекистан 3 — Украина
Пропавшие без вести

Составитель бюллетеня — аналитик Центра экстремальной журналистики Ирада Гусейнова (gusja@cjes.ru)