Одна из проблем, тормозящая решение вопроса детской беспризорности (точнее, делающая его практически невозможным) — это самоуспокоительная уверенность публики в том, что «всеми беспризорными детьми кто-то по долгу службы занимается». Именно эта уверенность, а вовсе не природная черствость, позволяет гражданам достаточно спокойно проходить мимо грязных кучек опускающихся/опустившихся детей в метро, из последних сил нюхающих ацетон. Эта уверенность пресекает на корню всякое желание обратиться с воплем о помощи к представителям милиции: «уж, наверное, компетентные органы просто не могут охватить сразу все очаги беспризорности!» Однако простая логика подсказывает, что подобное полное отсутствие контроля со стороны общества только провоцирует полное небрежение своими обязанностями со стороны ответственных лиц.
Нехитрая попытка заставить оных лиц поработать показывает, что спасением беспризорников/безнадзорников от самих себя (то есть от самоуничтожения посредством алкоголя и токсических веществ) сегодня не занимается НИКТО. Формально существует некая схема из ответственных инстанций, но пределы их компетенции крайне запутаны. Это дает возможность при необходимости спихивать ответственность друг на друга. Кстати, а Вы знаете, к кому следует адресовать свои претензии по поводу наличия на данной территории беспризорников? В Общественной приемной Правительства СПб мне лишний раз подтвердили, что эта компетенция сотрудников милиции. Что ж, попробуем. Стада грязных «нюхачей» кучкуются на любой станции метро, но для наглядности выберем два примера — центральная станция «Владимирская» и периферийная «Ломоносовская». Дежурный постовой милиционер в ответ ан мою просьбу заняться нюхачами ответил, что это не его дело. Мотивация очаровательна: «Они здесь всегда, мы их всех знаем. У них родители водку квасят, вот они и тут». То бишь, если родители водку квасят, то всякая ответственность за их детей с государства снимается, так? Другой дежурный милиционер на следующий день был более сговорчив: он соблаговолил выгнать детей из павильона метро, предоставив им возможность нюхать ацетон на улице. Работник станции «Владимирская», которому я указала на несовершеннолетнего, пребывавшего на перроне в совсем плачевном состоянии (алкогольный сон, испитое лицо, лужа под штанами), посетовала, что они (работники) совершенно бессильны что-либо сделать. «Милиции на них наплевать. Всем на них наплевать. Все, что милиция делает — это их наверх поднимает и там оставляет». Дежурный милиционер по «Ломоносовской» также долго не хотел подниматься со стула и направляться в ту часть павильона станции, где находились указанные мною дети. Свое бездействие он мотивировал бесполезностью и бесперспективностью усилий: «Все равно они сюда вернуться». Он был уверен, что его усилия по задержанию детей не будут должным образом подержаны другими милицейскими структурами: «За ними никто не приедет и никуда их не повезут». Однако на вопрос, какая конкретно инстанция отвечает за перевоз задержанных детей в детприемники и кто обязан контролировать исполнение этих обязанностей, собеседник ответить не смог. Сложилось впечатление, что с подобной просьбой (спасти детей) он вообще сталкивается впервые. Впрочем, я благодарна ему: пока этот милиционер — единственный, кто согласился все-таки изловить двоих детей (остальные разбежались) и составить протокол. Его коллега в один из последующих дней (ибо толпа беспризорников на этой станции не иссякала и не иссякает) сообщил мне, что опергруппы, которые он вызывал, даже не довозили детей до детприемника, выгружая на полпути. В случае доставки в детприемник дети, по его словам, также успешно возвращаются через три часа и занимают свои привычные места в павильоне. Лично он бессилен что-либо сделать. У детей есть родители, а инициировать процесс лишения родительских прав он не может. Кто может? Может инспектор по делам несовершеннолетних. Но почему-то он этого не делает. Я позвонила инспектору по делам несовершеннолетних 10 отдела милиции Невского района. И что же услышала? Оказывается, постовой милиционер тоже обязан препровождать детей в детприемник. В результате подобного кивания друг на друга дети по прежнему дышат ацетоном в павильоне метро «Ломоносовская», а компетентные органы уверены, что выполняют свои обязанности в наилучшем виде.
Ирина Андрианова
