Александр Коновалов: «Претендовать на роль лидера, на роль ведущей страны, Россия вряд ли сможет, если не сумеет найти правильный подход к решению своих внутренних проблем»

- Запад, конечно, будет обращать внимание на нашу демократию. Хотя, с  другой стороны, чем еще могла Россия привлечь их, кроме как своими энергоресурсами? И я считаю, что выбор председателя в "большой восьмерке" никаким иным в данный момент быть и не мог. И мне, например, понравилось, что президент Путин в своем недавнем заявлении подчеркнул, когда говорил о лидерстве России в мировой энергетике, что речь идет не о том, что мы будем больше ковырять землю и больше доставать энергоресурсов. А речь идет действительно о высокотехнологичной энергетической политике, о том, чтобы предложить миру некоторые пути решения проблемы энергетики, по большому счету, а не только снабжать его газом и нефтью. Этого надолго не хватит и на этом долгосрочную политику не построишь. А что касается всего того, что относится к демократии, правам человека и т.д., то эти проблемы будут очень мешать. Ведь уже были предложения выгнать Россию из «большой восьмерки» - они звучали в американском Конгрессе, и хотя механизма исключения нет, но то, что такие предложения высказываются, это достаточно неприятно. И такие заявления, я уверен, будут продолжать звучать и дальше.

Но все, конечно, будет зависеть от того, как у нас пойдут дела. Если мы с таким же успехом будем принимать законы, не считаясь с нашей, совершенно виртуальной, Общественной палатой, но тем не менее, для чего-то созданной, и будем утверждать, что это только способствует созданию гражданского общества, то с нами будет очень трудно иметь дело.

И конечно, энергетика для всех стран мира важна. И конечно, по какому-то минимуму эти страны будут свои отношения строить. Имеют же они отношения с Саудовской Аравией, имеют еще с кем-то.

Но претендовать на роль лидера, на роль ведущей страны, на роль какого-то формирователя стандартов и направлений прогресса, я думаю, Россия вряд ли сможет, если не сумеет найти какой-то правильный подход к решению  своих внутренних проблем.

- А что можно сказать об отношениях России с государствами-членами СНГ?

О проблемах СНГ уже и говорить-то трудно, потому что уже два председателя комитетов по международным делам палат Федерального собрания России заявили, что СНГ мертв. И я не знаю, будут ли подписывать акт о безвременной кончине или это обойдется просто  констатацией. Но когда так говорят, то, конечно, энтузиазма внутри СНГ будет мало, хотя его и так немного. Да СНГ уже давно и не СНГ вовсе! Так как подписано тысячи документов, но ни один  из этих документов не подписан всеми членами. У каждого свой интерес, а точнее, групповой интерес, а точнее, интерес к России. СНГ - это кластер двухсторонних отношений. Но иногда бывают не двухсторонние, а региональные отношения. Допустим, России и Центральной Азии,  России и Закавказья. И то здесь уже больше специфичности, потому что отношения Грузии и Армении, к примеру, не сопоставимы.

В общем, СНГ в том виде, в каком оно задумывалась, видимо, никогда и не существовало, и если кто-то и думал, что оно существовало, то надо признать, что эта организация уже умерла. Так что если говорить о постсоветском пространстве, то наша истерия насчет цветных революций - она абсолютно ни на чем не основана. Если, конечно, мы не будем создавать революционные ситуации сами…

Вообще же это не революции были, так как события во всех странах происходили разные - и в Грузии, и в Украине, и уже тем более, в Киргизии. Убеждение в том, что их сделали западные общественные организации - это нежелание понять реальность, понять то, что в этих странах идут свои процессы. И эти общественные организации, конечно, могут им помогать, могут стимулировать эти процессы, но вызвать их не могут.

Ни одна западная общественная организация не может вывести сотни тысяч людей на улицы Киева зимой и держать их там неделями, какие бы палатки и какие бы супы туда ни завозили. И если мы все это будем объяснять происками коварного Запада, то мы ничего действительно не поймем из того, что происходит в странах постсоветского пространства, а, не поняв, будем вести политику, которая обречена на провал.

- А Вы усматриваете какие-нибудь перспективы к этому пониманию?

Есть только надежда на то, что жизнь заставит это понять. Но просветы были. Если взять весь период с момента, когда выбрали Ющенко, когда мы были в полном смятении, и когда все закончилось тем, что Глеб Олегович Павловский носился по ночному заснеженному Киеву и кричал: «Где же власть, где же сила?», явно опасаясь, что его там поколотят за его «успешные» выступления, то произошло с тех пор многое.  И некоторые факты давали основания полагать, что мы вполне начинаем допускать, что к власти в Украине придут другие люди, не такие, каких мы планировали, и это будет точно не Янукович, и что это не трагедия.

И то, как мы быстро решили вопрос с прокуратурой и Юлией Владимировной, и то, как мы спокойно на нее стали реагировать, в общем и целом давало некоторые основания для осторожного оптимизма.

Правда, Янукович был замечен на съезде «Единой России», где он там что-то подписывал, но, по крайней мере, была надежда, что мы не сложим все яйца в одну корзину, и что у нас будет пространство для маневра.

Но недели четыре назад тот же Глеб Олегович Павловский с кривой улыбочкой сказал в своей телепередаче, что наша «оранжевая сестра» напрасно думает, что у нас не хватит решимости завернуть вентиль. И стало ясно, что он все-таки нашептал эту самую решительную политику.

Но тогда это не государственная политика России, а просто месть политтехнолога за то, что его публично высекли!

…Но если мы приведем к власти Януковича, хотя ему все равно надо будет вступать с кем-то в коалицию, но, допустим, он будет лидером выигравшей партии, которая получит больше голосов, чем любая другая, и  станет премьер-министром… - в этом случае я могу гарантировать, что не будет русский язык вторым государственным языком на Украине, и что не пустит он российский бизнес в украинскую экономику так, как мы на это рассчитываем. А газ опять придется отдавать по смехотворной цене, потому что он будет идти на выборы, обещая, что он решит газовую проблему и вернется к выгодным для Украины ценам. То есть, мы будем опять субсидировать черт знает кого. А за газ надо платить столько, сколько он стоит. И при этом можно иметь человеческие отношения.