Предыдущая статья

Алексей Кондауров: «Запад рассматривает Россию как серьезного игрока не с экономической, а с геополитической точки зрения»

Следующая статья
Поделиться
Оценка

В свое время, когда распадался Советский Союз, я в беседе с иностранными журналистами сказал, что Россия обречена быть великой страной в силу разных причин. Обширность территории, многочисленное население, обширные запасы природных ископаемых, военная мощь — все эти факторы важны для характеристики страны не меньше, чем темпы роста экономики. А ведь у нас до сих пор сохранился научный потенциал, один из самых высоких в мире. Все эти характеристики нам дают право быть в «большой восьмерке».

Мы до сих пор остаемся серьезным игроком на мировой политической сцене, хотя экономических оснований считать Россию одной из самых развитых стран не много. Но Запад вынужден считаться с политическими и военно-стратегическими возможностями России, и рассматривает Россию как серьезного игрока не с экономической, а с геополитической точки зрения. Прежде всего, в силу этих причин мы присутствуем в «большой восьмерке», но никак не в силу своей экономической мощи.

- Некоторые эксперты считают, что место России в клубе восьми обусловлено хотя бы тем, что без России серьезные международные кризисы мирно не решаются. Насколько это справедливо?

Я считаю, что Россия вполне могла бы поучаствовать в мирном решении конфликта вокруг иранской ядерной программы. Мы строим в Бушере ядерный объект, у нас есть очень развитая индустрия, атомная промышленность, которая способна обогащать уран на экспорт, у нас есть очень серьезный интеллектуальный потенциал в этой области. Исходя из этих обстоятельств, мы можем быть идеальным посредником между Ираном и Западом. Мы можем активно выступать на международной арене в роли миротворца.

Другой вопрос: а примет ли Иран наше предложение, пойдет ли на предложенный ему компромисс? И я не исключаю, что наша инициатива не будет востребована. Также я не исключаю, что решение иранского вопроса будет приниматься, минуя Россию, и не исключаю, что это решение будет чисто военным. И это будет опасно для всех участников этого кризиса.