Шито белыми нитками

Кто стоит за уголовным преследованием главы Сортавальского района?
В сентябре, накануне выборов глав местных поселений, в карельских СМИ прошла информация о возбуждении против главы Сортавальского района Сергея Рыжкова сразу нескольких уголовных дел.
Термины «взятка» и «мошенничество», да еще «в особо крупных размерах», которыми оперировала прокуратура, будоражили обывателей. «Курьеру» удалось выяснить подоплеку уголовного преследования, которое, на наш взгляд, явилось итогом трехлетнего противостояния между администрацией Сортавальского района и местным прокурором.
Сергей Рыжков, придя к власти в апреле 2002 года, никак не ожидал, что прокурор Сортавалы Владимир Кузнецов вместо помощи начнет вставлять палки в колеса при каждом удобном случае. В годы «царствования» прежнего мэра Сортавалы В.Варьи прокурор очень редко вмешивался в действия администрации. Зато после избрания С.Рыжкова протесты прокуратуры посыпались как из рога изобилия. Это наталкивает на мысль, что вся местная прокуратура занята только одним — необъявленной войной с местной администрацией. В прошлом году мы уже писали об этом, но, чтобы понять суть происходящего сегодня, еще раз напомним прошлое.
Довели
Прокуратура бомбардировала администрацию десятками протестов по самым разным поводам. Добрая часть из них была отбита через суд, но в такой обстановке работать было очень сложно. Чего стоит только выступление прокурора В.Кузнецова по телевидению с разгар холодной зимы 2003 года, в котором он призывал жителей Сортавалы не платить за тепло по новым тарифам! Администрация в течение четырех месяцев доказывала в суде свою правоту (и доказала!), однако платежи населения упали в два раза, мэрии с огромным трудом удалось довести отопительный сезон до конца.
Еще более возмутителен случай с самоубийством 55-летнего начальника котельной М.Дирея, который покончил с собой на глазах у своей семьи после очередного допроса в прокуратуре. Стали ли допросы в прокуратуре причиной самоубийства? Это выяснять не стали. Однако невиновность М.Дирея в аварии котельной была доказана вскоре после его смерти. Но наказания за беспочвенные подозрения никто не понес. Об этом случае просто постарались забыть.
Супруга М.Дирея написала С.Рыжкову письмо, в котором подробно изложила методы воздействия прокуратуры на ее мужа и прямо указала на виновника самоубийства.
По странному стечению обстоятельств сразу же после получения главой района указанного письма прокуратура проводит обыск в здании администрации. Вооруженные люди блокируют кабинеты, парализуя работу органов власти, и проводят повальную выемку входящей документации. Может быть, они искали письмо супруги М.Дирея?
Письмо не нашли, но чашу терпения переполнили.
Правда глаза колет
С одобрения городского Совета в адрес заместителя Генерального прокурора по Северо-Западному федеральному округу (СЗФО) было направлено письмо, в котором перечислялись многочисленные «подвиги» местного прокурора. Подписала челобитную вся районная власть: глава района, председатель районного Совета и глава администрации. Случай беспрецедентный. Но, как показала практика, совершенно бесполезный для поисков правды.
Прокуратура СЗФО отправила жалобу в прокуратуру Карелии — мол, сами разбирайтесь.
А из республиканской прокуратуры пришел стандартный ответ, который сортавальцы читали уже неоднократно: «Действия В.Кузнецова правомочны». Думается, что не последнюю роль здесь играет прокурорская корпоративность. По этому поводу позвольте процитировать один документ — письмо прокурора республики В.Панасенко своему сортавальскому коллеге: «Направляю копии рассмотренных прокуратурой республики обращений главы местного самоуправления и должностных лиц местной администрации Сортавалы в отношении сотрудников прокуратуры, а также копии ответов на них.
Предлагаю вам и другим сотрудникам прокуратуры использовать указанные материалы для подготовки заявления в суд о защите чести, достоинства и деловой репутации».
Мол, пора уже этих жалобщиков поставить на место.
Прокурор В.Кузнецов так и сделал. Он подал в суд иск о защите чести и достоинства — мол, своей жалобой мэр, глава администрации и председатель Совета депутатов причинили ему моральные страдания, оторвав вдобавок от борьбы с преступностью. Поначалу Сортавальский городской суд, видимо с оглядкой на авторитет районного прокурора, долго не мучался и вынес решение: указанные выше лица не имели права обращаться в генеральную прокуратуру, так как изложенные ими факты уже проверялись вышестоящей прокуратурой РК и ничего предосудительного в действиях В.Кузнецова та не усмотрела.
Однако Верховный суд РК отменил решение суда первой инстанции: вы что, коллеги, обращение с жалобой и требованием проверки решений государственных надзирающих органов — это конституционное право каждого гражданина.
В.Кузнецова решение ВС не остановило. Он подает надзорную жалобу в президиум Верховного суда, откуда дело возвращается в городской суд Сортавалы с резолюцией: недостаточно изучены материалы дела.
Во время повторного слушания дела прокурор В.Кузнецов покинул зал заседания, сославшись на недомогание. Видимо, ему стало невмоготу слушать обвинения в свой адрес, которыми изобиловала жалоба администрации в генеральную прокуратуру. Как говорят в народе, правда глаза колет?
Во второй раз Сортавальский суд признал действия жалобщиков законными и не ущемляющими «облико морале» господина прокурора. Верховный суд буквально на днях оставил это решение в силе. Но, зная В.Кузнецова, в администрации были уверены, что тот не успокоится.
Поняв, что обращение в прокуратуру СЗФО бесполезно, С.Рыжков обращается напрямую к Генеральному прокурору России В.Устинову. Оттуда приходит ответ с обещанием разобраться. И разборки, действительно, вскоре начались. Да еще какие!
Мы за ценой не постоим
19 июня в администрацию Сортавалы прибывает начальник отдела по расследованию особо важных дел прокуратуры РК. В. Кондрашова. Цель визита — уточнение, на основании чего С.Рыжков в январе 2003 года установил своим заместителям новые базовые ставки. Два с половиной года этот вопрос никого не трогал, а теперь вспомнили, да еще на таком солидном уровне, как начальник отдела по особо важным делам. Это все равно, что из пушки по воробьям палить — овчинка выделки не стоит. Нарушение, если это еще будет установлено, тянет максимум на прокурорский протест. Когда С.Рыжков вежливо поинтересовался у В.Кондрашовой, почему к такой мелочи столь пристальное внимание, Вера Васильевна в присутствии свидетеля обронила, что все это реакция на заявление С.Рыжкова в Генеральную прокуратуру.
Ровно через пять дней против С.Рыжкова было возбуждено уголовное дело по факту злоупотребления служебным положением — обещанные разборки начались.
В администрации начались повальные обыски, а на допросы почему-то стали таскать сортавальских предпринимателей. И поползли слухи, что во время этих «задушевных бесед» у них выпрашивают показания против С.Рыжкова — о даче взятки. Но это были только слухи. Любой здравомыслящий человек в это никогда не поверит — разве может гарант правопорядка заниматься такой чернухой?
Однако в августе глава местного самоуправления получил из республиканской прокуратуры пакет, в котором сообщалось о возбуждении против него уголовных дел по фактам получения двух взяток и мошеннических действий в особо крупных размерах.
Случилось это накануне выборов мэра Сортавалы. Не секрет, что одним из кандидатов на этот пост был человек из команды С.Рыжкова. Информация об уголовных делах быстро ушла в СМИ, и глава района накануне выборов оказался по уши в грязи. Мол, пока отмоется, водички много утечет, а выборы точно проиграет. Схемка незамысловатая, но действенная, опробованная много раз.
Вдобавок прокурор РК. В. Панасенко направляет в совет глав местного самоуправления, созданный при главе Карелии, информацию о возбуждении против С.Рыжкова уголовных дел. Может быть, для показательно-публичной экзекуции?
Прежде чем взять, надо дать
С.Рыжков подозревается в получении сразу двух «взяток» и в одном факте мошенничества. Причем очень давно — в мае-июне 2002 года. Сразу после избрания главой района. Будто бы ему, пришедшему в ужас от доставшегося «наследства» прежней власти, тогда делать больше было нечего.
В первом случае некий бизнесмен Львов, директор швейной фабрики «Вега плюс», показал, что передал С.Рыжкову две тысячи долларов. Мол, за содействие его бизнесу.
У тех, кто осведомлен об истории взаимоотношений Львова и главы района, такое заявление может вызвать только брезгливую улыбку.
В начале девяностых Львов был назначен главным инженером на умирающем Сортавальском мебельно-лыжном комбинате. Работал там настолько эффективно, что прокурор В.Кузнецов месяц держал его под арестом, а потом выпустил. Почему — неизвестно.
В 1994 году директор СМЛК предложил Львову возглавить швейную фабрику «Вега», вскоре в результате нехитрой комбинации ставшую «Вегой плюс», учредителем которой стал Львов.
Во время предвыборной борьбы в 2001–2002 годах Львов работал в штабе Рыжкова, причем занимался финансовыми вопросами. Но, видимо, этот человек что-то недопонимал или ошибался в Рыжкове. Во всяком случае после победы на выборах Львов решил, что теперь он переделит весь пирог сортавальских бизнесменов, отломив себе самые жирные куски. Когда глава отказал в подобном беспределе, Львов обиделся и покинул команду — впрочем, никто его и не удерживал. Поняли, что человек стал совсем другим, особенно после его слов: «Мы не для того избирались, чтобы я от Рыжкова имел меньше, чем от Варьи (прежнего мэра)».
По некоторой информации, после ухода Львов предлагал бизнесменам за определенную мзду решить их проблемы с бизнесом. При этом он говорил, что действует от имени Рыжкова. На юридическом языке это называется мошенничеством. Может быть, на одном из таких эпизодов его зацепила прокуратура, а услышав имя главы района, решили раскрутить это дело по полной.
Почему-то у следствия не вызывает удивление тот факт, что в 2003 году, имея свободный доступ к Рыжкову, в его дом, Львов, судя по его показаниям, едет за 70 км в лес, чтобы там вручить главе района 2 штуки баксов.
В то же время и в том же месте Львов якобы помогает другому бизнесмену Цирульникову передать Рыжкову взятку в две тысячи долларов. Тоже за содействие бизнесу. И еще есть показания Цирульникова, что в мае-июне 2003 года он передал Рыжкову 30 тысяч долларов на покупку машины, которые тот не вернул.
Прокуратура почему-то не задается вопросом, откуда у человека, имеющего ежемесячный доход в одну тысячу рублей, такая внушительная сумма? И где наконец расписка? А зачем Рыжкову брать деньги на покупку машины, если для этой цели он взял кредит в банке, а во время описываемых событий о покупке машины и не помышлял?
А может быть, показания Цирульникова — своеобразная месть за то, что год назад администрация выгнала его из арендуемых помещений за обман и неуплату аренды?
Главное — найти подход
Создалось впечатление, что все уголовные дела против главы Сортавальского района шиты белыми нитками. Что их цель — поставить на место строптивого мэра, который не может найти общего языка с прокуратурой.
В подтверждение тому — жалоба редактора районной газеты «Ладога» В.Авсеенко на действия прокуратуры: \"7 октября 2005 года я был вызван на допрос в качестве свидетеля следователем прокуратуры РК. В. Игнатенковым. Я пришел в назначенное время, но меня попросили подождать и выпроводили в коридор, где я в течение длительного времени созерцал предпраздничную суету сотрудников прокуратуры при подготовке банкета.
Затем В.Игнатенков объявил мне, что я вызван свидетелем по уголовному делу, возбужденному в отношении Рыжкова по даче взятки Львовым. Я заявил, что ничего не знаю по этому поводу и не могу быть свидетелем, но Игнатенков все равно начал допрос. Вопросы, задаваемые следователем, не относились к предмету расследования, а касались выступления главы МСУ на встрече с журналистами. На этой встрече Рыжков назвал фамилию человека, который потом написал заявление в прокуратуру. Эта информация была опубликована в «Ладоге». Больше того, что было напечатано в газете, я не знаю. Однако, когда мне было предложено подписать протокол, мои слова «я не знаю» были заменены следователем на «я забыл».
Игнатенков пытался воздействовать на меня преследованием за распространение информации. Неоднократно высказывался по поводу неправомерности моих действий по опубликованию сведений о лице, сообщившем о даче взятки главе МСУ.
Во время допроса в кабинет входили неизвестные, которым следователь давал разные поручения, суть которых сводилась к тому, что Рыжков был задержан на пропускном пункте «Вяртсиля». Не понимаю, зачем было нужно разыгрывать этот спектакль, я отлично знал, что Рыжков находится в Сортавале.
Цель допроса, по моему мнению, сводилась к тому, чтобы я дал показания, направленные против Рыжкова. По поводу расследования уголовного дела в отношении Рыжкова по факту получения взятки мне не было задано ни одного вопроса. Считаю, что действия следователя не соответствуют закону, ущемляют мои права как гражданина и были направлены на психологическое воздействие как на редактора газеты «Ладога».
Что сюда можно добавить? Пожалуй, только то, что жалоба эта была направлена на имя В.Панасенко. Ответ нам пока неизвестен, но, судя по вышеописанным событиям, смеем предположить, что «в действиях следователя не будет усмотрено никаких противозаконных действий».
Давайте рассудим здраво. Как ловят взяточников — известно всем. Главная и неоспоримая улика в данном деле — меченые деньги, которые затем обнаруживают у взяточника. Плюс аудиозапись общения и самого незаконного процесса. В этом случае для суда все понятно: есть показания взяткодателя, предмет взятки и сам взяточник с запачканными деньгами.
В случаях с Рыжковым нет ничего, кроме показаний обиженного бизнесмена с подмоченной репутацией и желания определенного круга лиц выдать это за чистую монету. Есть серьезные основания полагать, что у этого дела нет судебной перспективы. Но, как говорил классик, осадок-то останется. А ведь на носу осенние выборы главы района.
Не исключено, что в них примет участие прокурор Сортавалы В.Кузнецов. И он уже начал ходить. С козырей.
А ведь, несмотря ни на что, Сортавальский район живет и развивается. Три года назад он занимал семнадцатое место среди районов республики, а по результатам прошлого года стал уже четвертым. И если бы не эта междоусобная война, отнимающая не столько силы, сколько нервы, как знать, насколько бы еще улучшились эти показатели.