Республика Коми осталась беззащитной перед ракетно-космической угрозой с запада - со стороны космодрома Плесецк в Архангельской области. 3 июня @ закончился срок действия договора между правительством РК и Ракетными войсками стратегического назначения (РВСН) «О порядке и условиях эпизодического использования районов падения отделяющихся частей ракетоносителей на территории РК», подписанного сторонами ровно три года назад. Подписание нового отложено на неопределенный срок, но, даже если это и случится, есть серьезные основания полагать, что имидж республики как ракетно-космической свалки не потускнеет, пишет газета «Молодежь Севера». Об этом можно судить по тому, как выполнялись прежние договоренности...
Республику Коми «приобщили» к космической деятельности государства в 1966 году. Именно с тех пор жители Удорского и Ижемского районов получили редкую возможность наблюдать за падающими в тайгу ступенями ракет и другим стратосферным хламом. На следующий год к ним присоединилось население Печорского и Усинского районов, а с 1971 года - жители Усть-Цилемского, Княжпогостского и Корткеросского районов. Официально в Коми были определены шесть районов падения (РП). Это РП «Важгорт», «Войвож», «Печора», «Вашка», «Железнодорожный» и «Усть-Цильма». Четыре последних остаются, что называется, действующими. То есть части космических аппаратов и ракетное топливо будут продолжать накрывать территории этих районов.
По данным Главного управления природных ресурсов по РК, на территорию Коми за означенный период времени пролилось дождем свыше 70 тонн гептила и амила - самых высокотоксичных компонентов ракетного топлива. Попытка властей Коми оценить ущерб от такого «ливня», а главное - получить хоть какую-то компенсацию за официально признанное негативное воздействие на природу (об этом говорится в Законе РФ «Об охране окружающей природной среды»), была предпринята только в 1997 году. Тогда был заключен первый договор между правительством РК и космодромом Плесецк. По существу, мало что изменивший в положении республики как невольной участницы космической программы родины.
Более «продвинутым» оказался второй договор, заключенный в июне 2000 года. Им, в частности, было предусмотрено, что РВСН обязаны сообщать органам власти РК исчерпывающие данные об угрозах при осуществлении запусков, проводить детоксикацию упавших конструкций ракетоносителей. И - выплачивать денежные компенсации за каждый коммерческий запуск, каковые предназначены в том числе и для ликвидации последствий этих самых запусков. Например, за сброс ступеней в РП «Вашка» предусмотрена была компенсация в размере 52,1 тыс. рублей, в «Усть-Цильму» - 67,2 тыс., «Железнодорожному» предназначались 70,4 тыс., а «Печоре» - 111,5 тыс. Но в том-то и дело, что эксплуатирующие Плесецк РВСН, в отличие от используемого гражданским Российским авиационно-космическим агентством Байконура, занимаются почти исключительно военными запусками. Поэтому за время действия договора Коми получила только одноразовую компенсацию в размере 111,5 тыс. рублей - за падение деталей ракет в «Печору». 21 ноября 2000 года ракета-носитель «Космос-3М» стартовала с Плесецка с американским спутником Quick Bird на борту. До заданной орбиты не долетела (по поводу чего была шумиха в СМИ). А жители села Брыкаланск Ижемского района в тот самый день и час видели, как в лес упал непонятный объект, в результате чего произошел взрыв («МС», №№ 48, 52 от 30 ноября и 28 декабря 2000 г.). Если бы удалось доказать, что падение и взрыв были связаны именно с этим запуском, то республика могла бы претендовать на большие деньги. Однако РВСН вины за собой не признали, а местные природоохранители доказать ее не смогли.
РВСН проводили свои исследования о влиянии деятельности Плесецка на экологию вовлеченных в космическую программу регионов. Обнародованные комитетом по экологии Госдумы результаты весьма оптимистичны: «Повседневная деятельность космодрома не оказывает существенного влияния на окружающую среду...» Есть ли повод для оптимизма, выясняли и в Коми. По заказу Главного управления природных ресурсов по РК (тогда Госкомэкологии РК) в 2000 году в районы падения на Удоре, которые с 1973 года считались уже «отработанным материалом», отправилась экспедиция Института биологии Коми научного центра УрО РАН.
Ученые признали состояние лесов в РП «Важгорт» удовлетворительным, но, в частности, отметили: лесная растительность восстановилась только спустя 20 лет после «использования» района падения. Подсчитали при этом, что из-за «недоприроста» древесины по причине воздействия остатков ракетного топлива ущерб лесному хозяйству Удорского района составляет как минимум полмиллиона рублей. По данным «МС», правительство Коми претензий к РВСН по поводу возмещения ущерба не предъявляло. Источник газеты в правительстве РК ссылается на то, что компенсационная методика еще до конца не выработана, а та, что есть, не признается военными.
Исследования местных биологов остались незавершенными: не хватило денег. Будь иначе, можно было бы судить о наличии «остатков ракетного топлива в среде», о масштабе и характере возможного заражения. А пока, как сообщил «МС» руководитель лесной службы Главного управления природных ресурсов РК Василий Обухов (через эту службу шло финансирование), выводы полевых работ экспедиции вполне удовлетворительны, так как показали, что большого вреда ракетно-космическая деятельность не нанесла. На этом основании служба прекратила финансирование аналогичных исследований биологов и во всех других районах падения частей ракет в республике.
Между тем в разговоре с корреспондентом «МС» В.Обухов посетовал, что в том же Удорском районе каждый год случается больше всех пожаров в сравнении с другими районами республики. А поскольку каких-то погодных факторов, могущих особо способствовать возгораниям в этом районе, не наблюдается, Обухов не исключает, что пожары - результат падения огнеопасных частей ракетоносителей.
В 2001 году оценить возможный ущерб от космической деятельности попытались уже медики. Опять-таки по договору с Главным управлением природных ресурсов по РК специалисты Северного государственного медицинского университета (Архангельск) провели в Удорском районе исследование состояния здоровья жителей села Большая Пысса, относящегося к РП «Важгорт». И обнаружили, кроме прочего, «негативные тенденции в состоянии здоровья населения с.Большая Пысса». Конкретно - «изменение состояния функциональных проб печени (попросту: у людей обнаружена больная печень - Е.И.), нарастание уровня эндогенной интоксикации, более высокая распространенность предопухолевых образований и доброкачественных новообразований слизистой оболочки полости рта, негативные тенденции ухудшения показателей здоровья детей». Последнее особенно тревожит: в Большой Пыссе выявлено очень высокое распространение врожденных аномалий - у 4,67% рождающихся детей.
Впрочем, хотя и отметили медики, что на здоровье пыссцев могло повлиять то же ракетное топливо, но напрямую связать весь «негатив» с ракетно-космической деятельностью не смогли. Для окончательных выводов, полагают архангелогородцы, необходимо провести «дальнейшие исследования». Сомнений в этом быть не может, поскольку совершенно неясно, в какой мере тлетворному влиянию космоса подверглось, кроме жителей Большой Пыссы, население других находящихся на территории Коми «районов падения».
Трагический инцидент произошел у соседей в Архангельской области. На озере Сюрзи в Мезенском и Лешуконском районах по непонятным причинам неожиданно умерли двое местных рыбаков. Официальные причины смерти после вскрытия - отравление токсическими веществами неизвестного происхождения.
Надо сказать, озеро Сюрзи находится аккурат в районе деятельности космодрома Плесецк. Случай этот вызвал большую обеспокоенность местных жителей. Настолько большую, что 24 января нынешнего года губернатор Архангельской области Анатолий Ефремов был вынужден провести у себя совещание для рассмотрения этого вопроса. Специально к совещанию исследовали пробы озерной воды. И выявили, что «нефтепродукты, тяжелые металлы, хлорорганические пестициды и компоненты ракетного топлива «гептил» либо отсутствуют в отобранных пробах воды и донных отложениях озера, либо обнаружены в количествах, которые не превышают предельно-допустимую концентрацию (ПДК), установленную для питьевой воды». Несмотря на успокоительную формулировку, на совещании у А.Ефремова было принято решение о необходимости продолжения исследований по фактам смерти людей на озере Сюрзи.
В республике всеобъемлющих и открытых для общественности исследований о наличии компонентов ракетного топлива в природных средах в районах падения отделяющихся частей ракетоносителей до сих пор нет. Известно, впрочем, что в 1995 году в грунтовых водах в районе РП «Печора» специалисты природоохранных органов зафиксировали аномально высокое содержание нитрозодиметиламина (продукт разложения гептила) - в концентрации в 1050 раз (!) выше ПДК. Между тем, по данным исследований Центра независимых экологических программ общественной организации «Социально-Экологический Союз» и Института социологии РАН, о неблагоприятном воздействии гептила на организм человека можно говорить уже тогда, когда его концентрация даже в 10 раз меньше ПДК.
В этом отношении любопытны выводы Росгидромета, прозвучавшие на одном из заседаний думского комитета по экологии. Оказывается, в отличие от известковых и глинисто-песчаных почв Казахстана, где находится Байконур, болотистые почвы территорий Архангельской области и Республики Коми «способствуют длительной сохранности гептила в природных средах». В то же время заболоченность и обилие воды создают условия для переноса гептила на значительные расстояния. А это, говорится в докладе Росгидромета, приводит к «попаданию токсиканта в растения, в том числе используемые в пищу коренным населением».
С такими вещами не шутят. И надо бы, по идее, наладить постоянный экологический мониторинг. И уж во всяком случае - проводить очистку «районов падения» от ракетного хлама. Это, кстати, оговаривается в упомянутом выше договоре правительства РК с ракетчиками. Согласно документу, стороны должны были совместными усилиями организовать уборку космического мусора в ранее использовавшихся районах падения частей ракетоносителей. Не делалось между тем, ровным счетом ничего.
Вот, например, Ижемский район - один из наиболее пострадавших от воздействия ракетной техники, в чьих пределах расположены недействующий ныне РП «Войвож» и два действующих - «Печора» и «Усть-Цильма». По данным Минприроды РК и Ижемского природоохранного комитета, «с территории района отделяющиеся части ракетоносителей не вывозятся, металлические конструкции продолжают захламлять лесные массивы; от охотников района продолжают поступать сигналы @ о нахождении отделяющихся частей в верховьях рек Большая Вольма, Большая Пыча, Двойник». Для пущей убедительности в докладе природоохранителей приведен и следующий любопытный факт: в верховьях реки Пыча-Вой-вож какой-то охотник срубил избушку, а крышу соорудил из обтекателя ракетоносителя...
Срок старого договора с РВСН истек. Как сообщили в Минприроды РК, ракетчики в настоящий момент подготовили новый, почти аналогичный прежнему, а посему не могущий устроить республику. Поскольку военные вновь предлагают компенсацию лишь за коммерческие запуски. Учитывая, что случаются они крайне редко, денег на исследования, а главное – на мероприятия по защите местного населения от воздействия ракетно-космической деятельности, вряд ли будет в достатке. Руководство республики это вроде бы понимает. Глава РК Владимир Торлопов недавно направил командующему РВСН Анатолию Перминову письмо с предложением внести в новый договор коррективы. Но, как удалось узнать «МС», о том, чтобы распространить систему компенсаций и на военные запуски в новом республиканском пректе договора, не сказано ни слова. Правда, компенсационные выплаты увеличены более чем в три раза. Перминов на предложение Торлопова пока не откликнулся...
Республику Коми «приобщили» к космической деятельности государства в 1966 году. Именно с тех пор жители Удорского и Ижемского районов получили редкую возможность наблюдать за падающими в тайгу ступенями ракет и другим стратосферным хламом. На следующий год к ним присоединилось население Печорского и Усинского районов, а с 1971 года - жители Усть-Цилемского, Княжпогостского и Корткеросского районов. Официально в Коми были определены шесть районов падения (РП). Это РП «Важгорт», «Войвож», «Печора», «Вашка», «Железнодорожный» и «Усть-Цильма». Четыре последних остаются, что называется, действующими. То есть части космических аппаратов и ракетное топливо будут продолжать накрывать территории этих районов.
По данным Главного управления природных ресурсов по РК, на территорию Коми за означенный период времени пролилось дождем свыше 70 тонн гептила и амила - самых высокотоксичных компонентов ракетного топлива. Попытка властей Коми оценить ущерб от такого «ливня», а главное - получить хоть какую-то компенсацию за официально признанное негативное воздействие на природу (об этом говорится в Законе РФ «Об охране окружающей природной среды»), была предпринята только в 1997 году. Тогда был заключен первый договор между правительством РК и космодромом Плесецк. По существу, мало что изменивший в положении республики как невольной участницы космической программы родины.
Более «продвинутым» оказался второй договор, заключенный в июне 2000 года. Им, в частности, было предусмотрено, что РВСН обязаны сообщать органам власти РК исчерпывающие данные об угрозах при осуществлении запусков, проводить детоксикацию упавших конструкций ракетоносителей. И - выплачивать денежные компенсации за каждый коммерческий запуск, каковые предназначены в том числе и для ликвидации последствий этих самых запусков. Например, за сброс ступеней в РП «Вашка» предусмотрена была компенсация в размере 52,1 тыс. рублей, в «Усть-Цильму» - 67,2 тыс., «Железнодорожному» предназначались 70,4 тыс., а «Печоре» - 111,5 тыс. Но в том-то и дело, что эксплуатирующие Плесецк РВСН, в отличие от используемого гражданским Российским авиационно-космическим агентством Байконура, занимаются почти исключительно военными запусками. Поэтому за время действия договора Коми получила только одноразовую компенсацию в размере 111,5 тыс. рублей - за падение деталей ракет в «Печору». 21 ноября 2000 года ракета-носитель «Космос-3М» стартовала с Плесецка с американским спутником Quick Bird на борту. До заданной орбиты не долетела (по поводу чего была шумиха в СМИ). А жители села Брыкаланск Ижемского района в тот самый день и час видели, как в лес упал непонятный объект, в результате чего произошел взрыв («МС», №№ 48, 52 от 30 ноября и 28 декабря 2000 г.). Если бы удалось доказать, что падение и взрыв были связаны именно с этим запуском, то республика могла бы претендовать на большие деньги. Однако РВСН вины за собой не признали, а местные природоохранители доказать ее не смогли.
РВСН проводили свои исследования о влиянии деятельности Плесецка на экологию вовлеченных в космическую программу регионов. Обнародованные комитетом по экологии Госдумы результаты весьма оптимистичны: «Повседневная деятельность космодрома не оказывает существенного влияния на окружающую среду...» Есть ли повод для оптимизма, выясняли и в Коми. По заказу Главного управления природных ресурсов по РК (тогда Госкомэкологии РК) в 2000 году в районы падения на Удоре, которые с 1973 года считались уже «отработанным материалом», отправилась экспедиция Института биологии Коми научного центра УрО РАН.
Ученые признали состояние лесов в РП «Важгорт» удовлетворительным, но, в частности, отметили: лесная растительность восстановилась только спустя 20 лет после «использования» района падения. Подсчитали при этом, что из-за «недоприроста» древесины по причине воздействия остатков ракетного топлива ущерб лесному хозяйству Удорского района составляет как минимум полмиллиона рублей. По данным «МС», правительство Коми претензий к РВСН по поводу возмещения ущерба не предъявляло. Источник газеты в правительстве РК ссылается на то, что компенсационная методика еще до конца не выработана, а та, что есть, не признается военными.
Исследования местных биологов остались незавершенными: не хватило денег. Будь иначе, можно было бы судить о наличии «остатков ракетного топлива в среде», о масштабе и характере возможного заражения. А пока, как сообщил «МС» руководитель лесной службы Главного управления природных ресурсов РК Василий Обухов (через эту службу шло финансирование), выводы полевых работ экспедиции вполне удовлетворительны, так как показали, что большого вреда ракетно-космическая деятельность не нанесла. На этом основании служба прекратила финансирование аналогичных исследований биологов и во всех других районах падения частей ракет в республике.
Между тем в разговоре с корреспондентом «МС» В.Обухов посетовал, что в том же Удорском районе каждый год случается больше всех пожаров в сравнении с другими районами республики. А поскольку каких-то погодных факторов, могущих особо способствовать возгораниям в этом районе, не наблюдается, Обухов не исключает, что пожары - результат падения огнеопасных частей ракетоносителей.
В 2001 году оценить возможный ущерб от космической деятельности попытались уже медики. Опять-таки по договору с Главным управлением природных ресурсов по РК специалисты Северного государственного медицинского университета (Архангельск) провели в Удорском районе исследование состояния здоровья жителей села Большая Пысса, относящегося к РП «Важгорт». И обнаружили, кроме прочего, «негативные тенденции в состоянии здоровья населения с.Большая Пысса». Конкретно - «изменение состояния функциональных проб печени (попросту: у людей обнаружена больная печень - Е.И.), нарастание уровня эндогенной интоксикации, более высокая распространенность предопухолевых образований и доброкачественных новообразований слизистой оболочки полости рта, негативные тенденции ухудшения показателей здоровья детей». Последнее особенно тревожит: в Большой Пыссе выявлено очень высокое распространение врожденных аномалий - у 4,67% рождающихся детей.
Впрочем, хотя и отметили медики, что на здоровье пыссцев могло повлиять то же ракетное топливо, но напрямую связать весь «негатив» с ракетно-космической деятельностью не смогли. Для окончательных выводов, полагают архангелогородцы, необходимо провести «дальнейшие исследования». Сомнений в этом быть не может, поскольку совершенно неясно, в какой мере тлетворному влиянию космоса подверглось, кроме жителей Большой Пыссы, население других находящихся на территории Коми «районов падения».
Трагический инцидент произошел у соседей в Архангельской области. На озере Сюрзи в Мезенском и Лешуконском районах по непонятным причинам неожиданно умерли двое местных рыбаков. Официальные причины смерти после вскрытия - отравление токсическими веществами неизвестного происхождения.
Надо сказать, озеро Сюрзи находится аккурат в районе деятельности космодрома Плесецк. Случай этот вызвал большую обеспокоенность местных жителей. Настолько большую, что 24 января нынешнего года губернатор Архангельской области Анатолий Ефремов был вынужден провести у себя совещание для рассмотрения этого вопроса. Специально к совещанию исследовали пробы озерной воды. И выявили, что «нефтепродукты, тяжелые металлы, хлорорганические пестициды и компоненты ракетного топлива «гептил» либо отсутствуют в отобранных пробах воды и донных отложениях озера, либо обнаружены в количествах, которые не превышают предельно-допустимую концентрацию (ПДК), установленную для питьевой воды». Несмотря на успокоительную формулировку, на совещании у А.Ефремова было принято решение о необходимости продолжения исследований по фактам смерти людей на озере Сюрзи.
В республике всеобъемлющих и открытых для общественности исследований о наличии компонентов ракетного топлива в природных средах в районах падения отделяющихся частей ракетоносителей до сих пор нет. Известно, впрочем, что в 1995 году в грунтовых водах в районе РП «Печора» специалисты природоохранных органов зафиксировали аномально высокое содержание нитрозодиметиламина (продукт разложения гептила) - в концентрации в 1050 раз (!) выше ПДК. Между тем, по данным исследований Центра независимых экологических программ общественной организации «Социально-Экологический Союз» и Института социологии РАН, о неблагоприятном воздействии гептила на организм человека можно говорить уже тогда, когда его концентрация даже в 10 раз меньше ПДК.
В этом отношении любопытны выводы Росгидромета, прозвучавшие на одном из заседаний думского комитета по экологии. Оказывается, в отличие от известковых и глинисто-песчаных почв Казахстана, где находится Байконур, болотистые почвы территорий Архангельской области и Республики Коми «способствуют длительной сохранности гептила в природных средах». В то же время заболоченность и обилие воды создают условия для переноса гептила на значительные расстояния. А это, говорится в докладе Росгидромета, приводит к «попаданию токсиканта в растения, в том числе используемые в пищу коренным населением».
С такими вещами не шутят. И надо бы, по идее, наладить постоянный экологический мониторинг. И уж во всяком случае - проводить очистку «районов падения» от ракетного хлама. Это, кстати, оговаривается в упомянутом выше договоре правительства РК с ракетчиками. Согласно документу, стороны должны были совместными усилиями организовать уборку космического мусора в ранее использовавшихся районах падения частей ракетоносителей. Не делалось между тем, ровным счетом ничего.
Вот, например, Ижемский район - один из наиболее пострадавших от воздействия ракетной техники, в чьих пределах расположены недействующий ныне РП «Войвож» и два действующих - «Печора» и «Усть-Цильма». По данным Минприроды РК и Ижемского природоохранного комитета, «с территории района отделяющиеся части ракетоносителей не вывозятся, металлические конструкции продолжают захламлять лесные массивы; от охотников района продолжают поступать сигналы @ о нахождении отделяющихся частей в верховьях рек Большая Вольма, Большая Пыча, Двойник». Для пущей убедительности в докладе природоохранителей приведен и следующий любопытный факт: в верховьях реки Пыча-Вой-вож какой-то охотник срубил избушку, а крышу соорудил из обтекателя ракетоносителя...
Срок старого договора с РВСН истек. Как сообщили в Минприроды РК, ракетчики в настоящий момент подготовили новый, почти аналогичный прежнему, а посему не могущий устроить республику. Поскольку военные вновь предлагают компенсацию лишь за коммерческие запуски. Учитывая, что случаются они крайне редко, денег на исследования, а главное – на мероприятия по защите местного населения от воздействия ракетно-космической деятельности, вряд ли будет в достатке. Руководство республики это вроде бы понимает. Глава РК Владимир Торлопов недавно направил командующему РВСН Анатолию Перминову письмо с предложением внести в новый договор коррективы. Но, как удалось узнать «МС», о том, чтобы распространить систему компенсаций и на военные запуски в новом республиканском пректе договора, не сказано ни слова. Правда, компенсационные выплаты увеличены более чем в три раза. Перминов на предложение Торлопова пока не откликнулся...