Таджикистанские теле- и радиокомпании годами ждут от властей страны лицензий на вещание. В конце июля в Душанбе прошла Международная Конференция по проблемам лицензирования электронных СМИ.
Не так как у всех…
Может показаться странным, что мероприятие, посвящённое проблемам лицензирования в отдельно взятой
Озвучить проблемы таджикистанских частных вещателей и привлечь к ним внимание помогли организаторы конференции — Национальная Ассоциация Независимых СМИ Таджикистана (НАНСМИТ), Таджикистанская Ассоциация Независимых Электронных СМИ (ТаджАНЭСМИ), Центр ОБСЕ в Душанбе, представительство Internews Network, и Институт Открытое Общество. Участники конференции говорили о том, что органы государственной власти, вместо того, чтобы содействовать в развитии СМИ, сами нарушают международные конвенции, и действующее законодательство. Частные вещатели, закупившие дорогое оборудование, годами ждут от чиновников разрешения на выход в эфир, но бюрократы не торопятся с выдачей лицензий, придумывая всё новые причины для отказа.
ПРЕССный вакуум
Ежедневные газеты не выходят в Таджикистане с 1990 года. С тех пор народ читает только еженедельники, большинство из которых содержат несвежие новости, гороскопы, анекдоты и сплетни, позаимствованные из российских таблоидов и Интернета. По данным обзора печатных СМИ, проведённом недавно в Таджикистане Центром ОБСЕ, до гражданской войны (1992–1997) еженедельные тиражи некоторых газет составляли до полумиллиона экземпляров. Сегодня самый крупный тираж у государственного еженедельника «Джумхурият» — 21 тысяча копий. Не очень много для страны с населением в семь миллионов.
В Министерстве Информации и Культуры Таджикистана зарегистрировано более 350 печатных изданий. Однако, большинство из них —
В городе Кулябе, не самом маленьком населённом пункте Таджикистана, на 160 тыс. жителей приходится 300 газет. Во многих городах и районных центрах давно уже отсутствуют газетные киоски. Прямо на улицах газеты продают
Радиотишина & телепустота.
В таких условиях радио и телевидение являются самыми недорогими, удобными и мобильными источниками информирования населения. Однако, частные электронные СМИ сталкиваются с огромными сложностями. Проблема №1 — получение разрешения на вещание от Комитета по Телевидению и Радиовещанию (КТР) при правительстве республики, и получение лицензии на использование частоты от Министерства Транспорта и Коммуникаций.
В 2006 году парламент страны принял закон «О лицензировании отдельных видов деятельности». По мнению таджикистанского политолога, который попросил не упоминать своего имени, "независимое телерадиовещание воспринимается чиновниками как нечто идеологическое и весьма опасное — потому и относится к «особым видам деятельности». Вопреки ожиданиям владельцев частных теле и радио станций, после принятия закона о лицензировании ничего не изменилось. Эфир так и остался пустым и скучным. После принятия закона КТР долго ссылался на необходимость принятия парламентом пакета дополнительных подзаконных актов, потом придумывались ещё
Лицензионная Комиссия при КТР существует уже четыре года. За это время лицензию получила лишь одна новая районная телекомпания (правда, ещё трём частным вещателям Комиссия продлила действие лицензий). Ответственный секретарь Комиссии, Баракатулло Абдулфайзов признаёт, что на его рабочем столе в настоящее время лежат заявки от 25 частных и общественных телевизионных и радио компаний. Но лично он — господин Абдулфайзов — ничего не решает, а причину отказа (вернее, молчания) объясняет тем, что «учредители не могут правильно оформить заявки и собрать необходимые документы, хотя подробные инструкции и консультации можно получить в КТР».
Создаётся впечатление, что руководители частных электронных СМИ — неграмотные дилетанты. А может стоит упростить форму заявки, или сократить количество справок, которые соискатели лицензий собирают месяцами, обивая пороги госучреждений? Руководитель одного медиа проекта в Душанбе рассказал о том, как в 2003 году регистрировал в Министерстве Юстиции свою некоммерческую организацию. В различных инстанциях ему пришлось собрать двадцать справок и сертификатов. На это ушло несколько месяцев, а «неформальные» расходы на регистрацию составили $400 (минимальная месячная зарплата в Таджикистане — 20 сомони, примерно $6).
Чиновники из Лицензионной Комиссии явно лукавят, а их ведомство нарушает закон, согласно положениям которого, обратившаяся за лицензией компания, в течение месяца после подачи заявки должна получить уведомление о результатах рассмотрения. Иосиф Магомедов, директор проекта Радио NIC говорит, что его станция ждёт лицензии на вещание с 1998 года. Подобных случаев великое множество.
«Мы готовы защищать интересы членов нашей Ассоциации, — говорит Нуриддин Каршибаев, директор НАНСМИТ. — Однако, ни одна теле или радио компания пока не обращалась с иском в судебные инстанции о защите своих прав». Почему не было таких прецедентов? Вероятно потому, что у частных вещательных компаний и у КТР разные «весовые категории», и соискатели лицензий уверены, что суд будет на стороне государственных органов.
С трудностями сталкиваются не только отечественные теле и радио компании. В январе 2006 года в Таджикистане было прекращена трансляция программ
Зачем нужны лицензии?
Игорь Яковенко, Генеральный Секретарь Союза Журналистов России, считает, что с переходом на цифровое и Интернет вещание вопросы выдачи лицензий потеряют актуальность. «Регулировать и ограничивать необходимо то, чего в природе мало, — говорит Яковенко. — Это в огромных городах вещательных частот на всех не хватает. В Таджикистане таких ограничений быть не должно. Эфир здесь пустует, и его надо заполнять — свежими новостями, хорошей музыкой, публицистическими программами».
Любой специалист по связи подтвердит, что на шкале FM (88–108 МГц) в пределах большого города можно разместить до тридцати радио станций. И никто никому технических помех создавать не будет. В Душанбе в FM диапазоне вещают всего четыре частных станции. В соседних республиках дела обстоят намного лучше. В Бишкеке, например, частных радиостанций более двадцати.
В большинстве стран СНГ лицензионные комиссии — это общественные советы, в состав которых входят представители творческих союзов. То есть, лицензионный орган не имеет отношения к идеологии и политике государства; его основная задача — проводить конкурсы среди вещательных компаний, оценивать их творческий потенциал и помогать советом.
Страшный продакшн
Олег Кациев, региональный директор Internews Network в Центральной Азии считает, что необходимость получения лицензии на аудиовизуальное производство в цивилизованной стране — это абсурд. «В Казахстане давно от этого отказались, — говорит Кациев. — Аппаратуру можно купить в любом специализированном магазине. Если качество вашего фильма, рекламного ролика или радио передачи приличное, а содержание актуальное, то его купит вещательная станция». Логично. Если ваш продукт никуда не годится, вы просто прогорите и перестанете его выпускать.
Таджикистанские чиновники выдвигают иные аргументы, сетуя на то, что многие журналисты и операторы не имеют университетских дипломов, и поэтому не могут делать качественный продукт. Однако, благодаря многочисленным учебным курсам, организованным за последние годы международными организациями в стране и регионе, многие местные дилетанты стали настоящими профессионалами. Пока шла гражданская война, немало таджикистанских журналистов прошли стажировку в ведущих зарубежных медиа агентствах, таких как Reuters, Internews, Radio Liberty.
Ещё один аргумент чиновников против продакшн студий — пресловутый религиозный экстремизм: "Что если каждый начнёт снимать «своё» кино и печатать аудио диски «сомнительного содержания»? Возникает ответный вопрос: «При чём тут лицензирование?». Вопросами государственной безопасности не должен заниматься Госкомитет по Кинематографии при правительстве, которому недавно были переданы функции лицензирования и контролирования продакшн студий.
Кстати, по поводу аудио производства в «домашних условиях». Недавно сотрудники КТР в сопровождении съёмочной группы и наряда милиции вломились (именно так — потому что санкции прокурора у «проверяющих» не было) в частную квартиру Олима Ширинова, известного музыканта и звукорежиссёра. У Ширинова действительно есть дома аппаратура, на которой он с музыкантами своей группы записывал песни собственного сочинения. Дело на Ширинова заводить не стали, но «наехали», что называется «конкретно». На государственном телеканале в новостях несколько раз прокрутили сюжет, в котором диктор за кадром сообщал, что «преступник Ширинов, прикрываясь тем, что руководит группой „Parem“, на самом деле занимается на дому незаконным производством и тиражированием аудиовизуальной продукции». Сам Ширинов предполагает, что инцидент связан с его «конкурентами по цеху». Чиновники объясняли звукорежиссёру, что для того, чтобы просто записать песню на цифровой носитель, необходимо иметь «соответствующую лицензию».
«Вы можете писателю запретить писать? — рассуждает другой звукорежиссёр, Зураб Кокоев. — Разумеется, нет. Вот также бесполезно и бессмысленно запрещать музыканту записывать свои мелодии и песни. Благодаря новейшим технологиям, сейчас можно работать в домашней студии, и качество продукции, поверьте, будет вполне приличным. Технический контроль — это радиостанция, которая решит, выпускать ли вашу фонограмму в эфир». Кстати, ещё в конце
Звукорежиссёр Кокоев говорит, что за свою многолетнюю практику не встречал ни одного музыканта, который бы в своих песнях призывал к
Что советуют эксперты?
Участники Душанбинской Международной Конференции отметили, что в действующем законодательстве Таджикистана о СМИ и лицензировании существуют серьёзные противоречия. В информационной среде отсутствует плюрализм, а медиа бизнес почти не развивается. Граждане Таджикистана не имеют достаточного доступа к объективной информации. Жителям республики проще узнавать о том, что происходит в их стране из российских или иных зарубежных источников. Порой государственное телевидение сообщает о стихийном бедствии в
Среди госчиновников стало модным рассуждать об «информационной безопасности». «Опасность», по их мнению, исходит от соседей — Кыргызстана и Узбекистана, откуда на приграничные районы республики идут «слишком мощные теле и радио сигналы». Иными словами, речь идёт об «отрицательном идеологическом влиянии» соседей, которые чуть ли не силой навязывают нам свои новости, культуру, музыку… При этом, чиновники не хотят признавать, что отечественные электронные СМИ — это не только государственное телевидение и радио, но и частные вещатели, которые желают работать, но годами ждут на это разрешения…
«Контроль СМИ со стороны властей — полный нонсенс, — говорит студент одного из столичных университетов. — На дворе XXI век, и невозможно управлять потоком информации. Даже у не очень состоятельных граждан есть спутниковые тарелки, и если
Участники Душанбинской Конференции говорили о необходимости диалога между частными электронными СМИ и властями страны, обеспечении доступа граждан к достоверной информации, о создании конкурентоспособного информационного пространства, и о перспективах перехода на цифровое вещание.
В Таджикистане есть предпосылки для либерализации государственной политики и законодательства в отношении СМИ. Для этого правительству и парламенту необходимо внести поправки в законодательство, что позволит ограничить монополизм государства в этой области и развивать конкуренцию на медиа рынке. Лицензирование в области телерадиовещания необходимо организовать таким образом, чтобы вещатели автоматически получали разрешения на частоту и производство аудиовизуальной продукции.
Аркадий Мохов, Душанбе