Июньские дни принесли с собой давно забытое ощущение - чувство удовлетворения. Во-первых, что бы ни писали и не говорили о торжествах в Санкт-Петербурге, но количество флагов, прибывших в гости к нам впечатляет и позволяет предположить, что Россия воспринимается сегодня миром как значимый субъект геополитических раскладов сил. Во-вторых, проекция президентского Послания-2003 на повестку дня расширенного саммита «восьмерки» в Эвиане показала, что при желании аппарат может обеспечивать «точное попадание»: и в Послании, и на европейском саммите ключевыми были два вопроса - экономический рост, причем ускоренный, и борьба с бедностью. (Может быть стремление к такому «попаданию» и объясняет задержку с оглашением президентского Послания?)
И, наконец, как в лучшие периоды советской эпохи и впервые за время существования независимой от самой себя России мы были озабочены не только проблемами хлеба насущного, но и статусом нашей страны в мире. Причем настолько активно озабочены, что даже разворачивались дискуссии о «друзьях и врагах» России и о том, как смотрелся наш президент в кругу глав крупнейших государств мира на майско-июньских саммитах.
Что же произошло? Сработали ли эмоции (желание гордиться своей страной) и нам захотелось увидеть достойное отражение России в «мировом зеркале»? Или же после беспардонной американской операции в Ираке мы, зная об истинном состоянии российских вооруженных сил, почувствовали потенциальную опасность и пытаемся в этом «зеркале» увидеть, откуда она придет?
Сегодня большинство экспертов сходятся во мнении, что определяющими для мировой ситуации первой половины XXI века будут взаимоотношения в треугольнике США-Россия-Китай. При этом в основном экспертное сообщество склонно считать, что военное соревнование между США и Китаем окажется одним из главных процессов нового века. В то же время, оценка отношений России с другими «сторонами треугольника» иногда диаметрально противоположна.
Вариант первый: США наш партнер (пусть и «старший») на обозримое будущее, и нет державы в мире более заинтересованной в сильной, стабильной и предсказуемой России, чем Америка. А Китай – наш потенциальный противник, от которого следует ожидать все более активной экспансии на наши дальневосточные и сибирские земли.
Вариант второй: США - наш противник, лишь прикрывающий флером улыбок и дружественных жестов стратегическое противостояние, ровно до той поры, пока это тактически выгодно. При этом последовательно проводящий в жизнь планы по ослаблению России и доведению ее до такой кондиции, когда она уже не сможет выступать как полноправный субъект мировой политики. Китай – наш стратегический партнер, в том числе и в противостоянии с США.
Вариант третий (с нашей точки зрения, наиболее интересный). В треугольнике США-Россия-Китай нет и не может быть партнерства. Китай никогда не был чьим-либо партнером, у него свои долгосрочные национальные интересы, которые он, судя по темпам экономического развития, в состоянии обеспечить сам.
США, ставшие после развала СССР главным мировым центром силы, не нуждаются в каких-либо партнерах, только в сателлитах. Доктрина национальной безопасности США, принятая в сентябре 2001 г. и последовательно реализуемая, предусматривает обеспечение условий для гегемонии американских интересов в мире. Реализация этой доктрины идет по пути, уже давно отработанному - до появления даже термина «международный терроризм». В частности, планируется переброска на территорию Польши и стран Балтии американского контингента из Германии. Новые базы появятся также в Румынии и Болгарии. Военное присутствие США на территории стран СНГ (имеется в виду Закавказье и Средняя Азия) предполагается сделать постоянным. Зоной жизненных интересов США объявлен Каспий, в связи с чем осуществляется неприкрытый нажим на Грузию и Азербайджан с целью не дать им закрепить партнерские отношения с Россией в сфере энергетики.
Интересно отметить, что идеологическим обоснованием (прикрытием?) этих гегемонистских устремлений выступает традиционный для американских «консерваторов» мотив: предназначение Америки - нести свободу всему миру. Один из наиболее интересных исследователей циклов американской истории Артур М.Шлезингер (младший) писал в 80-х годах XX века об историческом споре «относительно теории движущих сил Америки, споре, базирующемся на расхождении между прагматической концепцией Америки как страны, подчиненной законам истории, одной из многих других, предпринявшей рискованный эксперимент (имеется в виду демократия), и мистическим видением американцев как судьбоносной нации, направленной Всевышним на спасение погрязшего в грехах человечества…». (Кстати, последний пассаж ничего вам не напоминает?).
А вот цитата из заключительной части Обращения к нации президента США Дж.Буша (младшего) от 29 января 2003 г. (впереди, в «международном разделе» Обращения подробно разбирались прегрешения против свободы Ирана, Северной Кореи и Ирака): «Американцы – свободный народ. Мы знаем, что свобода является правом любого человека и будущим каждой нации. Свобода, которую мы ценим, не является подарком Америки миру, это – дар Бога человечеству. Мы, американцы, уверены в себе, но не в себе только. Мы не знаем, и не претендуем на то, чтобы знать все пути Провидения Господа, но мы способны доверять любящему нас Господу. Так пусть Господь направляет нас сейчас и пусть Господь продолжает любить Соединенные Штаты Америки». Красиво и вдохновляюще, не правда ли?
Россия – единственная страна в треугольнике США-Россия-Китай, которая ищет партнерства, но есть большие сомнения в том, что эти поиски в стратегическом плане увенчаются успехом. К тому же нельзя забывать о том, что два объективных временных параметра обозначают коридор возможностей России для сохранения себя как субъекта мировой политики.
Первый «критический период» - 2010-2015 годы. К тому времени Россия утратит большую часть своего современного ядерного арсенала. В случае если наша страна не сможет его восстановить, произойдет стремительное снижение политического влияния и веса России в мире, в решении проблем мирового устройства.
Второй «критический период» - середина этого века, когда Китай, по экспертным оценкам, должен сравняться с США по объему валового внутреннего продукта и сможет играть самостоятельную геостратегическую роль в мире.
Таким образом, промежуток между 2015 и 2050 годами – определяющий для России как суверенного государства. Если она утратит свой ядерный щит, то станет объектом сателлизации со стороны сильных мира сего, потому что ее природные ресурсы являются последним планетарным призом. Его жаждут взять и США, которые не смогут обеспечить гегемонию американских интересов в мире без полного контроля над российскими природными ресурсами, и Китай, экономика которого уже сейчас испытывает дефицит энергетических и сырьевых ресурсов.
Понятно, что в этих условиях сверхзадача США - опередить Китай в установлении контроля над Россией, не дать ему возможности прирастить свою мощь за счет ресурсов Сибири и Дальнего Востока. Сверхзадача Китая - получить любыми путями доступ к этим ресурсам (иных у него не будет) для опережающего рывка в экономическом соперничестве с США. При этом возможность сделки между соперничающими «гигантами» по разделу сфер влияния в России представляется маловероятной.
Следовательно, у России остается 10-15 лет относительной безопасности. Мирная пауза нужна всем. США нуждаются в ней, чтобы подготовиться к решающей схватке за тотальный контроль над мировыми ресурсами. В ближайшие годы они будут заняты тем, чтобы уничтожить очаги антиамериканского радикализма по "оси зла" (Иран, Сирия, Северная Корея) и подготовить свои военно-космические силы для военных операций 2015-2030 годов. Китаю нужно время, чтобы нарастить свою экономическую и военную мощь. России нужна пауза, чтобы быстро определиться со стратегией своего развития, восстановить необходимый промышленный потенциал и подготовиться к эффективной защите своих суверенных интересов.
Следует также учитывать, что надежды на самостоятельную геостратегическую игру "Объединенной Европы" пока не очень велики. Война США и Великобритании против Ирака показала, что легкое фрондерство Франции и Германии с лихвой компенсируется усердной поддержкой позиции Вашингтона новоявленными (или готовящимися к вступлению) членами ЕС из Восточной Европы. Не отстает от них и «европейская часть» СНГ, особенно наш «стратегический партнер» Украина. И дело не в посылке в Ирак батальона химзащиты, а в действиях, затрагивающих глубинные пласты российско-украинских отношений. Достаточно, наверное, одного «свеженького» примера: президент Украины закрепил за русским языком в своей стране (граждане которой на четверть русские и на три четверти русскоговорящие) статус языка «национальных меньшинств», наряду с греческим, гагаузским и т.п.!
Конечно, «старая Европа» тоже готовится отстаивать свои интересы и начала перегруппировку сил перед возможным новым витком обострения противоречий с США. Яркое свидетельство тому – беспрецедентный состав участников расширенного саммита «восьмерки» в Эвиане. Приглашены были лидеры еще 13 стран, представляющих все континенты (кроме Австралии): Китай, Индия, Бразилия, Мексика, Малайзия, Марокко, Саудовская Аравия; 5 стран НЕПАД (Новое партнерство для развития Африки) - Египет, Алжир, Нигерия, Сенегал, Южная Африка, а также президент Швейцарской Конфедерации.
В этой ситуации борьба за союзничество с Россией может стать одним из главных факторов, формирующих внешнюю политику «старой Европы», также как и борьба за «несоюзничество» России с главным конкурентом может определять внешнюю политику и Пекина, и Вашингтона на ближайшие годы.
Поскольку в «треугольнике» США-Россия-Китай все стороны понимают необходимость (и пределы) как сотрудничества, так и соперничества, Россия имеет в принципе возможность оказать влияние на эти процессы, укрепляя собственную роль и собственные позиции.
Но беда в том, что для использования Россией шанса на сохранение своей субъектности в мире требуются не только твердая политическая воля, но и очень серьезные и последовательные усилия, грамотная работа «правящей элиты», причастной ко всем аспектам геополитики и международных связей. Допустим, что у нашего президента такая воля есть. (Здесь интересно привести мнение влиятельной немецкой газеты “Frankfurter Allgemeine Zeitung”, считающей, что В.Путин стремится к тому, чтобы все нуждались в России, и чтобы Россия была незаменимой).
Но видит ли «правящая элита» России эти геостратегические данности? И сможет ли она обуздать господствующее в ее рядах своекорыстие и поставить во главу угла интересы страны - сохранения ее как суверенного государства, сознающего свою идентичность, свою роль в мировом сообществе и достойно ее исполняющего?
И, наконец, как в лучшие периоды советской эпохи и впервые за время существования независимой от самой себя России мы были озабочены не только проблемами хлеба насущного, но и статусом нашей страны в мире. Причем настолько активно озабочены, что даже разворачивались дискуссии о «друзьях и врагах» России и о том, как смотрелся наш президент в кругу глав крупнейших государств мира на майско-июньских саммитах.
Что же произошло? Сработали ли эмоции (желание гордиться своей страной) и нам захотелось увидеть достойное отражение России в «мировом зеркале»? Или же после беспардонной американской операции в Ираке мы, зная об истинном состоянии российских вооруженных сил, почувствовали потенциальную опасность и пытаемся в этом «зеркале» увидеть, откуда она придет?
Сегодня большинство экспертов сходятся во мнении, что определяющими для мировой ситуации первой половины XXI века будут взаимоотношения в треугольнике США-Россия-Китай. При этом в основном экспертное сообщество склонно считать, что военное соревнование между США и Китаем окажется одним из главных процессов нового века. В то же время, оценка отношений России с другими «сторонами треугольника» иногда диаметрально противоположна.
Вариант первый: США наш партнер (пусть и «старший») на обозримое будущее, и нет державы в мире более заинтересованной в сильной, стабильной и предсказуемой России, чем Америка. А Китай – наш потенциальный противник, от которого следует ожидать все более активной экспансии на наши дальневосточные и сибирские земли.
Вариант второй: США - наш противник, лишь прикрывающий флером улыбок и дружественных жестов стратегическое противостояние, ровно до той поры, пока это тактически выгодно. При этом последовательно проводящий в жизнь планы по ослаблению России и доведению ее до такой кондиции, когда она уже не сможет выступать как полноправный субъект мировой политики. Китай – наш стратегический партнер, в том числе и в противостоянии с США.
Вариант третий (с нашей точки зрения, наиболее интересный). В треугольнике США-Россия-Китай нет и не может быть партнерства. Китай никогда не был чьим-либо партнером, у него свои долгосрочные национальные интересы, которые он, судя по темпам экономического развития, в состоянии обеспечить сам.
США, ставшие после развала СССР главным мировым центром силы, не нуждаются в каких-либо партнерах, только в сателлитах. Доктрина национальной безопасности США, принятая в сентябре 2001 г. и последовательно реализуемая, предусматривает обеспечение условий для гегемонии американских интересов в мире. Реализация этой доктрины идет по пути, уже давно отработанному - до появления даже термина «международный терроризм». В частности, планируется переброска на территорию Польши и стран Балтии американского контингента из Германии. Новые базы появятся также в Румынии и Болгарии. Военное присутствие США на территории стран СНГ (имеется в виду Закавказье и Средняя Азия) предполагается сделать постоянным. Зоной жизненных интересов США объявлен Каспий, в связи с чем осуществляется неприкрытый нажим на Грузию и Азербайджан с целью не дать им закрепить партнерские отношения с Россией в сфере энергетики.
Интересно отметить, что идеологическим обоснованием (прикрытием?) этих гегемонистских устремлений выступает традиционный для американских «консерваторов» мотив: предназначение Америки - нести свободу всему миру. Один из наиболее интересных исследователей циклов американской истории Артур М.Шлезингер (младший) писал в 80-х годах XX века об историческом споре «относительно теории движущих сил Америки, споре, базирующемся на расхождении между прагматической концепцией Америки как страны, подчиненной законам истории, одной из многих других, предпринявшей рискованный эксперимент (имеется в виду демократия), и мистическим видением американцев как судьбоносной нации, направленной Всевышним на спасение погрязшего в грехах человечества…». (Кстати, последний пассаж ничего вам не напоминает?).
А вот цитата из заключительной части Обращения к нации президента США Дж.Буша (младшего) от 29 января 2003 г. (впереди, в «международном разделе» Обращения подробно разбирались прегрешения против свободы Ирана, Северной Кореи и Ирака): «Американцы – свободный народ. Мы знаем, что свобода является правом любого человека и будущим каждой нации. Свобода, которую мы ценим, не является подарком Америки миру, это – дар Бога человечеству. Мы, американцы, уверены в себе, но не в себе только. Мы не знаем, и не претендуем на то, чтобы знать все пути Провидения Господа, но мы способны доверять любящему нас Господу. Так пусть Господь направляет нас сейчас и пусть Господь продолжает любить Соединенные Штаты Америки». Красиво и вдохновляюще, не правда ли?
Россия – единственная страна в треугольнике США-Россия-Китай, которая ищет партнерства, но есть большие сомнения в том, что эти поиски в стратегическом плане увенчаются успехом. К тому же нельзя забывать о том, что два объективных временных параметра обозначают коридор возможностей России для сохранения себя как субъекта мировой политики.
Первый «критический период» - 2010-2015 годы. К тому времени Россия утратит большую часть своего современного ядерного арсенала. В случае если наша страна не сможет его восстановить, произойдет стремительное снижение политического влияния и веса России в мире, в решении проблем мирового устройства.
Второй «критический период» - середина этого века, когда Китай, по экспертным оценкам, должен сравняться с США по объему валового внутреннего продукта и сможет играть самостоятельную геостратегическую роль в мире.
Таким образом, промежуток между 2015 и 2050 годами – определяющий для России как суверенного государства. Если она утратит свой ядерный щит, то станет объектом сателлизации со стороны сильных мира сего, потому что ее природные ресурсы являются последним планетарным призом. Его жаждут взять и США, которые не смогут обеспечить гегемонию американских интересов в мире без полного контроля над российскими природными ресурсами, и Китай, экономика которого уже сейчас испытывает дефицит энергетических и сырьевых ресурсов.
Понятно, что в этих условиях сверхзадача США - опередить Китай в установлении контроля над Россией, не дать ему возможности прирастить свою мощь за счет ресурсов Сибири и Дальнего Востока. Сверхзадача Китая - получить любыми путями доступ к этим ресурсам (иных у него не будет) для опережающего рывка в экономическом соперничестве с США. При этом возможность сделки между соперничающими «гигантами» по разделу сфер влияния в России представляется маловероятной.
Следовательно, у России остается 10-15 лет относительной безопасности. Мирная пауза нужна всем. США нуждаются в ней, чтобы подготовиться к решающей схватке за тотальный контроль над мировыми ресурсами. В ближайшие годы они будут заняты тем, чтобы уничтожить очаги антиамериканского радикализма по "оси зла" (Иран, Сирия, Северная Корея) и подготовить свои военно-космические силы для военных операций 2015-2030 годов. Китаю нужно время, чтобы нарастить свою экономическую и военную мощь. России нужна пауза, чтобы быстро определиться со стратегией своего развития, восстановить необходимый промышленный потенциал и подготовиться к эффективной защите своих суверенных интересов.
Следует также учитывать, что надежды на самостоятельную геостратегическую игру "Объединенной Европы" пока не очень велики. Война США и Великобритании против Ирака показала, что легкое фрондерство Франции и Германии с лихвой компенсируется усердной поддержкой позиции Вашингтона новоявленными (или готовящимися к вступлению) членами ЕС из Восточной Европы. Не отстает от них и «европейская часть» СНГ, особенно наш «стратегический партнер» Украина. И дело не в посылке в Ирак батальона химзащиты, а в действиях, затрагивающих глубинные пласты российско-украинских отношений. Достаточно, наверное, одного «свеженького» примера: президент Украины закрепил за русским языком в своей стране (граждане которой на четверть русские и на три четверти русскоговорящие) статус языка «национальных меньшинств», наряду с греческим, гагаузским и т.п.!
Конечно, «старая Европа» тоже готовится отстаивать свои интересы и начала перегруппировку сил перед возможным новым витком обострения противоречий с США. Яркое свидетельство тому – беспрецедентный состав участников расширенного саммита «восьмерки» в Эвиане. Приглашены были лидеры еще 13 стран, представляющих все континенты (кроме Австралии): Китай, Индия, Бразилия, Мексика, Малайзия, Марокко, Саудовская Аравия; 5 стран НЕПАД (Новое партнерство для развития Африки) - Египет, Алжир, Нигерия, Сенегал, Южная Африка, а также президент Швейцарской Конфедерации.
В этой ситуации борьба за союзничество с Россией может стать одним из главных факторов, формирующих внешнюю политику «старой Европы», также как и борьба за «несоюзничество» России с главным конкурентом может определять внешнюю политику и Пекина, и Вашингтона на ближайшие годы.
Поскольку в «треугольнике» США-Россия-Китай все стороны понимают необходимость (и пределы) как сотрудничества, так и соперничества, Россия имеет в принципе возможность оказать влияние на эти процессы, укрепляя собственную роль и собственные позиции.
Но беда в том, что для использования Россией шанса на сохранение своей субъектности в мире требуются не только твердая политическая воля, но и очень серьезные и последовательные усилия, грамотная работа «правящей элиты», причастной ко всем аспектам геополитики и международных связей. Допустим, что у нашего президента такая воля есть. (Здесь интересно привести мнение влиятельной немецкой газеты “Frankfurter Allgemeine Zeitung”, считающей, что В.Путин стремится к тому, чтобы все нуждались в России, и чтобы Россия была незаменимой).
Но видит ли «правящая элита» России эти геостратегические данности? И сможет ли она обуздать господствующее в ее рядах своекорыстие и поставить во главу угла интересы страны - сохранения ее как суверенного государства, сознающего свою идентичность, свою роль в мировом сообществе и достойно ее исполняющего?