Предыдущая статья

Умейте драться, стрелять, воевать, и

Следующая статья
Поделиться
Оценка

Бога убить можно — в себе-то уж точно. Именно поэтому и нельзя убивать себя ни в каком случае.

Эта тема о воинском духе, боевитости, она меня мучает, коробит. Лгать самим себе и избегать ответов на вопросы по существу — это очень по нашему. Ещё в середине 60-х Василий  Шукшин задал вопрос: «Так что же с нами происходит?»
  На это вопрос ответа в обществе нет до сих пор. А не пора ли ответить самим себе на этот вопрос?  
  Воистину так: Азербайджан нуждается в стрельбищах, нужны тиры, чтобы люди научились стрелять из винтовки, пистолета, автомата, метать гранаты.
 Проще говоря, нужны тиры, стрельбища. Это полезно, ибо настрелявшись вдоволь, человек успокаивается, выходит из тира остывшим, глаза у него не горят, преступления соответственно совершаются  после этого гораздо меньше.
 Может, я сужу слишком вообще, но не зря скажем раньше, правители ходили на охоту. Из того немногого, что известно о бывших политиках, подтверждается следующее:
 многие правители любили пострелять на охоте, выслеживать кабана, медведя,  ходить по следу хищника, настичь его, убить, раздавить, истребить! Хрущев, Брежнев, теперь Путин  — все они любили охоту,  ехали верхом, стреляли в уток, в кабана, лося.
 Именно любили охоту, а не рыбалку, рыбалка — пьянка, и только.
 На охоте тоже пьют, но и стреляют тоже, целятся, штудируют свое умение стрелка. Это все не случайно, так как после стрельбы на охоте  ты всегда в форме, да и пример показываешь молодежи  достойный.
Особливо это актуально в Азербайджане, где молодежь пропадает в Интернет клубах, узнает о Моцарте, когда записывает его мелодию на свой сотовый  телефон.
 Я азербайджанец, народ свой люблю, говорю это для пользы дела. Я это все к тому, чтобы наш народ
 был бы воинственным, боевым, умел за себя постоять, но не убивать. Это разные вещи.
Одно дело быть Рамилем Сафаровым, то бишь убийцей, зарубить безоружного армянина топором, другое – быть дуэлянтом, воякой. Это разные вещи.
 В Баку, в почти трехмиллионном городе в наличии лишь пять тиров, из них два не работают.
Лет 20 назад  мы с друзьями в Баку часто ходили в тир пострелять с винтовки, пистолета.
Видать, это оттого, что тогда не было Интернета, ночных клубов,  прочих соблазнов. Но мужественность нужна, клянусь вам! Ибо азербайджанцы слегка размагничились, размякли.
 Внимайте своему голосу. Трудность одна: его сложно услышать, т.к. мы (себя ни в коим случае не исключаю) забиты чужими мыслями, постоянными цитатами и ссылками на сократов и вольтеров.
  Полагаю, что заповеди Христа следует воспринимать как стройную систему, грубо выражаясь, упражнений, помогающих очиститься от недостатков игры собственного воображения. «Дай им в рожу», как говориться.
  А мораль оставьте этому миру. Уверен, что сознание морали будет мешать выполнить задачу «не судить». И вся проповедь Христа пройдёт мимо.
 
 Не важно как поднять боевой дух. Лично я люблю боксировать, у меня на даче у беседки висит большая красная боксерская груша, надеваю старые свои боксерские перчатки, их мне в детстве подарил легендарный чемпион из Ташкента Руфат Рискиев. Надеваю их,  начинаю боксировать. Потею и в душ.
Это меня успокаивает,  и это хорошо не только для меня, иначе у некоторых в Баку лица давно  чешутся.
В принципе, я всегда поддерживал свою форму, еще будучи 19 летним пареньком, вступился за девушку, ее жестоко избивал один таксишник. И мне попалось, водила  дымбанул мне в нос головой,  вырубил меня.
 До сих пор нос у меня кривой.
 С тех пор я стал боксировать.
 Помню в Ереване  (мы там часто гостили) в 1985 году на чердаке  старого дома случайно оказалась боксерская груша. Я повесил ее у  лавочки  во дворе. Как всегда надел перчатки, стал интенсивно дубасить грушу, она отлетала влево — вправо. Я мок, приятно уставал, бежал под ледяной душ.
 Когда боксировал, частенько  рядом находился  30 летний Арменак,   с детворой: школьники и школьницы.
 Арменак показывал им меня:
- Смотрите дети, это турок, не подходите ближе, он дикий, может  ударить. Вы слышали? Вот так.

Он это говорил постоянно, как я выходил  во двор боксировать, через пять минут появлялся Арменак с детворой, начиналась анти турецкая агитеза. Для мышки сильнее кошки зверя нет.
 Это произошло в очередной раз.
 Я усердно боксировал, пот струей тек со лба, появился вновь  Арменак со своими «цыплятами» — детьми.
 - Дети, смотрите, но не трогайте его, это дикий бусурманин, оголтелый турок. Эй,  Ашот,  ближе не подходи, он злой…

  Надоело это мне, подскочил я к нему, резко ударил ему в лицо. Он упал на спину, дети  разбежались. Последняя фраза дошла нормально.
А я вас предупреждал! Ничего, всё проходит.

 Как говорилось выше, не важно как поднять боевой дух, главное его поддерживать, не терять.
 Были дни, когда я ходил с ручной гранатой в кармане. Это СУПЕР  — уверенность, клянусь вам!
 Меня даже поэтому назвали «парнем огневым».
Повторюсь: одно дело боевитость, отвага, храбрость,  другое же — быть убийцей. Убийц, изуверов  никто нигде не любит, факт.
Но надо знать и то, что враг понимает лишь позицию силы, кулак.
 Каждый имеет право защищать моральность своей позиции,  а то и вовсе право на свое существование.
 Хотя если ты зарезал барана, заколол свинью, то будь спокоен: ты можешь убивать. Важно выходить из этого состояния, а не входить.
Хочу нашему народу приписать активную жизненную позицию. Что  ныне в этом активе? Нефть, попытки демократизации, ликвидация тезиса обострения классовой борьбы …Наш народ здорово поостыл. Мой совет прост: умейте за себя постоять, не давайте себя в обиду ни перед кем, тем более перед армянином!
Лишь после этого душа ваша новородится,  каждая пылинка  живого будет ценнее  всего, что вы сделали до этого.


 Чеченец Алик Арцуев как — то сказал мне:
- Знаешь Эльчин, убивать очень просто. Главное: первый шаг. После этого все как по маслу.
 Помню, как я в Центерое зарезал голову одному русскому прапору. Шея жирная, вот такой желтый жир, он даже не пикнул. После этого пошло поехало.
Мы с ним  сидели в тенистой аллее в чайхане. Он расположился напротив меня через стол, светлый, голубоглазый чеченец — убийца,  большой как дьявол, пухлые руки его обагрены кровью. Мне стало противно, гадостно, желчь забуянила, блевать захотелось.
 Его слова торчком стояли из глотки, топорщились, мой слух испешеходился.
 Я встал, так интересно глянул  на него, не попрощавшись, ушел оттуда.
Он не понял мое поведение, а мне плевать на это. 
 
Эльчин  Гасанов, rufinat@mail.ru, elcin_gasanovv@yahoo.com