«Медийное сообщество Таджикистана возмущено тоном ноты российского посольства в Таджикистане, направленной в министерство иностранных дел республики 24 декабря прошлого года. Тон и содержание ноты, в которой требуется «принятие самых безотлагательных мер по недопущению распространения подобных материалов в медийной сфере Республики Таджикистан», недопустимы и противоречат международным нормам свободы слова и СМИ», - говорится в заявлении Союза журналистов Таджикистана (СЖТ) и Национальной ассоциации независимых СМИ Таджикистана (НАНСМИТ)».
А что, все правильно – только слепой или глухой не знает о проблемах таджикских гастарбайтеров и тех опасностях для жизни, которые подстерегают наших сограждан на далеко не всегда гостеприимных московских улицах. И, конечно же, дело чести для национальной прессы грудью встать на защиту соотечественников в этот непростой для них момент. Но давайте попробуем взглянуть на это событие несколько с другой стороны, ведь свобода слова, о покушении на которую так печалятся коллеги-журналисты, от этого только выиграет.
Начнем с постулатов – «о чем бы вам не говорили, думают всегда о деньгах», грустная, но правдивая истина. Вот и в нашей ситуации возникает один закономерный вопрос, а что все эти безобразия, о которых в последнее время взахлеб пишет наша пресса, так сладостно смакуя подробности и гневно изобличая злодеев в Кремле и окрестностях, они, что начали происходить только сегодня? А еще вчера жизнь наших земляков, отправившихся за несладким и отнюдь не длинным рублем к соседям, которым после нахлынувшего нефтяного богатства самим подметать улицы стало неуместно? Как показывает многолетняя практика работы в журналистике, проблема становится «важной, актуальной и животрепещущей» только после того, как кто-то облеченный властью говорит «фас»! А зачем это властям, и почему именно сейчас?
Здесь тоже не надо быть гением аналитики – чем индифферентнее лицо невесты, тем больше у нее женихов. Как неоднократно отмечали в своих выступлениях российские официальные лица, «Россия не участвует здесь в разных «играх», а развивает свои отношения, исходя из потенциала общности интересов стран региона и Российской Федерации. Россия в регионе ни с кем не конфликтует, а ведет прагматичную политику учета своих интересов и в равной мере интересов своих союзников».
А нашему президенту Э.Рахмону не хочется прагматики, он хочет преференций и льгот, он хочет получить побольше, особенно не утруждая себя гарантией взятых на себя обязательств. И вот уже в «независимой» прессе начинают появляться статьи об «исторической общности» интересов таджикского и иранского народов в области… энергетики. О спаянном алюминием навеки таджикско-китайском сотрудничестве и прочее и прочее…
Кроме того, многие Интернет-издания пишут, что на таджикско-российские отношения свое негативное влияние оказали трудности в реализации совместных гидроэнергетических проектов, а также сближение России с Узбекистаном, с которым у Таджикистана традиционно напряженные отношения. Посол Российской Федерации в Таджикистане Рамазан Абдулатипов уже неоднократно обвинял «независимых экспертов» в стремлении подорвать традиционные «российско-таджикские дружеские отношения», но это скорее попытка выдачи желаемого за действительное, ведь характер и содержание политических взаимоотношений между Таджикистаном и Россией в последние годы в значительной мере определяла необходимость разрешения то и дело возникавших проблем в области гидроэнергетики, динамика разрешения которых практически равна нулю.
После упрочения своей власти и практического уничтожения влияния Партии Исламского Возрождения Э.Рахмон пытается извлечь максимум прибыли из существующих реалий соперничества великих держав в Центральной Азии, прекрасно осознавая, что чем выше конкуренция при проведении аукциона, тем выше и цена выставленного на нем товара. Поэтому и нынешняя кампания, к огромному сожалению, вовсе не желание защитить соотечественников, понимая и принимая их боль и страдание, а тривиальная спекуляция, цель которой показать России, что ее позиции в таджикском бизнесе вовсе не так уж и крепки и требуют несоизмеримо больших, особенно в условиях мирового экономического кризиса, вложений.
А вот если бы наши журналисты, считающие себя независимым гласом общества, и впрямь задумались о трагедии народа-эмигранта, то спрашивать за его проблемы следовало бы не с российских, а с собственных властей из-за непродуманных, амбициозных и корыстных действий которых гордое имя «таджик» стало синонимом нищеты, прозябания и беззащитности.
Манучехр Табаров