Кому бисер мелкий

Хитом последних губернаторских выборов было, конечно, выражение Петра Пимашкова «Шуршат, как воробьи в вениках». Таким художественным способом он пригвоздил к позорному столбу своих таинственных оппонентов.

На прошлой неделе к мэру Красноярска опять вернулся поэтический дар. Насчет краевого агентства по здравоохранению и лекарственному обеспечению он выразился так: «Работать с ними — все равно что поросенка стричь: визгу много, шерсти мало». Надо полагать, под шерстью Петр Иванович подразумевал автомобили «скорой помощи» и деньги. А под визгом — национальный проект, что ли? Есть еще одна подходящая поговорка — насчет мелкого бисера и пустых щей.

В прозаическом варианте претензии Петра Ивановича состоят вот в чем. В рамках национального проекта Красноярску было обещано 100 новых машин «скорой помощи». Половина из них — уже в этом году. Дали 25. На обеспечение края медицинским оборудованием выделено 580 миллионов рублей. Из них Красноярску досталось 35 миллионов. Кто-то не поленился посчитать, что это 6,1 процента. От обиды или сгоряча Петр Иванович заявил, что даром ему таких денег не надо, потому что проблем города они не решают, и пусть их забирает какой-нибудь там Иланский район. Району они помогут. В принципе, так оно и есть. Или почти так.

Если посмотреть программу в целом, до 2008 года, не все так трагично для Красноярска. Даже наоборот — все по справедливости. Общий объем ассигнований в здравоохранение муниципальных образований составит 6,7 миллиарда рублей, при этом Красноярск получит 2,1 миллиарда. Третью часть. Так тут и живет третья часть жителей края. Нет, столица — она, конечно, частями не меряется. Москве, если распределялось бы все, как у нас в крае, 10 процентов только и досталось бы. Была бы она такая, какая есть?

В этом году в край поступает 353 единицы медицинского диагностического оборудования, из них 93 — в краевой центр. Тоже пропорция соблюдается. По транспорту действительно несправедливость: из 150 единиц Красноярску досталось 25. Шестая часть. Безобразие!

Хотя арифметикой здравоохранение не всегда можно измерить. С одной стороны, если исходить только из численности населения, вынь да положь треть всех машин и денег. С другой — а если Норильск, к примеру, дает 70 процентов бюджета, разве не справедливо было бы по этому принципу делить? Норильску 70 процентов всего, остальным — по возможности. Тоже вроде как-то нехорошо получается, когда каждому по труду. Не при социализме живем.

Как-то покойный губернатор Лебедь насчет Москвы и России высказался афористически. Мол, мы похожи на динозавра: голова маленькая, а туловище большое. Когда вся кровь из большого туловища в маленькую голову приливает, ничего хорошего не получается. Край довольно точно эту конструкцию воспроизводит. Он большой и очень разный. Насколько можно заключить из логики действий краевого агентства, исходило оно еще и из этого.

Есть нормативы, научно обоснованные и практически подтвержденные, — сколько времени должно пройти с момента вызова «скорой помощи» до ее прибытия к больному. Правда, нормативы эти постоянно корректировались — в сторону увеличения. При том что парк автомобилей рос, и станций скорой помощи становилось больше. Пропускная способность красноярских улиц уменьшалась гораздо быстрее. Сейчас, чтобы уложиться в норматив 1979 года, надо иметь станцию если не в каждом дворе, то уж в микрорайоне обязательно. Норматив — 15 минут. Что-то не припоминается, чтобы за такое время приезжала «скорая помощь». В Москве собираются широко использовать вертолеты. Могут себе позволить. Красноярск тоже достиг такой стадии развития, когда увеличение количества машин «скорой помощи» уже не сказывается на скорости их передвижения. Но до вертолетов еще не доросли. Хотя… Если Петр Иванович дорос до лучших мэров России — почему бы не завести вертолеты?! Опять же, когда тебе дают чего-нибудь больше, лучшим становишься значительно быстрее.

В Красноярске, при том, что проблем полно, есть варианты. Круглосуточно работает больница скорой медицинской помощи, травмпункты, краевая больница. В крайнем случае, можно добраться до ближайшего пункта, где тебе окажут помощь, самостоятельно и затратить на дорогу минут пятнадцать. Никто не говорит, что это здорово и правильно. Смотря с чем сравнивать. Да, действительно, в краевом центре живет треть всего населения края. Но две трети живет там, где дороги, больницы и автомобили «скорой помощи» существуют в единственном экземпляре на сотни километров. Да и то, дороги условные, а вместо больниц — фельдшерско-акушерские пункты.

Когда ты живешь в районе, где есть один фельдшерско-акушерский пункт и одна машина «скорой помощи», одновременно заболеть двум гражданам непозволительно. С учетом дорог, вернее, их отсутствия, речь идет не о минутах, как предписывают городские нормативы, а о часах, если не сутках.

В общем-то, по-человечески понятно и даже приятно, что мэр так заботится о горожанах. Ни у кого же язык не повернется сказать, что в Красноярске нет проблем со здравоохранением. Любому встречному есть о чем сообщить — и про очереди в поликлиниках, и про невежливое обращение, и еще много про что. А если с Москвой сравнить, так вертолетов нет. А с Европой или Америкой даже сравнивать стыдно. Штука в том, что к хорошему привыкаешь быстро и хочется, чтобы оно было еще лучше. Нормально, когда «скорая помощь» приезжает через 15 минут. Но хотелось бы быстрее. Так ведь и тем, кто живет в районах, хочется чтобы «скорая» приехала ну хотя бы через час. Уже на одном только основании, что они точно такие же жители края, и такие же, как и все, россияне, с тем же самым правом на жизнь и медицинское обслуживание. Вот в чем проблема. Столичный город ведь не обязательно должен копировать Москву во всех ее проявлениях. Это все равно, что глава семьи, на том основании, что он самый большой и сильный, станет у остальных последнее забирать — ему есть надо много, чтобы им семья гордилась.

А Красноярск уже приобретает московские привычки. Вернее, амбиции. Жемчуг у нас постоянно мелкий попадается. А о том, что в районах щи пустые, как-то и думать не хочется. Хотя стоило бы. Лишняя «скорая помощь» в краевом центре — это в лучшем случае две-три минуты выигрыша по времени. Скорая помощь в районе — вопрос жизни и смерти. И это не метафора. Метафора — это про стрижку поросенка. Удачная, как всегда. Только в моральном смысле сомнительная.

Сергей Леднев.
Фото Александра Росса.