Конфискация по закону или раскулачивание мертвых?

Судья Приморского краевого суда Попов В. Н. 11 января 2000г. вынес приговор по делу, широко известному в России как дело банды братьев Ларионовых. Этот приговор судьи Попова В. Н. до сих пор оспаривается в части, касающейся конфискации квартир. Кажется, какой может быть спор — дело простое, у каждой квартиры есть законный владелец, имеющий на нее документы.
Но проблема в том, что суд, во-первых, определил владельцем 16 квартир Сергея Ларионова, человека, за которым юридически эти квартиры нигде не значились, во-вторых, эти квартиры суд конфисковал, когда Сергей Ларионов уже был мертв, так сказать «заочно».

Намеки и многоточия приговора

Прежде, чем изложить историю этого «квартирного вопроса», напомним, что ни один из братьев Ларионовых до суда не дожил, а, следовательно, не был осужден.
Старший брат, Александр Ларионов, был убит 1 октября 1993 года в возрасте 39 лет, так сказать, на свободе. Младший, Сергей Ларионов, по официальной версии, был убит уголовником на охраняемой государством территории, т.е. в СИЗО Владивостока, 25 февраля 1998 г. Тоже в возрасте 39 лет. В связи с убийством дело в отношении его было прекращено 23 июня 1998 г. Напомню, что убийца Сергея Ларионова тоже вскоре был убит на правоохраняемой территории.
Дожившие в СИЗО до суда другие обвиняемые по делу «братьев Ларионовых» практически все от своих показаний, данных ими во время следствия, отказались, мотивируя отказ давлением в ходе следствия. Следствие велось с 1994 года, а приговор был вынесен через 6 лет. Данные в ходе следствия показания наводят на большие размышления относительно главаря банды.
Сам приговор содержит 174 страницы. В его резолютивной части среди перечисления всего, подлежащего конфискации, говорится: «Конфисковать в доход государства… квартиры по ул. Луговая…, Надибаидзе…, Окатовая…, Окатовая …, Окатовая…, ул. Вилкова…, Окатовая …, Надибаидзе…, Светланская…, Надибаидзе…, Сахалинская …, Светланская…, Надибаидзе…,Луговая…, Фокина …, Окатовая… г.Владивостока». По понятным причинам номера квартир и домов в нашей газете не указываются, в приговоре они указаны. Квартиры перечислены, но владелец их почему-то не указан. У кого конфисковать-то?
Зато в описательной части приговора об этих квартирах имеются любопытные сведения: «В период следствия были обнаружены 17 квартир, которые формально были оформлены на ПКАП „КЛОБУК“, а фактически принадлежали Ларионову С.П.»
Формулировку «фактически принадлежали Ларионову С.П.» из уст правосудия слышать и страшно, и сладко — почему бы ее не применить к особнякам, которые фактически принадлежат нашим чиновникам, а оформлены на их родственников?

Арест имущества

Чем мотивировал суд конфискацию квартир? Тем, что они были под арестом с 1994 г.? Но арест квартир стал оспариваться сразу, в 1995 году, когда следователю по особо важным делам Генпрокуратуры Дептицкому было направлено ходатайство Производственно-коммерческого предприятия открытого типа (ПКАП — далее по тексту)"Клобук" о снятии ареста: «Основными видами Уставной деятельности являются операции с недвижимостью (купля-продажа, сдача в аренду, маркетинг и др.). В процессе ведения хозяйственной деятельности ПКАП „Клобук“ приобрело имущество (квартиры), которые в соответствии со ст.52 Гражданского законодательства являются собственностью предприятия, что подтверждается регистрационными документами Бюро технической инвентаризации г. Владивостока.
Квартиры были приобретены ПКАП „Клобук“ за счет заемных денежных средств и в порядке взаимозачетов, на возмездной договорной цене, а не за счет денежных средств лиц, проходящих по уголовному делу № 18/137152–94.
Полученные от другого юридического лица заемные денежные средства были проведены по бухгалтерским документам предприятия и от учета не укрывались.
ПКАП „Клобук“, являясь собственником имущества, в соответствии с Уставной деятельностью сдавало квартиры в аренду другим предприятиям и во временное проживание физическим лицам.
Не являясь органом дознания, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность по выявлению, предотвращению и раскрытию преступлений, не могло и не должно знать о том, что проживающие в квартирах предприятия лица будут использовать свое проживание в целях совершения уголовно-наказуемых деяний.
Проходящий по уголовному делу Ларионов в качестве обвиняемого Ларионов С. П., действительно является акционером ПКАП „ Клобук“ с принадлежащим ему на праве собственности вкладом в размере 50 000 руб.»
Ходатайство ПКАП «Клобук» следователем Генпрокуратуры Дептицким было отклонено. После чего в три адреса (Ленинский районный суд Владивостока, прокуратуру Приморского края и Генпрокуратуру) было направлено исковое заявление с содержанием, аналогичным предыдущему, но с некоторыми дополнениями:
\"Следователем следственной группы Кулькиной Н. В., руководимой следователем по особо важным делам при Генпрокуратуре РФ Дептицким С. Е. под предлогом обеспечения гражданского иска при возможной конфискации имущества был наложен арест на имущество юридического лица ПКАП «Клобук». Действия работника прокуратуры Кулькиной Н. В. и …Дептицкого С.Е не вполне законны, обоснованы и противоречат Закону в связи со следующим…\" Далее идет ссылка на статьи закона, которые следователям, по словам защиты, нужно знать, чтобы не нарушать закон.
А следом — подсказка, как действовать по закону: «Во исполнение и обеспечение дополнительной меры наказания конфискации имущества следователь прокуратуры Кулькина Н. В. была вправе наложить арест на имущество обвиняемого Ларионова С. П. в размере 50 000 руб.»
Правосудие этим путем не пошло, и квартиры оставались под арестом до суда, который и вынес в 2000 г. приговор в отношении их конфискации. А поскольку их «фактическим» владельцем при конфискации объявили Сергея Ларионова, получается, что мертвых все же судят вопреки закону. В интересах государства?

Вопросы задают живые, отвечают мертвым

Попытка вернуть квартиры со стороны ПКАП «Клобук» все годы не прекращается, но сводится исключительно к круговороту жалоб между Приморским краевым судом и Верховным судом РФ.
В 2003 году вышло положение об отмене конфискации (ФЗ РФ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ» от 21.11.2003г). Поскольку процедура конфискации квартир к этому времени не была осуществлена, то ситуация подпадала под это изменение закона. В связи с этим в феврале 2004 года была подана жалоба в Верховный суд о приведении в соответствие приговора суда относительно конфискации квартир с этим новым положением.
Из Верховного суда жалобу переслали в Приморский краевой суд к заместителю председателя суда Тренину. Ответ судьи Тренина (от 4 марта 2004 г. №11–221) относительно возврата квартир адресуется скорее мертвым, чем живым: «Возвращается ваша жалоба, поступившая из Верховного Суда РФ, и разъясняется, что в соответствии с ч.3 ст. 396 УПК РФ вопросы об освобождении от наказания или смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу…, разрешаются судом по месту отбывания наказания». Из этого ответа я лично поняла, что покойному Ларионову советуется подать просьбу о смягчении наказания! А вы, уважаемые читатели, как поняли? Вы уловили в письме судьи Тренина хоть что-то похожее на ответ по сути вопроса?
Заявителей тоже не удовлетворил ответ, и судье Тренину пришлось еще раз отвечать на тот же самый вопрос в своем письме от 26.05.04 №ж-6229: «В отношении Ларионова С. П. Приморским краевым судом обвинительный приговор не выносился, и на стадии следствия уголовное дело в отношении его было прекращено постановлением от 23.06.1998 г. …Приморским краевым судом вынесен приговор 11.01 2000 г. в отношении Шутова В. Н., Гольтдберга В. О., Соколова М.Н, Бердышева Д. Г. и других, которым обращено взыскание в доход государства имущества, принадлежащего Ларионову С.П.
По вопросу об исключении конфискации имущества из приговора Приморского краевого суда от 11.01.2000г принадлежащего убитому Ларионову С. П., Вам следует обращаться в Верховный Суд РФ».
Вот-те раз! Это что же получается, у убитого Ларионова вроде как «наследники» появились — Шутов В. Н., Гольтдберг, В.О.,Соколов М.Н, Бердышев Д. Г. и другие? Если судья Тренин обидится и подаст в суд на то, что я его неправильно поняла, то он на это имеет полное право, потому что относительно того, кто такие «и другие», я его похоже уж совсем неправильно поняла! Другие — это Николаев, Кузнецов и Мангутов, которых освободили в зале суда?
Впрочем, как бы я ни поняла трактовку приговора, вынесенного судьей Поповым, его начальником судьей Трениным, но бесспорно одно: самих жалобщиков судья Тренин опять послал за разъяснениями по старому адресу — в Верховный суд.

От покойных принимаются ходатайства

И они туда обратились с заявлением: «Прошу указать, в какой суд мне следует обращаться для приведения приговора Приморского краевого суда от 11.01.2000 года, в соответствие с ФЗ РФ „О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ“ от 21.11.2003 г.)».
На этот конкретный вопрос из Верховного суда от судьи С. А. Разумова пришел конкретный ответ: «Вопросы вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, и о разъяснении сомнений и неясностей, возникающих при исполнении приговора на основании ст. 396 ч.ч. 1,3 УПК РФ, разрешаются судом, постановившим приговор. В данном случае в отношении Ларионова С. П. вопрос должен решаться Приморским краевым судом, о чем Вы просили сообщить в своем заявлении». Умный, видать, этот судья Разумов, коль даже мне понятен его ответ.
После такого разъяснения Приморскому краевому суду стало вроде как больше некуда посылать заявителей и пришлось от них принять ходатайство с изложенной выше мотивацией.
На это ходатайство 27 сентября 2005 года судья Попов вынес интересное постановление, которым фактически отказал в ходатайстве, чем, с моей точки зрения, проигнорировал разъяснения судьи Верховного суда. Свой отказ судья Попов В. Н. мотивировал тем, что «Приговор приводится в соответствие с изменениями действующего законодательства … только по ходатайствам осужденных, если внесенными в уголовный закон изменениями не ухудшается их положение…
В данном случае Фролова не является участником уголовного судопроизводства и, следовательно, она не вправе обращаться с таким ходатайством… Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда РФ…»
Не то ли самое об улучшении положения покойников читали мы выше в ответе заместителя председателя краевого суда Тренина от 4 марта 2004 г. №11–221?

Три конфискации по одному приговору?

Интересное получается в Приморье правосудие: мертвый может обращаться в суд в целях улучшения его положения, а с живыми суд не желает иметь дела.
Но, все-таки, судью Разумова есть за что поблагодарить, иначе не было бы даже этого постановления судьи Попова об отказе в ходатайстве. А теперь оно есть и дает законное право обратиться в другие суды, вплоть до Европейского.
Есть в этом деле еще и международная подоплека. Дело в том, что две из этих квартир были куплены иностранными гражданами без всяких препятствий, а теперь вдруг у них эти квартиры требуют обратно. А поскольку один из купивших квартиру является гражданином Украины, а другой — Америки, то соответствующие консульства начали проявлять большой интерес к приморскому правосудию. И есть сведения, что с их стороны дело тоже на стадии оформления в Европейский суд.
Впрочем, почему бы и не прославиться нашему Приморскому суду на всю Европу тем, что он делает в пользу нашего государства? С моей точки зрения, никакому европейскому суду не под силу дважды конфисковать в пользу государства одну и ту же квартиру: сначала у неподсудного покойного Ларионова, потом у живой гражданки дружественной России страны. Да еще, если вспомнить о наличии у этих квартир третьего владельца — юридического лица ПКАП «Клобук», то вроде как уже даже три конфискации получается в пользу государства одних и тех же квартир?
И при этом исхитриться, не принести никакой пользы государству, поскольку квартиры эти фактически до сих пор не конфискованы, и исполнительное производство по ним не окончено. И за их сохранность, похоже, никто не отвечает уже более 10 лет. Как вы думаете, почему? Ведь прошло уже пять лет с момента вступления в силу приговора о конфискации квартир в пользу государства.
Кто ответит на этот вопрос? Может быть, пригласить судью Разумова на вакантную должность председателя краевого суда или лучше все же кого-нибудь из Европейского суда?

Надежда Алисимчик

P.S. Перед публикацией этой статьи в редакции была дискуссия о том, должны ли эти квартиры доставаться родственникам бандитов. Ведь куда справедливее их отдать, например, детдомовцам или молодой семье с детьми. И вообще, должна ли наша газета выступать в защиту «банды Ларионовых».
Во-первых, квартиры эти не идут в социальный фонд жилья, а по закону должны выставляться на торги после процедуры конфискации. Во-вторых, квартиры более 10 лет бесхозны при том же дефиците жилья. В-третьих, почему в отношении мертвых бандитов должен быть один закон, а в отношении живых — другой. Только потому, что одни выжили и стали депутатами, мэрами, губернаторами, а других убили и потом заочно осудили?
Может, есть список, в отношении кого нужно соблюдать закон, а в отношении кого его можно обойти? Присылайте, опубликуем.