Пропишется ли Тропинин на Волхонке?

Пропишется ли Тропинин на Волхонке?

Знаете, когда я стала телезвездой? - спросила Ирина Алексеевна. - Когда я сидела в кабинете и прямо сверху на бумаги закапало с потолка. Выхожу в зал, а там уже протекло на картины. В частности, на портрет князя Долгорукого, одного из губернаторов Москвы. Живописные полотна более стойкие, их удалось привести в порядок. А вот если бы, например, нежнейшие акварели Гау и Соколова висели на стене, ущерб был бы невосполним. По горячим следам телевидение сделало несколько сюжетов, потом интерес к музею угас.
Музей В. А. Тропинина и московских художников его времени - один из самых многострадальных в столице. Когда три года назад его нынешний директор историк культуры Ирина Егорова переступила порог одноэтажного особняка в Щетининском переулке (это в Замоскворечье), ей стало не по себе. Всепроникающий кисловатый запах сырости. Так пахнут слежавшиеся вещи в годами запертом сундуке. Некоторые картины носили явные следы осыпи. Директор пригласила микробиологов из Московского университета. Те поставили диагноз: заражение грибком. Провели обеззараживание. Реставраторы из художественного научно-реставрационного Центра им. академика И.Э. Грабаря занялись укреплением лакокрасочного слоя. Картины вылечили, однако тучи над ними не рассеялись: их дом находится в аварийном состоянии. Даже дивному «московскому дворику» (таких в столице осталось немного), где располагается самый московский из музеев, не повезло. Совсем рядом возвели элитный жилой дом, в ходе строительства которого на заповедную музейную территорию оказались выведены две трубы. Откровенное нарушение существующих норм. Но никто, кроме музейщиков, не забил тревогу.
В 2001 году Музею В.А. Тропинина исполнилось тридцать лет. Его .основателем был известный меценат и коллекционер Феликс Евгеньевич Вишневский (он умер в 1978 году). Ирина Алексеевна честно признается, что юбилей решила использовать для привлечения внимания к музею столичного правительства. И ей это удалось. На юбилейной выставке в музейно-выставочном центре Школы акварели Сергея Андрияки присутствовал Мэр Москвы Юрий Лужков. И он пообещал свое содействие в решении наболевших проблем. А факты ему были сообщены впечатляющие. Знаете, например, в чем хранятся бесценные акварели из музейного собрания? В конфетных коробках. Заворачиваются в тряпочки, перекладываются листами бумаги. Вопиющая самодеятельность, но условий для грамотного хранения реликвий нет. Так же, как и не созданы надлежащие климатические условия. Посетителям, особенно детям, в маленьких душных помещениях становилось дурно. Ну а форточку зимой тоже не откроешь: для картин морозный воздух чреват.
В августе 2002 годы музей был закрыт. Подняты полы, произведены изыскательские работы. И пока все. Фактически ремонт еще не начинался, так что обещание закончить его к будущему году представляется абсолютно нереальным. Естественно, самый актуальный вопрос: куда деть на неопределенное время экспонаты? Предметы декоративно-прикладного искусства пришлось оставить в здании музея. Куда повезешь мебель или массивные канделябры? Графику и живопись частично приютил Музей А.С.Пушкина на Пречистенке (за что огромное ему спасибо!). Не так давно здесь открылась выставка “Шедевры Музея В.А. Тропинина и московских художников его времени (XVIII-XIX вв.), музеев России”, посвященная 100-летию со дня рождения Ф.Е. Вишневского. Посетители получили возможность увидеть картины Тропинина, Левицкого, Антропова, Боровиковского, Рокотова. 9 ноября выставка закроется, и шедевры снова будут погребены в темной комнате. А живописи жизненно необходим дневной свет, иначе краски тускнеют. Когда формировали экспозицию, кто-то сказал: “Смотрите, как наши портреты погрустнели...”
Проблема была бы решена, если бы собранию тропининского музея была предоставлена достойная “жилплощадь”. Тем более что на уровне городских властей уже принято решение о передаче ему трех зданий на Волхонке. Но вопрос как-то завис. Никаких документов, говорит Ирина Егорова, она в глаза не видела, а время идет, картины - гордость русского изобразительного искусства - портятся. Правда, на пресс-конференции, прошедшей на заключительном этапе выставки, руководитель Комитета по экономической политике и имущественно-земельным отношениям г. Москвы Олег Толкачев твердо заявил журналистам: “Музею Тропинина быть на Волхонке!” Хочется верить. Ведь лучшего места для него не сыщешь. Напротив находятся Музей изобразительных искусств им. А.С. Пушкина и Музей личных коллекций; рядом - особняк, в котором представлены многочисленные работы Глазунова; невдалеке - Музей Шилова с еще более масштабным собранием. Настоящий оазис московской культуры.
И наш музей внес бы завершающий штрих в поэтический облик Волхонки и хорошо вписался бы в концепцию Юрия Михайловича Лужкова о создании «золотого кольца» столицы. Москва предпринимает много усилий для того, чтобы привлечь иностранных туристов. Тропининский музей, воссоздающий атмосферу культурной жизни Первопрестольной XVIII-XIX веков, - один из резервов.
Даже затерянный в тиши замосквореченских переулков, он был известен за рубежом. Однажды Ирине Егоровой позвонили. Высокого ранга чиновники из Берлина свободны только в воскресенье (когда у музея выходной) с 9 до 10 утра. Что делать? Они непременно хотят увидеть картины. Директор приехала к означенному времени и лично провела экскурсию.
И, наконец, еще очень важный момент: именно здесь обитал на протяжении многих лет художник, и сюда к нему ходили его знаменитые модели. В частности, Александр Сергеевич Пушкин, вспоминавший: хожу с Собачьей площадки на Волхонку позировать... Его портрет кисти Тропинина удался - лучший из всех пушкинских портретов.
Я решила посмотреть вблизи на один из домов, обещанных музею Тропинина (Волхонка, 9, стр. 1). Очень московского вида, уютный. Но совершенно космополитический по «внутреннему содержанию». Одна его дверь - магазин английской одежды, вторая - немецкая мебель, третья - опять же немецкие кухни. Сплошные иноземные таблички: «St.John», «Kuppersbush service», «Nolte kuchen» и т.п. И среди всей этой невнятной пестроты - мемориальная доска с изображением художника, похожего на постаревшего Пьера Безухова. И надпись, гласящая: «В этом доме в 1824-1856 годах жил выдающийся русский художник Василий Андреевич Тропинин». А его творения будут здесь жить?

Лариса ЗАХАРОВА

Оценить статью
(0)
Добавить комментарий
Получать ответы на почту
Получать ответы на почту