Побратимские связи между германской землей Шлезвиг-Гольштейн и управлением исполнения наказаний (УИН) Архангельской области установились шесть лет назад. Раз в год побратимы обмениваются визитами. Недавно в Германии побывала архангельская делегация во главе с начальником УИН Игорем Болотиным.
- У немцев совершенно другая уголовно-исполнительная система, - поделился впечатлениями от поездки Игорь Вячеславович, - в одном комплексе расположены тюрьма, следственный изолятор, школа, училище, мастерские. Они не держат осужденных в отрядах по сто-двести человек, как у нас, там практически у каждого отдельная камера. Точнее, это небольшой гостиничный номер. С разрешения судьи даже подследственные могут заниматься в тюремном училище, работать в мастерских. И получают за это зарплату - до двухсот евро.
Но, наверно, одно из самых важных отличий в том, что большинство сотрудников в немецких тюрьмах - социальные работники. Они и охранники, и воспитатели. Немцы очень гордятся тем, что постоянными беседами, тренингами они добиваются от преступника осознания его проступка, приводят к покаянию. В штате тюрьмы нет "узких" специалистов, например, психологов, тренеров, учителей. Если есть необходимость в таких профессионалах, с ними заключают временный контракт.
- Игорь Вячеславович, в чем заключается тюремное побратимство?
- Немцы во время визитов сюда делятся опытом социальной работы с осужденными, проводят тренинги. Наши, бывая в Германии, видят, к чему надо стремиться. Конечно, дай нам их деньги, может быть, еще и лучше все устроили. Но и при нынешних условиях что-то можно у немцев перенять. Из последней поездки мы вернулись с такой идеей: уже в следственном изоляторе начнем составлять социальный портрет заключенных (пока несовершеннолетних) - какое имеют образование, чем интересуются, с кем дружат, кто у них родственники. Подростков определяют в СИЗО только за тяжкие преступления, обычно таких потом отправляют в воспитательную колонию. Социальный портрет осужденного поможет нашим коллегам в колонии быстрее установить с ним контакт.
Видимо, уже в этом году мы перейдем и на немецкую модель организации производственного процесса в местах лишения свободы. Сейчас государственные унитарные предприятия при колониях являются коммерческими структурами. Они не имеют никаких налоговых послаблений, сами себя обеспечивают материалами, оборудованием, заказами. После реорганизации наши предприятия станут производственными мастерскими, их основная цель - обучить осужденных профессии, именно так и происходит в Германии. Но там государство полностью снабжает тюрьмы всем необходимым. В мастерских шикарный набор оборудования. Как это будет происходить у нас, пока слабо себе представляю.
- А что немцы могли бы перенять у нас?
- У нас внутри колоний намного больше порядка. Представьте, осужденному, который устроил в камере полнейший бардак, немцы ставят на стол табличку: "Уберите, пожалуйста, комнату". Если это не подействует - заберут телевизор, книги. Мы видели и такие ситуации: начальник учреждения заходит в корпус, а подчиненный сидит, закинув ноги на стол. О приветствии уж и не говорю. Может быть, это и есть высшее проявление демократии. Но, как мне кажется, к хорошему это не приведет.
- За какие преступления сидят в немецких тюрьмах?
- Общество там очень обеспокоено увеличением количества насильственных действий в отношении детей. Много экономических преступлений, причем деньги из банков уводят в основном хакеры. Кстати, есть в немецких тюрьмах и наши соотечественники. Они как раз больше всего создают проблем. Немцы никак не могут понять, каким образом русские узнают друг о друге, если они сидят на разных этажах. Не доходит до них, почему русские делятся друг с другом последней сигаретой, они ведь незнакомы.
- Игорь Вячеславович, вашим немецким коллегам работается явно легче. Не хотелось там остаться?
- Конечно, во многих ситуациях я им завидовал. У нас труднее, но интереснее. Кстати, недавно была первая годовщина моего пребывания в должности начальника управления. Я доволен тем, как сложился этот год. Есть улучшения в производственной сфере: увеличились объемы, прибыли больше. В одной из колоний мы освоили производство сетки-рабицы для нужд наших учреждений. В детской колонии и областной больнице сделали новые заборы. В целом считаю, что охрана учреждений стала надежнее.
- Сотрудничество с немцами будет продолжаться?
- Да, одной из целей нынешнего визита было как раз продление программы. Она будет действовать еще, как минимум, два года. Кроме того, немцы нам будут помогать вести работу с осужденными, которые не лишены свободы. Финансирует все эти мероприятия Совет Европы.