Страсти по кокани

На прошлой неделе камчатская, а с ее подачи, и российская пресса сели в лужу собственного невежества. Впрочем, произошло это не со всеми, а только с отдельными СМИ. Невежество свое они проявили (стыдно сказать!) в рыбном вопросе. Касался этот вопрос Кроноцкого озера, расположенного, соответственно, в Кроноцком заповеднике, который всем нам известен, как местонахождение гордости всея Камчатки — Долины Гейзеров. Правда, увидеть воочию эти самые гейзеры из камчатцев смог, наверное, только каждый стопятидесятый, но это неважно. Заповедник — есть заповедник, а гордость — есть гордость. Сейчас речь не об этом, а о том, как отдельные невежественные камчатские СМИ разнесли по всему миру всякие глупости про Кроноцкое озеро.

Вспомнили об озере не случайно. Оно (озеро) было упомянуто в губернаторском письме на имя министра природных ресурсов России Юрия Трутнева. Именно поэтому о нем заговорили все, даже те, кто не подозревал о его существовании и вообще плохо себе представляет, что такое камчатские озера. Вот, что, к примеру, передает в своем сообщении уважаемое ИА (информационное агентство) «REGNUM» со ссылкой на пресс-службу Совета народных депутатов камчатской области: «…Депутаты Камчатской области высказали отрицательное отношения к планам областной администрации проделать рыбоходный канал от Кроноцкого озера для вылова нерки…» Какой канал? Куда его собираются «проделать» от Кроноцкого озера? И что значит «проделать»? Пальцем проковырять что ли?

Но, читаем дальше сообщение агентства: «…Члены камчатского комитета по природопользованию рассмотрели письмо губернатора к министру природных ресурсов. В этом послании Михаил Машковцев просит рассмотреть возможность проведения изыскательских работ на Кроноцком озере, которое располагается в Кроноцком заповеднике…» Ага! Кое-что становиться понятно. Оказывается не «проделывать» канал собирается губернатор, а проводить исследовательские работы на озере. Что же будет исследовано? Читаем сообщение дальше: "…Суть в том, что только в этом озере нерестится нерка под названием «коконь». Власти предлагают проделать рыбоходный канал, по которому эта рыба могла бы попадать в реку и нереститься там. И тогда, камчатским рыбакам позволят ее вылавливать…" После прочтения этого отрывка хочется заплакать… от обиды за Камчатку и ее основное богатство — лосось. Ну почему же мы так мало знаем о красной рыбе, которая дает нашему полуострову жизнь уже не первый век? Почему тот, кто называет себя  камчатским журналистом, не имеет мало-мальских понятий о том, как живет лосось, где он нерестится, как отличить нерку от кижуча, и что такое «кокани» (слово пишется через "а", с окончанием "и" и не склоняется!)? Стыдно до корней волос! Ну, не знаете вы сути вопроса, не понимаете того, о чем вас спрашивают, — так лучше не отвечайте, не вводите в заблуждение население целой страны, не позорьте родной полуостров!

Да будет всем известно, что словом «кокани» называют жилые формы лосося, не зависимо от того, к какой разновидности они относятся — это может быть нерка, сима и даже кижуч. Что такое «жилые формы»? Это очень просто. Все мы знаем, что лосось нерестится в реках и озерах Камчатки, погибая после нереста. Из икринок вырастают мальки (в науке они называются — смолты), которые по рекам скатываются в моря. В море лосось растет, активно кормится (в науке — нагуливается) вплоть до наступления половой зрелости, то есть, готовности к нересту. У каждой разновидности лосося этот момент наступает в разное время — у горбуши на второй год после ската мальков в море, у нерки — на третий или четвертый. Половозрелые рыбы устремляются к своим рекам и озерам на нерест. Все они представляют собой «проходную форму» лососей, потому что совершают миграции из пресной воды в соленую и обратно. Но есть лососи, которые не покидают мест нереста их родителей, не скатываются в море, а остаются жить в той реке, или озере, в котором родились из икринки, становясь при этом чисто пресноводными. Как правило, эти лососи остаются мелкими по сравнению со своими «проходными» собратьями — не дорастают до нормальных размеров. Они (чаще это бывают самцы) всю свою жизнь живут в пресном водоеме. Именно эти лососи и представляют собой «жилую форму», именно их называют «кокани». Как правило, в каждом водоеме число кокани незначительно.

Кокани живут и нерестятся во всех нерестовых водоемах Камчатки — в реках, протоках, озерах. Поэтому говорить о том, что нерка «коконь» нерестится только в озере Кроноцком — просто глупо.

Теперь о том, что «… Власти предлагают проделать рыбоходный канал, по которому эта рыба могла бы попадать в реку и нереститься там…» Такая идея, действительно, могла бы прийти в голову только очень глупым властям. Однако, достаточно прочитать название письма, направленного губернатором Камчатской области министру Трутневу, чтобы понять, что речь в нем идет совершенно о другом. Называется  письмо: «Касаемо создания стада проходной нерки на базе имеющегося стада жилой формы нерки (кокани) в Кроноцком озере».  Здесь нам придется немного заглянуть в историю озера Кроноцкого, чтобы расставить все по своим местам.

Кроноцкое озеро – самый большой пресный водоем Камчатки – находится в 40 километрах от устья реки Кроноцкой, впадающей в Кроноцкий залив Берингова моря. Что значит для Камчатки чистое, глубокое озеро, сообщающееся рекой с морем? Тот, кто в предыдущие годы смотрел на камчатском телевидении программу «Большая вода», ответит на этот вопрос правильно. Такое озеро неминуемо должно было стать нерестилищем нерки, ибо именно нерка — самая красная из всех лососей — предпочитает нереститься в озерах. Это давным-давно было подмечено еще С. П. Крашенинниковым. Примеры таких работающих нерестилищ — это озера Курильское на западе Камчатки и Ажабачье — на востоке. Тысячи лет назад Кроноцкое озеро тоже было нерестилищем нерки, которая, как ей и положено, отправлялась мальками в море, нагуливалась там и возвращалась на родное нерестилище, чтобы дать новое потомство.  Все изменилось после сильного извержения вулкана Крашенинникова, расположенного с южной стороны от озера. Сильный лавовый поток фактически отрезал озеро от внешнего мира, перегородив собою русло реки, которую принято называть Палеокроноцкой. В озере навсегда осталось поколение мальков нерки, которые не смогли скатиться в море — не было «дороги» — речного русла. Так и появилось стадо кроноцкой кокани. Через несколько лет, когда озеро наполнилось водой до краев своей новой котловины и вновь потекло по речному руслу, мальки все-таки начали скатываться в море, но вернуться назад на нерестилище взрослыми рыбами они уже не могли — лавовый поток образовал в русле реки высокие (до 4-х метров) пороги, преодолеть которые рыба была не в силах.

Вот как об этой трагедии писали в общей статье  «Кроноцкий Тупик» Виктор Бугаев, ведущий научный сотрудник КамчатНИРО, доктор биологических наук и Сергей Вахрин, президент благотворительного общественного фонда сохранения биоресурсов Северной Пацифики:

«… После извержения в реке Палеокроноцкой из-за запруды лавовым потоком могло почти не быть воды. Можно только представить, какие кладбища анадромной (проходной — прим. ред.) нерки наблюдались в ее устье еще 2–3 года спустя (пока анадромные особи возвращались из океана), начиная со следующего года после извержения. Вероятно, гибель большого количества анадромной нерки наблюдалась так же ниже порогов и от первых возвратов после заполнения котловины озера водой, возобновления и ската мальков нерки из озера…»

А дальше в статье очень научно и популярно было доказано, что возобновить нерест проходной нерки в Кроноцком озере реально и даже необходимо. Сделать это можно…, построив рыбопроходной канал в обход высоких порогов… Кстати, именно эта статья, опубликованная в газете «Тихоокеанский вестник» в 2001 году, подвигла областной департамент по рыболовству заняться проблемой Кроноцкого озера. Специалисты департамента  обратились к ученым КамчатНИРО, долго обсуждали с ними возможности продвижения идеи строительства рыбопроходного канала и возрождения проходного стада кроноцкой нерки. В ходе изучения вопроса выяснилось, что уходит он своими корнями в советское время.

Поскольку взрослые рыбы не могли проникнуть в озеро на нерест, со временем скат мальков кокани из озера в реку стал минимальным. Стадо превратилось в самодостаточную популяцию. Однако, ученые, прекрасно понимали, что такая популяция не может жить вечно, что она, из-за массового инбридинга (внутривидового скрещивания)  обречена сначала на измельчание и болезни, а потом и на гибель. Еще в 1974 году, о чем свидетельствует публикация интервью кандидата биологических наук зав. сектором лаборатории лососевых Камчатского отделения ТИНРО Бориса Вронского, ученые озаботились этой проблемой. Интервью называлось: «Ушла кокани в море  - вернулась неркой». Уже тогда, по свидетельству ученых, численность кокани в озере Кроноцком  достигала 10 миллионов штук. Сейчас популяция выросла до 50 миллионов особей. И уже тогда камчатские биологи Евгений Крохин и Игорь Куренков готовы были положить на стол 24 съезда КПСС проект строительства рыбоходного канала в обход высоких порогов реки Кроноцкой, чтобы открыть путь рыбе из озера в море и обратно. Правда, тогда на реке Кроноцкой планировалось построить еще и каскад ГЭС, а потому рыбохозяйственное значение водоема отодвигалось на второй план.

Какие цели преследовали тогда ученые, предлагавшие расконсервировать Кроноцкое озеро? Во-первых, — сохранение и обновление популяции кокани, во-вторых, — возобновление популяции проходной нерки, которую можно было бы добывать в промышленных масштабах.  В интервью, отвечая на вопрос о том, сколько рыбы способно дать промысловикам расконсервированное Кроноцкое озеро, Борис Вронский отвечал:

«… Со временем вылов достигнет 10 и более тысяч тонн ценнейшей рыбы ежегодно. На юге Камчатки есть озеро Курильское. Из него вылавливали до 10 тысяч тонн нерки, а оно втрое меньше Кроноцкого озера. И кормовые ресурсы Кроноцкого озера богаче. Думается, кроноцкое стадо будет гораздо продуктивнее …»

Напомню, эти слова были произнесены в 1974 году! Прошло более 30-ти лет, и сегодня продуктивность Курильского озера вросла почти вдвое — рыбаки в прошлом году выловили в протоке Озерная почти 21 тысячу тонн нерки. А Кроноцкое озеро так и остается замурованным и фактически бесплодным для нас.

Так вот, возвращаясь к сообщению, полученному от пресс-службы нашего СНД, информационными агентствами страны относительно того, что «…Власти предлагают проделать рыбоходный канал, по которому эта рыба могла бы попадать в реку и нереститься там. И тогда, камчатским рыбакам позволят ее вылавливать…» Не предлагают власти «проделывать» никаких каналов. В письме на имя министра природных ресурсов, которое было подготовлено первым заместителем губернатора Камчатской области Александром Чистяковым и подписано губернатором Михаилом Машковцевым, есть предложение возобновить исследования на озере Кроноцком. Другими словами, хотят камчатские ученые еще раз провести научные работы на озере, сделать из них выводы, опубликовать результаты, вынести их на всеобщее обсуждение научной (а не дилетантской) общественности. А губернатор хочет им в этом помочь. Озеро-то находится в заповеднике, стало быть, даже на исследования его нужно специальное указание сверху. Что именно из перечисленных обстоятельств так возбудило невежественную часть камчатской прессы, что она наговорила и написала массу глупостей? Одна неуважаемая мною околорыбацкая газета дописалась даже  до того, что в начале статьи оплакала приносимые в жертву и Кроноцкое озеро, и Долину Гейзеров, и весь Кроноцкий заповедник, а уже в конце опуса предложила без всяких исследований и каналов просто добывать кокани прямо в озере, отправляя ее на продажу в Японию. Видимо, по мнению околорыбацкой газеты, это будет очень рационально, патриотично и безвредно для природы…

Сам губернатор Камчатской области Михаил Машковцев видит причину нездоровой реакции на его, кстати, отправленное Трутневу еще в сентябре письмо, совершенно в ином:

- Очередная шумиха была поднята СМИ, давно уже существующими только благодаря одной оплаченной кем-то теме: «Какой плохой губернатор». Ибо на том мизерном тираже, который они выпускают, никакая газета продержаться на плаву не может. Некоторые из них  вообще страдают склерозом: ибо в 2001 году в камчатской прессе (газета «Тихоокеанский вестник») Сергеем Вахриным уже поднималась тема строительства рыбоходного канала от Кроноцкого озера к морю в очень доброжелательной статье, написанной им в соавторстве с доктором наук Виктором Бугаевым. Наверняка, тот же Вахрин в курсе, что еще в 1974 году центральная печать обсуждала тему спасения Кроноцкого озера и населяющей его жилой формы нерки — кокани. Идея получила тогда определенную поддержку, но дальше ее обсуждения дело почему-то не пошло, хотя тогда экономика СССР вполне позволяла воплотить идею в жизнь.

В 2001 году ученые вернулись к обсуждаемой теме. И никто тогда, заметьте, шумиху вокруг вопроса не поднимал. Не подняли бы ее, уверен, и сейчас, если бы под письмом министру природных ресурсов не стояла бы моя подпись. Я думаю, что если бы под письмом стояла подпись не: «губернатор Машковцев», а, к примеру, «губернатор Воробьев», то все вышеуказанные СМИ идею поддержали бы «на ура» и прославили бы ее в веках. Да, действительно, письмо подписано мною, но сделано это по предложению камчатских ученых, а подготовлено было это письмо департаментом по рыболовству и представлено на подпись первым заместителем губернатора А. Чистяковым.

- Михаил Борисович, но ведь негативная реакция прозвучала не только от СМИ, но и от депутатов. Они-то в чем не разобрались?

- Мне очень обидно за наших депутатов. Они, узнав о письме, тут же провели депутатские слушания, на которых уже не со зла, и не в пику губернатору, а просто по привычке пошли на поводу у некоторых экологов, привыкших сразу кричать «плохо!» и «долой!», а уж потом разбираться и выяснять, что же все-таки предлагается. Мне действительно жаль, что у нас некоторые СМИ и депутаты готовы, как в знаменитом городе Глупове, сначала сбросить Ваньку с колокольни, а потом уж разбираться, кто виноват.

А вообще, идея превращения части стада кокани Кроноцкого озера в стадо проходной нерки мне представляется очень важной. Я считаю, что ее нужно обсуждать очень широко и подключить к этому обсуждению серьезные научные институты России.  Почему директор Кроноцкого заповедника, то ли не разобравшись, то ли из каких-то политических соображений, сразу закричал — «руки прочь от заповедника!» — мне не совсем понятно.

- На депутатских слушаниях выступали ученые КамчатНИРО?

- Я, к сожалению, на слушаниях не был — узнал о них задним числом. Меня очень аккуратно приглашают на все депутатские слушания и заседания депутатских комитетов, но на эти, почему-то, пригласить забыли.

Наверное, потому и забыли, что во главу угла этих слушаний ставили не обсуждение научной проблемы и международного опыта ее решений, а простую ханжескую позу: дескать, посмотрите, как мы накануне выборов в краевой совет заботимся о сохранении камчатской природы! Старо это все и неоригинально… А международный опыт решения проблемы озера Кроноцкого на самом деле существует. И о нем мы тоже узнали из совместной публикации  Виктора Бугаева и Сергея Вахрина «Кроноцкий тупик»:

«… В 1914 году при строительстве железной дороги в бассейне реки Фрейзер в каньоне Хелз Гейт (Британская Колумбия), расположенном в 209 км от устья реки, в результате оползня произошел обвал скал, которые практически перекрыли проход производителей нерки на основные нерестилища этой реки. До этого события проход половозрелой неркой этого каньона так же был достаточно трудным и успех воспроизводства во многом зависел от уровня воды в реке. Оползень еще более затруднил проход рыб. Это обстоятельство привело к катастрофическому снижению нерки реки Фрейзер в последующие годы… В 1944 году после многолетних исследований в каньоне было начато строительство рыбохода. Весной 1945 года был построен рыбоход с правой, а весной — с левой стороны каньона. Проблема прохода нерки была успешно решена…»

Мы, конечно, живем не в Америке. Но все-таки хочется верить в человеческий разум и в то, что к власти в России приходят молодые, решительные и грамотные люди. Современные ученые утверждают, что проходное стадо кроноцкой нерки не пропало полностью. Малая его часть живет и сейчас, приходя на нерест в реку и нерестясь до высоких порогов. Отдельные рыбины чудом умудряются пройти на нерест в озеро. Инстинкт заставляет их преодолевать непреодолимое! А мы, люди, не можем помочь этим рыбам обрести дом, потому что не видим ничего, кроме собственных амбиций.

Между тем, ученые утверждают, что в случае воссоединения Кроноцкого озера с морем через рыбоходный канал, в озере стали бы обитать две формы нерки — кокани и проходная нерка. При этом популяция кокани, безусловно, уменьшилась бы, но не утратила своего существования. Точно так же сосуществуют кокани и нерка во многих озерах тихоокеанского побережья Северной Америки.