- Я думаю, что два одновременно проведенных мероприятия - саммит ГУУАМ в Кишиневе и встреча президентов В.Путина и А.Лукашенко в Москве, никаких далеко идущих последствий иметь не будут. И не могут иметь. По одной простой причине, что такого рода встречи проводятся часто, а иногда, в какие-то периоды, даже регулярно. Но, как мы видим, как раз ни к каким далеко идущим последствиям это пока что не приводит и вряд ли приведет.
Скажем, российско-белорусский марьяж, он существует очень давно, уныло, со времен Ельцина. И никаких прорывов здесь ожидать, на мой взгляд, не приходится. Потому что российская элита крайне нерешительно относится к объединению с Белоруссией, и здесь, как я считаю, есть ряд непросчитанных последствий. И негативное восприятие объединения двух различных политических культур, и двух различных экономик.
Поэтому, мне кажется, что такое объединение может быть завершено только одним путем – административным, сверху. Но, если бы это было так, то это объединение свершилось уже бы давным-давно. А Путин, я напоминаю, сегодня находится на втором сроке своего президентства.
Что касается ГУУАМа, некоторые называют его ГУМом, то это объединение тоже возникло достаточно давно. И причина возникновения очевидна – это желание объединиться по интересам. Но внутри СНГ уже и так есть достаточно много клубов по интересам, и эти клубы по интересам такими клубами и остаются, без особых перспектив… У нас только по экономическим интересам есть два клуба, перекрывающие друг друга немного по численности. Я уже не говорю о большом количестве других, где сидят те же самые оркестранты, только в разном составе.
И мне кажется, что недостаточно сильный состав ГУУАМа, по целому ряду характеристик входящих в него государств, признак слабости, а не силы. И это всего лишь объединение, которое вырабатывает стратегию или пытается выработать стратегию того, как не пропасть поодиночке и куда примкнуть.
Вот, поодиночке, наверное, им пропасть не удастся, и какие-то процессы там все-таки происходят более или менее позитивные. Ну, а примыкать им придется тоже не всем вместе, а также, поодиночке. Так что саммит ГУУАМ - это всего-навсего обсуждение наболевших проблем не самых сильных представителей СНГ. Вот и все.
Ну а совпадение… Если даже кто-то хитроумно подгадал дату, чтобы противопоставить эти две структуры друг другу и намекнуть, что вот мы тоже есть на свете, то я думаю, что это противопоставление неудачное и ничего из него не последует.
- Ну, а антироссийский характер ГУУАМа, о котором говорят многие наши эксперты и обозреватели – насколько это мнение обоснованно? Или подобные высказывания носят чисто провокационный характер?
Ну, что там обоснованного может быть, когда в тех или иных областях эти страны все равно взаимодействуют с Россией? Антироссийским объединение может быть тогда, когда Россия проводит там ярко выраженную имперскую политику. А Россия в ряде случаев, к сожалению, никакой политики вообще не проводит. И вот как раз выработка такой политики, индивидуальной по отношению к каждому из членов СНГ – это является главной сегодняшней задачей нашей внешней политики.
И мне представляется, что нынешним министром иностранных дел эта задача понята. Причем понята наконец, так как на самом деле эти вещи совершенно очевидные. Надо провести ревизию взаимных интересов России с каждой из сторон. А до сих пор она не была проведена, понимаете?
И если мы сможем преодолеть организационные сложности, если мы сможем быть привлекательной страной, с точки зрения нашей политической структуры, процессов принятия решений, тогда все изменится.… А сегодня Россия по конкурентоспособности находится, страшно подумать, на 70 месте! Это притом, что президент Путин только что призвал к тому, чтобы быть конкурентоспособным. Это очень хороший призыв и, кстати, очень емкий. Но с 70 места до сколько-нибудь значимого места, представляете, лежит дистанция огромного размера. Вот когда мы ее преодолеем, тогда и центробежные тенденции в СНГ и образование различного рода ГУМов, я думаю, сойдут на нет…
Сергей Ознобищев,
директор Института стратегических оценок,
заместитель председателя Ассоциации «Россия-США».