Наш общий Байконур

Советский космодром слишком грандиозен даже для России, не говоря уже о Казахстане. Но Казахстан имеет уникальный шанс получить доступ к технологиям, которые сегодня монополизировал наш сосед. Для этого надо готовить сотни, тысячи собственных специалистов, увеличивать доли нашего участия в совместных программах. А еще правильнее, наступив на амбиции, договориться о создании единого космического агентства в рамках ЕврАзЭс/ЕЭП, как это сделала Европа.2
Зачем вообще нужны расходы на космос? Это сфера была в СССР приоритетом совсем не из-за амбиций — уже полвека назад стало ясно, что ресурсы планеты небезграничны. В мире уже не хватает нефти, газа, воды, плодородных земель. У человечества нет выбора, оно должно продолжить экспансию в космос — на Луну, Марс и дальше. В противном случае нас ждут такие войны за остатки «пирога», в сравнении с которыми конфликты XX века покажутся рыцарским турниром. Теоретически их обосновал еще Гитлер с его идеями «жизненного пространства» — это геноцид, уничтожение потребителей-"конкурентов". Такие войны сегодня идут в Африке.
Когда дело касается ресурсов, даже самые демократичные страны становятся агрессорами. На подходе эра нового колониализма, окончательный раздел мира на технологически развитых «господ» и отсталых «туземцев». Это наше будущее, если мы останемся на Земле.
Сколько стоил Советскому Союзу космодром Байконур, сложно даже подсчитать. Только программа создания ракеты-носителя «Энергия» и корабля «Буран», по официальным данным, обошлась в 14 миллиардов рублей. По нынешнему курсу это около 40 миллиардов долларов, или два с половиной бюджета Казахстана. На самом деле, учитывая советскую специфику, расходы были гораздо большими. Только на строительстве площадок и инфраструктуры на Байконуре ежедневно было занято 100 тысяч военных строителей. В середине 80-х на тысячах заводов по всему Союзу на эту программу работали почти полтора миллиона человек. А ведь это только одна из космических программ бывшей империи. До нее была «лунная» ракета «Н-1» (все четыре старта оказались неудачными), вместе с ней разрабатывался «Протон», орбитальная станция, «Зенит» и многие другие. Циклопические размеры площадок космодрома и стартовых комплексов поражают. В прямоугольнике размером 85х125 километров построено 1200 объектов, самый большой в бывшем СССР (!) аэродром «Юбилейный» и целый город с населением 140 тысяч человек (сегодня в бывшем Ленинске живет около 70 тысяч). Только жилых зданий на Байконуре около миллиона квадратных метров. Отдельные объекты, например, площадка №110 — один из двух стартов «Энергии», имеют огромные размеры. Высота перекрытия в монтажно-испытательном комплексе (МИК), где собирают «пассажирские» носители «Союза», — 70 метров. Многоэтажные корпуса, сферы и чаши антенн спутниковой связи, ангары, цистерны, трубопроводы, будки подземных кабелей и линии железных дорог — более пяти тысяч квадратных километров.
Космодром Байконур, несмотря на все проблемы его владельцев, до сих пор лидирует по числу запусков: со дня создания и по сегодняшний день с космодрома проведено более 2000 пусков баллистических ракет и около тысячи запусков ракет-носителей с космическими аппаратами, пилотируемыми кораблями и межпланетными станциями различного назначения.
В последние годы Россия постепенно «уходит» с Байконура. В 2007 году на свою космическую программу, включая военные направления, она потратила 1,3 миллиарда долларов. Казахстан выделил на программу создания ракетно-космического комплекса «Байтерек 200» миллионов долларов, на «КазСат» — 65 миллионов.
На поддержание космодрома денег у арендатора вроде бы достаточно, но россияне медленно, но верно переносят запуски ракет-ностелей на свою территорию — на космодром «Плесецк». Туда уже, по сути, перевели два масштабных космических проекта оборонного направления — «Рокот» и «Ангару». А в мае этого года представители двух стран подписали соглашение о передаче 40 процентов всех объектов космодрома «путем списания и утилизации» на баланс Казахстана.
Так как нашей республике при всем желании эти площадки загрузить нечем, а тратить на космос лишние деньги, так нужные в других сферах, теперь не модно, то можно уверенно сказать о масштабном сокращении используемых объектов космодрома.
На высшем уровне все выглядит вроде бы неплохо — во втором квартале 2008 года начнется выполнение программы «Байтерек», продолжается сотрудничество по «КазСат», Казахстан присоединится к системе космической связи и навигации ГЛОНАСС (соответствующее соглашение должно быть подписано уже в этом году). Два казахстанских космонавта — Айдын Аимбетов и Мухтар Аймаханов — могут отправиться на российском корабле в экспедицию на МКС в 2010 году.
С другой стороны, в казахстанской прессе хорошо заметна тенденция к нагнетанию страстей вокруг Байконура. Весной прошлого года одна уважаемая отечественная газета поместила серию материалов о нарушении прав граждан Казахстана, живущих и работающих в Байконуре.
Вопрос взял под контроль отечественный уполномоченный по правам человека. Посетив город, омбудсмен высказал много претензий к арендаторам, которые, в частности, якобы не дают развиваться частному бизнесу и затягивают строительство мечети. Его также возмутили «факты нарушений прав казахстанских граждан на свободу перемещения и свободу выбора места жительства». Правозащитник, естественно, не упомянул, что местные жители чаще всего пытаются решить эти проблемы сменой гражданства, просто потому, что на космодроме платят гораздо больше, чем в любом другом месте Кызылординской области — самой бедной в республике.
После аварий «Днепра», а потом «Протона» в отечественных СМИ последовал «гептиловый взрыв». Тема огромного ущерба и компенсации за него докатилась до самого верха. Хотя эксперты-химики, в том числе из КазНУ, говорили о незначительном загрязнении (гептил почти весь выгорал при взрыве), реальная картина никого не интересовала. Народный гнев, старательно проецируемый на бумагу и телеэкраны, конечно, способствует повышению суммы компенсаций. Но вряд ли это увеличит у наших партнеров желание работать на космодроме.
Между тем Казахстан заинтересован в том, чтобы Россия использовала космодром и его инфраструктуру как можно больше и дольше — это единственная возможность для нашей страны занять хоть какие-то позиции в мировой космической гонке. Почему именно Россия? Можно же на освободившиеся площадки пригласить европейцев, китайцев, индийцев? Они, конечно, придут, но это вовсе не означает, что их приход даст Казахстану доступ к технологиям.
На Байконуре в монтажном корпусе, где собирают носители «Союза», находятся «чистые» камеры компании Starsem — СП по запуску спутников на российских носителях. Партнерами россиян в нем выступают французский «Арианспейс» и Европейское космическое агентство. Весь обслуживающий персонал и даже охрана сборочной линии — из Европы. Россия предоставляет только средства доставки, а остальное — компоненты и технологии — является собственностью партнеров, и делиться ими они не намерены.
Кроме того, в целом ряде направлений Россия до сих пор является лидером мировой космонавтики — за счет наследства СССР. И Казахстан, как никто другой, имеет право на долю в этом наследстве. Это не только объекты и сооружения, а в первую очередь технологии. Но чтобы получить к ним доступ, надо иметь собственные кадры, цели и план развития отрасли.
Пока это получается плохо. Государственная программа развития космической деятельности РК на 2005–2007 годы не была выполнена, честно заявил руководитель Национального космического агентства Казахстана Талгат Мусабаев в конце сентября. «Это произошло потому, что программу нарисовали очень хорошо с научной точки зрения, а механизм ее выполнения вообще не был предусмотрен. Механизм приемки тех проектов, которые запускались, тоже не был разработан, и все не соответствовало законодательству республики. Кроме того, не было специалистов, которые могли бы заняться реализацией программы, поэтому из 62 мероприятий, которые были запланированы, на сегодняшний день выполнены 2 или 3, а программа через 2–3 месяца заканчивается», — подытожил г-н Мусабаев, в качестве основной причины назвав «жесточайший кадровый голод в специалистах авиационно-космического направления». Для его «утоления» в прошлом году государство выделило 200 грантов для обучения в вузах дальнего зарубежья, 70 — для российских вузов. Но эти ребята вернутся только через несколько лет. А кто будет продвигать Казахстан в космос сегодня?
Между тем у России кроме «Плесецка» есть космодром «Свободный», расположенный примерно на широте Байконура в Амурской области. Есть договор о запуске «Союзов» с космодрома «Куру» во Французской Гвиане, доля в «Морском старте» — коммерческом космодроме на базе бывшей нефтяной платформы, с которой выполнено уже более 20 пусков. Но денег на это все, включая Байконур, Россия тратит в 11 раз меньше, чем США. Не хватает средств на собственную полноценную космическую программу и у других наших партнеров — Белоруссии и Украины. Но во всех четырех странах есть предприятия космической отрасли, которые могли бы работать вместе — на объединенную программу освоения космоса в рамках ЕврАзЭС/ЕЭП, например.
Пять с половиной лет назад, 12 мая 2002 года, рухнула крыша в монтажно-испытательном корпусе №112, где находилось несколько ракет «Энергия» и единственный побывавший в космосе «Буран». Упавшие с 70-метровой высоты балки раздавили корабли, погибли 9 человек. Обломки разобрали, но огромное здание так и стоит разрушенным. Даже у арендатора Байконура в одиночку нет денег на «Энергию», нет денег на лунную программу, не говоря уже о Марсе. Чтобы конкурировать с NASA, Европа создала Европейское космическое агентство. Возможно, так следует поступить и нам. Космос слишком дорог, чтобы заниматься им в одиночку.

Алматы — Байконур — Алматы
Европа «скинулась» на космос

Европейское космическое агентство (сокращенно — ЕКА) (European Space Agency) — международная организация, созданная странами ЕС в 1975 году в целях объединения усилий по освоению космоса
ЕКА состоит из 17 постоянных членов. В некоторых проектах также принимают участие Канада, Венгрия, Румыния, Польша и Чешская Республика. Совсем недавно о своем намерении присоединиться к ЕКА заявила Эстония. Вклад каждого члена соотносится с долей страны в ВВП Европейского союза. Подсчитано, что таким образом каждый гражданин Европы в год тратит на развитие космоса сумму, равную стоимости трамвайного билета, что в несколько раз меньше «космических» расходов, которые несут граждане США.
Штаб-квартира агентства находится в Париже. В Нордвайке (Нидерланды) расположен Европейский центр космических исследований и технологий. Европейский космический центр управления расположен в Дармштадте (Германия). В другом германском городе, Кельне, расположен Европейский центр астронавтов. Центр наблюдения за Землей и информационный центр Европейского космического агентства находятся во Фраскати, под Римом (Италия). Для запусков создаваемых космических аппаратов используется в основном космодром «Куру» во Французской Гвиане.
ЕКА имеет контактные офисы в Бельгии, США и России и наземные станции слежения по всему миру. В агентстве постоянно работают 2000 человек, а его бюджет в 2006 году составил около 3 миллиардов евро.

Веб-сайт ЕКА
Иван Войцеховский