После ряда фальстартов Грузия вплотную подошла к тому, чтобы одобрить план репатриации тысяч турок-месхетинцев. Реализация этого плана ознаменует собой важный шаг на пути дальнейшей демократизации Грузии. Однако некоторые оппозиционные политики предупреждают, что законодательство недостаточно четко прописано и чревато неприятными сюрпризами для грузинского правительства.
В 1944 году по приказу Сталина десятки тысяч турок-месхетинцев подверглись массовой депортации из юго-западного района Грузии Самцхе-Джавахети в Среднюю Азию — якобы из соображений безопасности. В 1989 году не меньшему количеству представителей этой группы населения пришлось спасаться бегством из Узбекистана во время вспышки насилия в отношении турок-месхетинцев в Ферганской долине. Многие с той поры получили статус беженцев и эмигрировали на Запад. Оставшиеся в Средней Азии, по данным международных правозащитных организаций, подвергаются дискриминации.
Когда в 1999 году Грузия вступила в Совет Европы, она взяла на себя обязательство реализовать рассчитанный на 12 лет план по репатриации и адаптации лиц, подвергшихся депортации. Однако до сих пор правительство не предпринимало серьезных шагов по выполнению данного обязательства. 27 июня законопроект о мерах по обеспечению возвращения турок-месхетинцев в Грузию был принят парламентом страны во втором чтении 101 голосом против 2. Окончательное голосование по этому вопросу запланировано на 29 июня.
Согласно законопроекту, туркам-месхетинцам дается один год (с 1 января по 31 декабря 2008 года) для того, чтобы обратиться в грузинские консульства и в официальном порядке зафиксировать свое намерение вернуться в Грузию. Правительство утверждает, что такая мера позволит властям определить количество желающих вернуться в Грузию и спланировать процесс репатриации. Законом не уточняется, где репатрианты будут проживать, он также не предусматривает оказание им финансовой помощи. Во второе чтение законопроекта было включено положение о том, что при регистрации на репатриацию претенденты должны будут предоставить декларацию об имуществе.
Представитель Совета Европы в Тбилиси отказался прокомментировать законопроект, однако в интервью информационному сайту Civil.ge от 13 июня один из соавторов законопроекта подчеркнул, что желание выполнить требования Совета Европы и НАТО стало «причиной для ускорения процесса».
Законопроект о репатриации невероятно близок к принятию, но некоторые эксперты полагают, что ввиду щепетильного характера этого документа он может забуксовать из-за разногласий по поводу деталей. Например, серьезная полемика развернулась по вопросу о том, сколько именно турок-месхетинцев могут решить вернуться в Грузию.
Региональный представитель Европейского центра по делам нацменьшинств Том Триер полагает, что ограничение в один год может привести к неверным подсчетам, если многие турки-месхетинцы пожелают подстраховаться и зарегистрироваться сейчас, а окончательно решение оставить на потом. В результате правительству придется мучительно искать выход из создавшейся ситуации. С точки зрения представителя Консервативной партии и депутата парламента Звиада Дзидзигури, возражавшего против законопроекта, отсутствие четкости в отношении данного вопроса представляет угрозу для национальной безопасности. «Это небезопасно, потому что законопроект не предусматривает возможных осложнений на тот случай, если, скажем, сто тысяч репатриантов решат претендовать на грузинское гражданство», — отметил он, выступая по телеканалу «Имеди» 14 июня.
Его коллегу, депутата парламента от Консервативной партии Каху Кукаву тревожит то обстоятельство, что возвращение турок-месхетинцев в преимущественно армянский район Самцхе-Джавахети на границе с Турцией может спровоцировать новый всплеск регионального сепаратизма. В начале 1990-х годов в этом районе наблюдалась большая напряженность, когда туда вернулись турки-месхетинцы, называющие себя этническими грузинами.
«У нас возникли большие проблемы с национальными меньшинствами в Грузии, — говорит Кукава. — После обретения страной независимости Россия использовала против нас наши национальные меньшинства [в сепаратистских пророссийских районах Абхазия и Южная Осетия]. Они планируют устроить еще один конфликт в Джавахети».
Такое видение роли России распространено как среди политиков, так и среди простых жителей Грузии. Кукава, однако, также утверждает, что Турция и тюркские организации могут способствовать тому, что «через три-пять лет» после возвращения турки-месхетинцы начнут претендовать на независимость. Подобный сценарий исходит из предположения, что турки-месхетинцы на самом деле являются этническими турками. Вопрос о турках-месхетинцах является предметом горячей полемики среди грузин, многие из которых не забывают о вековом господстве Оттоманской империи в западных и юго-западных районах Грузии. В официальных грузинских документах утверждается, что месхетинцы — это грузины, принявшие ислам во время правления Оттоманской империи в районе Самцхе-Джавахети. В этих документах данная группа населения не именуется «турками». Контраргумент многих депортированных сводится к тому, что их предками были турки, поселившиеся в районе Самцхе-Джавахети еще в V веке. Термин «турок-месхетинец» использовали советские власти для обозначения этой группы людей, хотя сами члены данного сообщества редко именуют себя подобным образом. Обычно они называют себя «ахыскинскими» или «ахалцихскими» турками по названию главного города этого района.
Региональный представитель Европейского центра по делам нацменьшинств Том Триер называет дебаты по поводу этнической принадлежности «не имеющими отношения» к сути вопроса о репатриации. И все же Каха Кукава из Консервативной партии предложил парламенту создать экспертную комиссию, чтобы определить, имеем «мы дело с турецкой, татарской или курдской национальностью, которые были изначально агрессивно настроены по отношению к грузинскому государству», — заявил, по сообщению телеканала «Имеди», этот политик.
Между тем на самой родине депортированных царят смешанные чувства. Бывший заместитель губернатора Самцхе-Джавахети Армен Амирханян отметил, что местное армянское население не особенно жаждет жить бок о бок с народом, с которым его разделяют многочисленные исторические разногласия. Он, однако, добавил, что такие настроения распространены отнюдь не повсеместно.
Наконец, приток новых жителей в один из районов острой хронической безработицы может стать гигантской проблемой, добавляет Амирханян. «Не могу сказать, к каким именно проблемам приведет это решение, но соперничество за рабочие места в районе, где работы практически нет, станет настоящей дилеммой», — подчеркнул он.
Пол Римпл, независимый журналист, Тбилиси
