Дашь - возьмешь, посеешь - пожнешь

Недавно случайно стал свидетелем приема посетителей в американском посольстве. Честно говоря, не знал, смеяться или плакать. Дюжие охранники в касках и бронежилетах, спрятавшиеся за бронированным стеклом останавливали заранее приглашенных посетителей за несколько шагов от входа, заставляли на глазах у всей улицы снимать одежду, выворачивать карманы, показывать содержимое папок для бумаг. Жалко было почтенных стариков, но посмотрели бы вы, какая началась в посольстве паника, когда подошла беременная женщина! Словом, настоящая паранойя. Да и что было ожидать от расположенного в цветущем мирном городе здания, окруженного надолбами, железобетонными заборами, колючей проволокой, ощетинившегося глазками камер внешнего наблюдения, кусочка территории США. Их дом — их крепость…
Ладно бы, издержки войны с террором навредили бы только  имиджу посольств США, напоминающих сегодня средневековые замки. Как выясняется витрины американского образа жизни за границей не врут. Подобные же порядки сегодня в офисах находящихся и на американской территории. Так, «заграждения безопасности», теперь имеются практически во всех частных офисных зданиях Вашингтона и Нью-Йорка. Облаченные в форму охранники требуют от посетителей не только показать документы, но и письменно объяснить цель своего визита, заполнить подробный формуляр. Процедуры «безопасности» стали повседневной реальностью американской жизни, превратились в каждодневную рутину, поглощая сотни миллионов долларов и внося новые негативные черточки в психику каждого американца.
Взятый администрацией Буша в качестве официального курса государственной политики лозунг «Война с террором», по мнению независимых политологов, по сути не оправдал себя. Он не способствует эффективному решению реальных проблем, которые угрожают государству со стороны фанатиков-террористов. Зато успешно решает другую, как видно, основную цель президентской команды — создание культуры страха в стране. Ведь страх, подобно наркотикам, затмевает разум, расшатывает эмоции, помогая демагогам от политики мобилизовать общественность в поддержку самых нелогичных и абсурдных политических шагов. Так, начатая Бушем-младшим война в Ираке никогда бы не получила поддержки конгресса, если бы не возникло психологической связи между шоком от 11 сентября 2001г. и декларированным наличием в Ираке оружия массового уничтожения. Кстати, впоследствии так и не найденного.
Победа президента Буша на выборах 2004 года также была обеспечена, прежде всего, умело проведенной пиар-кампанией о том, что он возглавляет нацию, находящуюся в «состоянии войны». Продавцы страха, обычно представляющиеся экспертами по терроризму, на совесть отрабатывают свое жалование. Сегодня они должны убеждать общественность, что перед ней стоят новые угрозы и разрабатывать для этого все более убедительные сценарии самых ужасающих актов насилия, которые якобы необходимо предупредить.
Главные «злодеи» для средств массовой информации США уже назначены. Стереотипы внешности арабов, обыгрываемые в газетных карикатурах, напоминают антисемитские кампании времен фашизма. Если судить по тому, как американцы обращались с людьми, только подозреваемыми в связи с террористами, налицо активное провоцирование расовой и религиозной ненависти, способное привести к беспрецедентным ужасам и преступлениям типа Холокоста. Кстати, те 700 тысяч иракцев, которые погибли в результате «точечных ударов», специальных операций и разгоревшейся в Ираке гражданской войны — это масштаб геноцида арабской нации, вполне сопоставимый с гитлеровскими преступлениями. А издевательства американских солдат, в том числе женского пола, над иракскими военнопленными, по своей садистской изощренности намного превзошедшие примитивные методы гестаповских «интеллектуалов»?
В результате всей этой «борьбы с террором» Америка не стала сильней. Выпущенный из бутылки джин страха на свободе стал действовать по своим законам и самочувствие чиновников и просто граждан США стало намного более неуверенным. В 2003 году конгресс указал 160 потенциальных мишеней для террористов, играющих важную национальную роль. К концу года это количество возросло до 1849, к концу 2004 — до 28360, а к 2005 — до 77769. Национальная база данных возможных мишеней сейчас включает в себя порядка 300 тысяч объектов, включая небоскреб Sears Tower в Чикаго и Яблочный и свиной фестиваль в Иллинойсе. Похоже, стать мишенью для террористов стала в Америке настолько престижным делом, что скоро в список попадут все мало-мальски значимые фирмы и учреждения. А при приеме на работу важнейшим аргументом будет справка, что данный человек официально является потенциальной мишенью для террористов.
Правительство США не только счастливо от подобного «патриотизма», но и стимулирует паранойю на всех уровнях. Например, чего только стоят размещенные везде призывы «сообщать о подозрительной деятельности». А где гарантия, что такое сообщение не станет удобной практикой сведения личных счетов или орудием устранения конкурентов? Презумпция невиновности, предусматривающая, что человек должен считаться невиновным, пока не доказано обратное, размывается, если не игнорируется полностью. Никого не удивляет, что граждане США продолжительное время содержатся в заключение без надлежащего судебного процесса. Взвинченные постоянным ожиданием терактов американцы безропотно смирились с нарушением практически всех прав и свобод. У них прослушивают телефоны, их содержат под стражей без предъявления обвинений, их счета могут в любой момент заморозить без объяснения причин.
За счет активирования понятия «состояния войны с терроризмом» ощущения повсеместной, но в то же время неопределенной угрозы администрация Буша младшего решает свои сугубо партийные, клановые интересы в ущерб интересам американского народа и мирового сообщества в целом. Однако каков посев, таков и урожай. Знаменитый британский историк Арнольд Тойнби в своем фундаментальном труде «Исследование истории» написал: причиной крушения любой империи в конечном итоге становится «самоубийственные действия ее лидеров». С точки зрения исторических итогов деятельности Джорджа У.Буша, да и будущего Америки, именно такое определение представляется сегодня наиболее уместным для определения современного политического курса руководства Соединенных Штатов.

Михаил Дроздов