29 марта 2004 г. – день «полной и окончательной победы курса В.Путина». Именно так может быть интерпретировано появление в газете «Ведомости» статьи «гражданина Российской Федерации» М.Ходорковского под названием «Кризис либерализма в России». (Общее впечатление от статьи: она есть итог достаточно серьезных размышлений + желания подать «знак» В.Путину + стремления «застолбить» определенную позицию на российской политической арене, конфигурация которой фактически определяется сегодня заново).
А в это время президент вот уже третью неделю руководит исполнительной властью единолично, не только проводя традиционные еженедельные встречи с членами правительства, но и заслушивая личные доклады новых министров, а также задавая приоритеты, темпы продвижения и даже сроки достижения реперных точек на коллегиях важнейших министерств и ведомств. (19 марта - на совместной коллегии Минфина и Минэкономразвития, 30 марта – на коллегии Федеральной службы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ).
Председатель правительства, судя по всему, занят в основном расстановкой кадров в новых структурах – задача чрезвычайно «времяемкая» и психологически тяжелая, поскольку требует постоянного напряженного переговорного процесса и умения сохранить баланс сил не в ущерб профессионализму назначаемых кадров.
Пока можно отметить только, что М.Фрадков молчалив и не стремится сказать какие-нибудь слова «под камеры»; очень «по- советски», во-первых, вставляет в свою речь при встречах с президентом обороты типа: «по Вашему требованию», «как Вы предлагали» и т.п., а во-вторых для решения вопроса считает необходимым прежде всего создать комиссию. (Так, например, премьер выдвинул предложение о создании при кабинете министров Комиссии по конкурентоспособности, хотя задача обеспечения этой «всеобщей конкурентоспособности», казалось бы, должна стать основной в ежедневной деятельности всех министерств).
Новые-старые члены правительства, прежде всего Г.Греф и А.Кудрин, демонстрируют последнее время удивительную адаптивную способность. Складывается впечатление, что в реальной жизни вдруг начала действовать сказочная присказка - «По щучьему велению, по моему хотению».
Так, достаточно было президенту в очередной раз высказать недовольство недостаточно амбициозными планами по планируемым темпам экономического роста в текущем году, как буквально за неделю эти темпы возросли с первоначальных 5,8% до 6,4%!
Работают ли и как переформатированные министерства, пока неясно. Пока же можно зафиксировать достаточно активные споры между руководителем аппарата правительства и министрами, а также между последними. Что вполне объяснимо на стадии «утрясания» полномочий, функций, количества замминистров, масштабов сокращения численности аппарата и пр.
Об эффективности проведенной (вернее - стартовавшей) реформы можно будет естественно судить по делам. Но вызывает беспокойство некоторая «недотянутость» административной реформы. Ее сверхзадачей было отделение правоустанавливающих функций от надзорных и от функций по оказанию публичных услуг.
Формально создана трехуровневая система, в которой «политические» и правоустанавливающие функции закреплены за министерствами, надзорные – за агентствами, а услуги населению должны оказывать соответствующие службы. Но… Названные три уровня представляют собой не параллельно существующие и взаимодействующие структуры, а «матрешку». Значит «меньшие матрешки» находятся в прямом подчинении у «большей», и, следовательно, будет воспроизводиться принцип совмещения, если использовать строительную терминологию, функций «заказчика-проектировщика-подрядчика-приемной комиссии» в одном лице.
А в это время президент вот уже третью неделю руководит исполнительной властью единолично, не только проводя традиционные еженедельные встречи с членами правительства, но и заслушивая личные доклады новых министров, а также задавая приоритеты, темпы продвижения и даже сроки достижения реперных точек на коллегиях важнейших министерств и ведомств. (19 марта - на совместной коллегии Минфина и Минэкономразвития, 30 марта – на коллегии Федеральной службы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ).
Председатель правительства, судя по всему, занят в основном расстановкой кадров в новых структурах – задача чрезвычайно «времяемкая» и психологически тяжелая, поскольку требует постоянного напряженного переговорного процесса и умения сохранить баланс сил не в ущерб профессионализму назначаемых кадров.
Пока можно отметить только, что М.Фрадков молчалив и не стремится сказать какие-нибудь слова «под камеры»; очень «по- советски», во-первых, вставляет в свою речь при встречах с президентом обороты типа: «по Вашему требованию», «как Вы предлагали» и т.п., а во-вторых для решения вопроса считает необходимым прежде всего создать комиссию. (Так, например, премьер выдвинул предложение о создании при кабинете министров Комиссии по конкурентоспособности, хотя задача обеспечения этой «всеобщей конкурентоспособности», казалось бы, должна стать основной в ежедневной деятельности всех министерств).
Новые-старые члены правительства, прежде всего Г.Греф и А.Кудрин, демонстрируют последнее время удивительную адаптивную способность. Складывается впечатление, что в реальной жизни вдруг начала действовать сказочная присказка - «По щучьему велению, по моему хотению».
Так, достаточно было президенту в очередной раз высказать недовольство недостаточно амбициозными планами по планируемым темпам экономического роста в текущем году, как буквально за неделю эти темпы возросли с первоначальных 5,8% до 6,4%!
Работают ли и как переформатированные министерства, пока неясно. Пока же можно зафиксировать достаточно активные споры между руководителем аппарата правительства и министрами, а также между последними. Что вполне объяснимо на стадии «утрясания» полномочий, функций, количества замминистров, масштабов сокращения численности аппарата и пр.
Об эффективности проведенной (вернее - стартовавшей) реформы можно будет естественно судить по делам. Но вызывает беспокойство некоторая «недотянутость» административной реформы. Ее сверхзадачей было отделение правоустанавливающих функций от надзорных и от функций по оказанию публичных услуг.
Формально создана трехуровневая система, в которой «политические» и правоустанавливающие функции закреплены за министерствами, надзорные – за агентствами, а услуги населению должны оказывать соответствующие службы. Но… Названные три уровня представляют собой не параллельно существующие и взаимодействующие структуры, а «матрешку». Значит «меньшие матрешки» находятся в прямом подчинении у «большей», и, следовательно, будет воспроизводиться принцип совмещения, если использовать строительную терминологию, функций «заказчика-проектировщика-подрядчика-приемной комиссии» в одном лице.