Назад хода нет. Будет ли выход?

Монетизация льгот тревожно вошла в нашу жизнь. Казалось бы, поутихшие страсти вновь вскипели, теперь уже в связи с отказом от соцпакета. В числе 59 процентов отдавших предпочтение деньгам, а не гарантированным лекарствам, оказались и инвалиды, больные сахарным диабетом. По 122 закону льготники, отказавшись от соцпакета, получив взамен его стоимость — 450 рублей, уже не имеют права на бесплатное обеспечение.
Так почему же это случилось — не разобрались инвалиды, не оценили ситуацию или понадеялись, что их не бросят, не оставят умирать без инсулинов, а может, это просто наплевательское отношение к собственному здоровью? Как бы то ни было, факт остается фактом. На 450 руб. купить необходимые препараты они не смогут — в месяц взрослому больному, получающему инсулин, необходимо от 2 до 4 тысяч рублей, а ребенку — до 6 тысяч. Кроме того, они лишили себя возможности получить бесплатно не только инсулин, но и шприц-ручки, иглы для введения препарата, долгожданные жизненно необходимые тест-полоски, глюкометры — с 1 января 2006 года все это будет включено в льготный перечень.
Когда же час просветления настал, взялись ходить по чиновникам, депутатам, общественным организациям. Только на ту пору поезд уже ушел, объявленный срок, до которого надо было заявить о своем намерении, истек, назад хода нет. Изменить что-либо можно лишь с 1 января 2007 года. И надо как-то прожить 2006-й.
Что будет с этими людьми, как они будут обходиться без жизненно необходимого для них препарата? Как будут решаться их проблемы? Ведь если инвалид с диабетом, отказавшийся от соцпакета, получит бесплатный инсулин — будут ущемлены права больных сахарным диабетом, не отказавшихся от соцпакета (почему им и инсулин и деньги?). Каким образом будут закупаться инсулины отказавшимся от соцпакета — за счет уменьшения финансирования лекарственных средств для региональных льготников по другим заболеваниям?
Пока ответов на эти вопросы нет.
Но урок из этой истории очевиден: недостаточно велась разъяснительная работа. Возможно, надо было, чтобы прием заявлений от инвалидов с тяжелой формой заболевания вел не только работник Пенсионного фонда, но и врач, который бы помог принять правильное, грамотное решение.