Синьцзян, Китай: туристический бум заставляет этнических казахов задуматься о будущем

Газеты часто посвящают свои материалы новостям из китайской провинции Синьцзян, причем большинство репортажей в СМИ рассказывают о стремлении к независимости ее уйгурского населения, политике развития западных регионов и связанным с ней притоком в регион ханьцев — представителей доминирующей национальности Китая. Но есть, однако, еще одна тема, которая не столь часто попадает на страницы газет — это постепенное исчезновение национальной казахской культуры.
Китайское правление и приток населения из других регионов страны волей-неволей внесли изменения в традиционный стиль жизни синьцзянских казахов. В течение веков этот народ вел кочевой образ жизни. Жемчужиной Или-Казахской автономии Синьцзяна является Канас — укрытое среди гор студеное озеро в форме полумесяца. Оно расположено на территории, где сходятся границы Китая, России, Монголии и Казахстана. Озеро окружает тайга, перемежаемая обширными лугами. Озеро богато различными ресурсами и является неисчерпаемым источником воды. Это главное место скотоводства кочевых племен.
Но природная красота края превратилась в угрозу кочевому образу жизни: на озеро Канас толпой устремились туристы. К озеру продолжили мощеные дороги вдоль троп, соединяющих зимние и летние пастбища кочевников. Юрты — круглые палатки из войлока, в которых живут кочевники — соседствуют с роскошными отелями, окрашенными в яркие оранжево-желтые цвета, выделяющиеся на фоне темно-зеленой тайги.
Этнические казахи, проживающие на территории государственного природного парка Канас — созданного с целью развития туризма и защиты окружающей среды — говорят, что в процессе освоения этого района власти сгоняют их с родных мест. «Каждый год на нас давят все больше, — рассказал EurasiaNet кочевник Кайрат, чье имя изменено в данной статье. — Нас вытесняют отсюда».
По словам местных жителей, китайские власти часто велят кочевникам перебираться в другие места, чтобы освободить место под строительство отелей, ресторанов и прочих объектов туристической инфраструктуры. В настоящее время большинство туристов приезжают сюда на лето из других провинций Китая. Особенно привлекательными являются самые благоприятные для обитания людей места возле источников пресной воды.
Внутренний туризм в Китае развивается поистине опережающими темпами. Быстро увеличивается прослойка среднего класса, появляется все больший спрос на новые туристические маршруты. По данным Национального управления по делам туризма Китая армия китайских туристов в прошлом году выросла до 1, 2 млрд. человек по сравнению с 740 млн. в 2000 году. На фоне активного развития туризма внимание путешественников привлекают новые, нетронутые районы.
Одни местные жители рассказывают, что их попросили передвинуть свои дома, другие говорят, что им больше не разрешают жить в юртах в районах, где теперь размещают туристов. Большинство юрт в главной туристической деревне в самом сердце парка — это сувенирные лавки, в которых работают ханьцы.
Жилища коренного населения данной местности — тувинцев — были реквизированы под сувенирные палатки и кафе. Тувинцев, не получающих практически никаких выгод от связанной с туризмом торговли и почти поголовно погрязших в алкоголизме, — переселили в специально отстроенное для них поселение, которое внешне выглядит гораздо привлекательнее, но расположено дальше от источника питьевой воды.
Туристический бизнес обещает богатые барыши. Как сообщило Синьцзянское телевидение, ожидается, что в этом году парк Канас посетят свыше 600 тыс. человек. В августе в день здесь продавалось до 6300 билетов стоимостью по 30 долларов.
За воротами парка построены отели, способные вместить 2,5 тысячи человек, есть отели и на территории самого парка. Кроме того, ведется строительство новых объектов.
Плакат у ворот парка призывает посетителей беречь природу: «Выполняйте программу защиты природных лесов! Берегите красоту Алтая!». Однако лихорадочные темпы освоения территории создают угрозу для экологии: ведь для реализации планов требуются дополнительные источники воды и энергии, а посетители интенсивно загрязняют территорию. Власти ищут пути решения проблемы воздействия на окружающую среду, прибегая к различным мерам — от запрета на въезд на территорию парка для частных транспортных средств до набора целого штата уборщиков.
Хотя в целом в парке чисто, уровень загрязнения воздуха быстро растет по мере того, как все больше туристических автобусов проезжает по дороге к озеру, переводя посетителей от одной площадки с прекрасным видом к другой.
Большая часть доходов идет в карман китайских бизнесменов из других районов Китая, которым принадлежат гостинично-ресторанные комплексы и сувенирные лавки, в которых туристы, желающие приобщиться к синьцзянской экзотике, активно оставляют денежки. Местные жители тоже зарабатывают на приезжих, хотя и в меньшей степени: они сдают туристам комнаты, катают их на лошадях и фотографируют с верблюдами и горными козами.
Некоторые сетуют, что самые прибыльные возможности для них закрыты. В местах особенно большого наплыва туристов предприниматели, желающие продать свои товары и услуги, отныне обязаны платить определенную сумму за возможность работать. «Мы здесь родились, это наши родные места — и мы должны еще и платить», — говорит один кочевник EurasiaNet.
Раньше от политики освоения западных территорий казахов северного Синьцзяна ограждал тот факт, что до их местности можно было добраться лишь совершив 24-часовое путешествие на автобусе по пустыне Гурбантунгут до Урумчи — столицы провинции Синьцзян и одновременно ближайшего крупного населенного пункта. Кроме того, их не считали такой большой угрозой для территориальной целостности Китая, как уйгуров, которые давно требовали предоставления им независимости.
Когда застройщики нацелились на их земли, некоторые синьцзянские казахи предпочли продать все и уехать. Многие решили перебраться в Казахстан, привлеченные государственной программой Казахстана, разработанной специально для казахских мигрантов. Поставив цель увеличить 15-миллионное население Казахстана, а также число этнических казахов для укрепления национальной идентичности, программа «Оралман» предлагает ряд стимулов для переселенцев — от ускоренной процедуры получения гражданства до выплаты единоразовых пособий до 900 долларов. В год по этой программе в настоящее время Казахстан может принять до 15 тысяч семей.
В переломные времена этнические казахи Китая — насчитывающие 1,7 млн. человек — уже не раз снимались с места и двигались на запад. Так, в 1950-ые и 1960-е годы, во времена коммунистической революции в Китае, часть казахов перебрались в СССР. Несмотря на изолированность жизни в окружении гор и пустынь, казахи северного Синьцзяна прекрасно осведомлены о действующих предложениях для переселенцев в Казахстан. Вполне возможно, что по мере ускорения темпов освоения этих мест все большее число синьцзянских казахов воспользуются предложением казахстанского правительства.

Джоанна Лиллис