1. Террористическая вылазка в Беслане
Трагедия в Беслане, без всякого сомнения, потрясла весь мир. Известен бесконечный поток соболезнований и сочувствия в адрес президента и народа России. Однако, после того, как с террористами удалось справиться ценой таких больших жертв, в западной печати началась кампания беспрецедентного поношения Путина, которая не исчерпала себя и до сих пор. Авангардом этой атаки является американская печать, которая отнюдь не успокоилась, несмотря на официальные визиты в посольство России в Вашингтоне высших руководителей американской администрации, включая и президента США Джорджа Буша.
Популярный американский журнал «Newsweek», например, пишет: «на Западе вошло в моду изображать Владимира Путина - осторожного, молчаливого бывшего полковника КГБ как некую облегченную версию Сталина. И это до некоторой степени приемлемая характеристика. Путин ограничил свободу прессы, избавился от соперников, либо засадил их за решетку и сформировал жесткую административную структуру, требующую абсолютного послушания от парламента, региональных руководителей и судебной власти. При этом дисциплина, насаждаемая Путиным, основана на страхе, который ведет либо к инерции, либо к параличу правительства... Последняя волна террора жестоко продемонстрировала эту слабость и сделала самого Путина уязвимым для критики более, чем когда-либо».
После такого вступления «Newsweek» переходит непосредственно к трагическим событиям в Беслане и так характеризует роль российского президента: «что касается самого Путина, то он дал некоторые заверения и никаких объяснений по поводу неуклюжих действий армии в ходе кризиса, не говоря уже о конкретных планах действий на случай будущих угроз. На некотором этапе создалось впечатление, что он обвиняет в российских бедах западные государства - он сказал, что они хотят «оторвать от России кусок пожирнее» - единственный намек на сепаратистскую Чечню в его речи».
Тон, заданный американской печатью, рефреном повторяется в западноевропейской печати. Например, французская газета «Libération», известная своими достаточно либеральными взглядами на мировые процессы, пишет о происшедшем так: «не допустив ни малейшей самокритики за тот хаос, в котором проходил штурм, Путин обвинил в некомпетентности и коррумпированности силы безопасности, оказавшиеся неспособными предупредить волну терактов и ответить на них должным образом. Словно он сам, будучи уже 4 года президентом страны и сосредотачивая в своих руках всю власть, не несет за это никакой ответственности».
В качестве сенсационного наблюдения респектабельная английская газета «The Times» говорит, что митинг на Васильевском спуске в Москве, будто бы срежиссированный московскими властями, оказался провальным, т.к. москвичи отнюдь не явились туда массами. «Россия объединилась в скорби по резне в бесланской школе, но вчера на Красной площади она продемонстрировала, что в обществе существует глубокий раскол относительно того, как власти должны бороться с бичом терроризма. Антитеррористическая демонстрация, организованная Кремлем, оказалась короткой и срежиссированной, не собрала ожидаемого количества участников. О ней постоянно сообщалось на государственном телевидении, принять участие в митинге круглосуточно призывали звезды кино и спорта. Организаторы предсказывали, что количество людей превысит 100 тысяч, однако в реальности в их число измерялось лишь десятками тысяч, в то время, как россияне перенесли мощный шок от захвата заложников, многие предпочли не участвовать в официальном мероприятии».
Через неделю после трагедии в Беслане американская «Washington Post», рукой своего корреспондента Майкла Макфулла, делает бескомпромиссный вывод: «Сильная рука Путина вредит России». Цитируя заявление российского президента в том духе, что он говорит о том, что граждане России заслуживают защиты, а убийцы заслуживают сурового наказания, газета заключает: «Однако Путин и государство, которое он построил, кажется, не в состоянии обеспечить ни одного, ни другого. Ужасы Беслана усугубились из-за неэффективности, с которой отреагировало правительство. После этой трагической недели Путин должен переоценить не только свою стратегию борьбы с терроризмом, но и планы построения сильного и эффективного государства. Ведь именно он обещал это российскому народу, когда стал президентом в 2000 году».
И, словно предвосхищая шаги Путина по укреплению вертикали российской власти и усилению центра власти на расширенном заседании правительства, которое состоялось в понедельник 13 сентября, эта же газета пишет: «Путинская стратегия построения сильного государства строилась в основном на устранении контроля за президентской властью, а не на усилении эффективности государственных институтов. Путин ошибается, считая, что сильным может быть государство со слабой демократией, но с центральной властью».
Газета видит слабость власти в ее тотальной коррумпированности, а также в том, что «новый режим породил лояльные, но бессильные региональные власти. В Беслане все оказались слишком испуганными, чтобы действовать - там как будто ждали, что прибудет царь из Москвы и возьмет всю ответственность на себя. Бывший президент Ингушетии Руслан Аушев, добровольно вызвавшийся быть посредником, который вошел в школу, а затем вышел с десятками освобожденных детей и женщин, был единственным местным лидером, который оказался готов действовать решительно и независимо в попытке спасти жизни людей».
В этой связи французская «Libération» опубликовала подробное интервью Ахмеда Закаева, в котором он докладывал, как он и Масхадов были готовы ехать на переговоры с террористами по приглашению Руслана Аушева и как российские власти не пожелали воспользоваться этим предложением, поспешив провести штурм здания ценой жизней многих детей. В этом интервью на первый план выходит неоднократно повторяемое заявление Закаева, о том, что Масхадов не имел отношения к бесланской трагедии.
В другой статье, опубликованной газетой «Washington Post» 13 сентября, принадлежащей корреспонденту Питеру Бейкеру, делается вывод, что после Беслана раскол между Россией и Западом углубился. Корреспондент пишет, что сдержанность официальных лиц в критике Москвы и выражение поддержки объясняется тем, что все слишком потрясены трагедией: «Осознавая, насколько обнажены нервы в Москве, официальные представители в США и Западной Европе, в целом, пытались избегать резких заявлений, способных обострить ситуацию, но даже сглаженные высказывания вызвали гневную реакцию».
Однако эта сдержанность официальных лиц в оценках отнюдь не устраняет того, что раскол углубляется, и газета выражает притворное непонимание, почему достаточно осторожное заявление министра иностранных дел Нидерландов Бернарда Бота о том, что на расстоянии очень трудно судить, как российские власти вели себя во время кризиса, вызвали «грубый отпор» министра иностранных дел России С. Лаврова. Между Западом и Россией, по мнению газеты, снова воздвигается стена непонимания. Газета особенно цитирует высказывание С. Лаврова, в котором он посоветовал западным партнерам не мешать России заниматься внутренними делами, предоставляя убежище убийцам, которые повинны в трагедии чеченского народа (имеется в виду то, что Британия предоставила политическое убежище Ахмеду Закаеву, а США - Ильясу Ахмадову, поскольку эти лица принадлежали к высшему руководству правительства Масхадова, но в террористах не были замечены).
2. Российская политика в странах СНГ
Эта безжалостная атака на Россию в последнее время продолжена и на другом уровне. Многие западноевропейские издания («Le Monde», «Times», «Daily Herald», «International Herald Tribune», «El Pais» и др.) стали муссировать тему: Россия сама выступает главным субъектом дестабилизации ситуации не только на Кавказе, на и на всем пространстве СНГ, тем что «оставила незагашенными» («Daily Herald») очаги конфликтов в виде образованных карликовых, никем не признанных, полулегальных государств (называется Южная Осетия, Нагорный Карабах, Приднестровье, Абхазия), в которых тлеют конфликты. В их существовании Россия заинтересована, потому что в любой момент через них можно вызвать дестабилизацию в соседних с ними молодых государствах СНГ в случае, если они станут проводить нерусскую политику.
Английский «Economist» заявляет, что Россия должна уйти из этих маленьких государств, и это является «делом чести России». В качестве тотально коррумпированных маленьких государств журнал особенно выделяет Южную Осетию, заявляя о том, что вся Южная Осетия живет преступностью, контрабандой и торговлей наркотиками. К такой же тотально коррумпированной структуре власти журнал относит Приднестровье, лидер которой Смирнов, не демонтировавший мощную скульптуру Ленина у Дома правительства этой самообразовавшейся, никем не признанной республики, удивительно напоминает Ленина по «козлиной бородке». Однако, на этом сходство кончается, ибо Приднестровье полностью живет криминальным бизнесом, рэкетом, побором с торговых поставок с Украины в Румынию, из Румынии в Украину, из Молдавии в Украину, Россию и т.д.
Немецкая газета «Die Welt» говорит о том, что в этих условиях необходимо оказать всяческую поддержку молодому грузинскому президенту М. Саакашвили в восстановлении территориальной целостности Грузии через подавление этих карликовых государств и призывает Россию решительно прекратить поддержку этих государств, потому что пока они будут существовать, никакой речи о серьезной экономической интеграции России с Евросоюзом или о позитивном развитии российских отношений с Западом не может быть.
Немецкое отделение американского Фонда Маршалла в недавнем исследовании назвало эти маленькие государства «всё еще не ликвидированными фрагментами Советской империи, которые служат сейчас перевалочными пунктами для оружия, наркотиков, рэкета и штабами в сети организованной транснациональной преступности, и отсюда тянутся нити финансирования террористов». Подчеркивается, что Путин, который пообещал искать террористов всюду и наказывать их, должен доказать серьезность своих намерений, в первую очередь, тем, чтобы полностью снять свою поддержку этим государствам, что практически означает, что они перестанут существовать в одночасье.
Ответственный за выпуск -
проф. И. И. Антонович