Праворульный, лоточница и поэт

Однажды, покупая газеты, мой друг стал невольным свидетелем диалога продавщицы газет с одним из покупателей. Они разговаривали о сносе домов и шумихе, развернувшейся вокруг него. «Я вот, просматривая газеты», — сказала продавщица, открывая номер какого-то издания, — «с удовольствием читаю о протестах и возмущении жителей сносимых домов. Ой, я так рада, а то все жду, когда и к нам заявятся. Все боюсь остаться на улице».
- Интересно, как же Вас выселят из собственного дома? — вмешался в их беседу мой друг.
- А что? Да запросто!
- А Вы никогда не задавались вопросом: почему Вас до сих пор еще не выселили? Ведь это не произошло только благодаря тем людям, кто пишет, протестует, возмущается — ответил он ей и заметил, что она немного смутилась, а покупатель, не желая вмешиваться в этот разговор, тут же удалился.
- Да, я знаю, — вздыхая, согласилась она.
- Ну, а знаете ли Вы, что те, кто пишут, меньше всего рискуют потерять жилье?
Несколько возмущенная продавщица, придя в себя, начала отвечать.
- Каждый делает свою работу, и работа журналистов писать об этом.
- Вы уверены? — возмутился друг: — Добрая половина выступающих в Вашу защиту, с тем, чтобы Вы могли потом спокойно продавать газеты не журналисты вовсе, а простые граждане, пишущие не ради денег.
- Молодой человек, я с Вами согласна и им благодарна. Но поймите, я очень боюсь: у меня дети и, если я открыто начну выступать, им могут причинить вред, а семья не поймет меня, — и она вздохнула, вспомнив судьбу девочки, ставшей жертвой политического террора.

Я думаю, нет смысла пересказывать весь диалог моего друга с лоточницей. Суть этой встречи он передал так: Адилет, знаешь, ты прав — общество живет в постоянном страхе, люди вспоминают одну смерть и почему-то сразу же отождествляют ее со своей. Зачем ты-то пишешь — тебя же не сносят?
К сожалению, в словах моего друга звучала логика современного казахстанского общества, живущего сиюминутными интересами. И такова, увы, жизнь многих: полная беспросветность, безразличие к тому, что происходит в стране. Обидно, что люди, чьи дома сносят, открыто протестовать боятся, находясь в плену страхов и стереотипов. Что уж там до праворульных автомобилей, когда женщина, которая вот-вот может остаться без дома, пассивно ждет этого страшного часа и свое бездействие оправдывает заботой о детях?
Но речь сегодня пойдет не о порядком поднадоевшей теме сноса, а о нашем обществе и людях, кому не безразличен этот мир.
Люди в обществе подразделяются на тех, кто задает правила игры, и на тех, кто по ним играет. Я уже говорил о том, что свободное индивидуалистическое общество, создавая свои правила игры, само способствует общему прогрессу. Равенство взглядов, равенство интересов живут абсолютно самостоятельно на уровне идеи. МЫ же, обретя независимость, думаем, что обрели и свободу. Но что она, эта свобода? Свобода, когда люди в плену мнимых страхов, украдкой читают независимую прессу, ужасаются происходящему в стране и мечтают о том, чтобы эти ужасы их не коснулись, а обошли стороной. В это время на другом конце города механик заливает масло в бульдозер, который, возможно, уже через дней десять будет сносить незаконно отнятый у кого-то домик. А мимо промчится какая-нибудь «праворулька», в салоне которой будет сидеть равнодушный менеджер, не обращающий внимания на заборы вдоль дороги, уже окружившие еще чьи-то дома. Он будет думать только о том, что лет эдак через двадцать станет полноправным хозяином своей уже оплаченной квартиры из шлакоблока и китайского алюкобонда. А в этот момент герои-одиночки будут отчаянно отбиваться от полиции, задерживающей их за вручение петиций в защиту этой самой лоточницы, дом которой очень скоро снесут, чтобы на его месте построить хоромы для равнодушно мчащегося кредитора банка, задолжавшего самому себе.
Однако даже в этой урбанизированной картине равнодушия и стяжательства есть место светлым мечтателям, тайно строящим планы общего конца пепла и руин, жаждущим равенства «праворульки», лоточницы и хозяев мира.
Хочется верить, что разрешение существующих проблем и пробуждение сознания людей произойдут сами по себе, или же, не выдержав, однажды кто-то примется с усердием его будить. И ведь в обществе много тех, кому не безразличны судьба страны и судьбы людей. Читая независимую прессу, я все чаще обнаруживаю на ее полосах интересные статьи и мнения граждан, обеспокоенных происходящим в стране. Сама независимость этой прессы создана благодаря редким, но искренним, а посему очень притягательным порывам душ тех немногих, о которых пишу я.
Однажды натолкнувшись на статью одного, а потом другого, я понял, что на самом деле общество изобилует небезразличными людьми. Друзья часто упрекают меня: обществу ведь все равно, а быть не в мейнстриме и вести нонконформистский образ жизни — глупо. Мол, лучше это делать где-нибудь вдали, где общество подготовлено. Увы, находясь в плену стереотипов, они вряд ли станут со мной по одну сторону баррикады, не рискуя поменять мнимое счастье правого руля и кредита на эфемерные мысли о равенстве и справедливости. Именно этот буфер и является препятствием, заслоном для тех немногих, пытающихся бороться против тех немногих, в руках которых сосредоточено практически все. Достояние страны, ее богатства находятся у них лишь при попустительстве «праворульного» общества. Оно смеется, когда речь идет о борьбе и митингах, но на самом деле смешно оно в своих «праворульных» суждениях. Ведь лоточница, боящаяся самого эфемерного страха, будет ждать в обнимку со своими детьми недавно смазанный бульдозер, а затем попадет и сама, и вся ее семья под этот бульдозер жизни.
Пока в мире есть свободные общества и страны, в которых соблюдаются права, всегда будут желающие подражать им. Многие, побывавшие в Эмиратах, сразу обращают внимание на богатство не только коренного населения, но и тех, кто прислуживает им. Простые хозяева страны, а не только родственники шейха, резвятся на «леворульных» джипах, испытывая их на прочность, и получают образование за рубежом. Их не удивишь тем, что в центре мегаполиса, в кругу развязок, стоит домик, хозяин которого не согласился отдать его ни за какие деньги, и его конституционные права собственника были соблюдены, пусть даже в ущерб пресловутым государственным нуждам.
Наверное, я пишу это в расчете на тех немногих, понимающих меня, которые, возможно, как и я, ищут пути противостояния, борьбы. Когда-нибудь, когда градус народного самосознания зашкалит, когда города будут обнесены стеной, когда последняя догорающая «праворулька» потухнет, тогда и народ пойдет за лидерами, за теми, кто будет бороться за равенство и счастье, за право жить достойно на своей земле, за право думать о будущих поколениях, которые теряют это право в виду тотальной распродажи всего и вся. Придет время лидеров, эпоха героев, сейчас находящихся в меньшинстве среди толпы, но завтра уже последующей за ними, за нами.

Адилет Бостанов, Алматы