Удастся ли Ирану избежать войны?

Продемонстрировав исключительное глобальное единство, Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) подавляющим большинством голосов одобрило жесткую резолюцию по Ирану, которой предусматривается доложить о его угрожающем поведении в ядерной области Совету Безопасности Организации Объединенных Наций (СБ ООН) для возможного принятия мер в марте с.г., если только до этого срока не удастся убедить иранское правительство изменить свой курс. Однако, как отмечает в своей редакционной статье «The New York Times», одного этого голосования будет явно недостаточно, чтобы помешать Ирану осуществить свое намерение двух последних десятилетий и создать ядерное оружие или даже притормозить осуществление этого намерения. Но это важный шаг в правильном направлении, и Вашингтон заслуживает признательности за то, что согласился на скромные, «косметические» компромиссы, необходимые для создания столь широкого дипломатического фронта.

Тегеран теперь наверняка использует все мыслимые уловки, чтобы попытаться разрушить это доставшееся таким трудом единство. Нельзя допустить, чтобы он в этом преуспел… Он делает ставку на энергетическую жажду Китая, нужду России в доходах и неприятие неприсоединившимися странами системы, в основу которой положено требование к неядерным странам полностью выполнять свои обязательства по Договору о нераспространении ядерного оружия, в то время как крупные ядерные державы продолжают игнорировать данные ими обещания сократить свои ядерные вооружения.

Мир не должен позволить Ирану манипулировать этими разногласиями к собственной выгоде и во вред всем остальным. Даже если твердолобые властители, которые сегодня правят Ираном, продолжат работы по созданию ядерного оружия, несмотря на угрозу санкций СБ ООН, их усилия, пока еще далекие от завершения, можно будет затормозить путем сосредоточенного международного давления. Тем самым, по крайней мере, будет выиграно время — время для принятия мер по экономии энергии в Соединенных Штатах и в других странах, чтобы ослабить иранские рычаги экономического воздействия; время для укрепления Договора о нераспространении ядерного оружия таким образом, чтобы сделать его одновременно более обеспечиваемым применением силы или угрозой применить силу и более справедливым; и время для Ирана избрать правительство, которое было бы более восприимчивым к доводам разума и более готовым ставить экономическое благополучие своего народа впереди создания ядерных бомб…

Ситуация значительно обострилась после того, как Вашингтон заявил, что в отношении Ирана рассматриваются все варианты, включая военный. Это подтвердил во вторник замгоссекретаря по контролю над вооружениями Роберт Джозеф. Ранее о возможности применения военной силы против Ирана говорил, выступая  на  конференции по международной безопасности в Мюнхене, министр обороны США Дональд Рамсфелд. Назвав правительство Ирана «ведущим государством-спонсором терроризма», он призвал весь мир объединить свои усилия, дабы не допустить появления ядерного Ирана. Его поддержал другой участник мюнхенской конференции, американский сенатор Джон Маккейн. Он констатировал, что «хуже военного вмешательства может быть только одно: Иран, получивший в свои руки ядерное оружие». И также не исключил применения военной силы, если Иран не пойдет навстречу дипломатическим усилиям, направленным на прекращение его военной ядерной программы.

Сотрудничество Ирана с МАГАТЭ было прекращено в воскресенье по распоряжению президента Ирана Махмуда Ахмадинежада, отданное сразу после того, как МАГАТЭ объявило о передаче ядерного досье Ирана Совету Безопасности ООН.

Реальна ли на самом деле угроза военных действий США против Ирана? Или это акт запугивания со стороны Вашингтона? Этот вопрос МиК задал Леониду Ивашову, генерал-полковнику, вице-президенту Академии геополитических проблем:

- Ну, во-первых, чтобы не было войны, Ирану нужно хорошо готовиться к отражению агрессии. И тогда данный фактор дополнит другие, противодействующие войне. В то же время сегодня, наверное, однозначно никто не сможет сказать, как будет развиваться ситуация дальше. И если в отношении Ирака мы на уровне Академии геополитических проблем говорили в свое время о том, что агрессия неизбежна, то в данной ситуации мы занимаем осторожную позицию.

Во-первых, американское общество «наелось» войны в Ираке. А, во-вторых, после иракской авантюры Америка потеряла свой престиж во всем мире. И антиамериканские настроения захлестнули сегодня не только Азию и Африку, но и Европу. Более того, протестные настроения антивоенной направленности есть в самой Америке. Поэтому администрация Буша сегодня стоит перед сложной дилеммой: или же отказываться от победы республиканцев на следующих президентских выборах  и тогда развязывать агрессию против Ирана, или же смягчить свою позицию и сделать ставку на экономические санкции, на политическое оздоровление, на подрывные акции внутри Ирана и т.д.

Тем более, что сегодня известные демократы — такие, как Бжезинский, Киссинджер, ряд других тяжеловесов американской политики -  предупреждают о нежелательности новой военной кампании. Это второй момент, который свидетельствует о неоднозначности тезиса о возможности войны против Ирана.

Следующий фактор — посмотрите, как сегодня исламский мир выступает, а он довольно жестко выступает против глобализационных процессов, против вооруженной агрессии со стороны Запада. И последние события, связанные с публикацией карикатур на пророка Мухаммеда и реакцией на это мусульманского мира, приобрели почти глобальный размах.

Давайте не забывать и то, что в Европе, во Франции, прошли недавно погромы и тоже под исламскими лозунгами. Есть также совсем свежие сообщения, которые пока, скажем так, пакуются в непрозрачную бумагу, о расовых битвах, расовых столкновениях в американских тюрьмах — например, в Новом Орлеане. Это показывает на то, что в американском обществе тоже не все гладко.

Конечно, сегодня в Вашингтоне мы наблюдаем активизацию «ястребов» типа Рамсфелда и Чейни, которые состоят в команде Джорджа Буша. На их стороне выступает нефтяной бизнес и военно-промышленный комплекс Соединенных штатов, то есть те бизнес-структуры, которые от войны против Ирана получат сверхприбыли — и от всплеска нефтяных цен, и от новых заказов вооружений и т.д. Но мне кажется, что в Америке в целом, силы, которые выступают сегодня против новой военной авантюры, более значимы и более весомы. Поэтому Бушу придется выбирать позицию одной из сторон, и здесь самое главное — не слушать экстремистов в своей команде.

Также надо отметить, что одним из ведущих игроков в данном конфликте, безусловно, является государство Израиль. И оно было бы заинтересовано в том, что американцы нанесли, по крайней мере, по ядерным объектам и по военных структурам Ирана, военные удары. Но и в самом Израиле однозначного мнения на этот счет тоже нет. А выход из политического строя Шарона как бы ослабляет решительность Израиля.

Сам Израиль самостоятельно, без Соединенных штатов, не нанесет этих ударов, потому что он получит в ответ новую интифаду. Но и Соединенные штаты пока также не готовы на нанесение ударов. И если Иран будет серьезно готовиться к отражению агрессии, то это будет дополнительным вкладом в предотвращение этой войны.

Безусловно, в такой ситуации в сложном положении оказывается Россия и российская дипломатия. С одной стороны, мы стали выстраивать сотрудничество, в том числе, и на стратегическом уровне, с Ираном. Это касается и интересов нашего бизнеса, и интересов оружейного комплекса. В целом, Иран может оказывать влияние на ситуацию в регионе и является нашим стратегическим союзником на Каспии.

С другой стороны, сегодня Кремль и Смоленская площадь ощущают мощное давление со стороны Запада. И прошедшая в Мюнхене конференция по проблемам безопасности, в которой приняли участие Сергей Лавров и министр обороны Сергей Иванов, показала, что сегодня имеет место мощная консолидированная атака на попытку России проводить независимый, самостоятельный внешнеполитический курс. И многое будет, безусловно, зависеть от позиции России и в Совете безопасности ООН, и в целом в мире, в ходе решения этого конфликта. И я думаю, что нам придется переступать через себя, через вялую и пассивную политику, которую Россия проводила прежде, через отказ от конструирования мировых процессов. Через это России придется переступить и начать проводить собственную независимую политику.

- А реальную угрозу Иран представляет для мира своей ядерной программой? Или мы имеем дело с надуманной проблемой?

Это совершено надуманная проблема! Даже если он попытается разработать и создать ядерное оружие, то оно по большому счету ни для Европы, ни тем более, для Соединенных штатов угрозы представлять не будет. Ведь это ответная реакция на израильский ядерный потенциал и на ту агрессивно-наступательную политику, которую проводит Израиль, в том числе, опираясь на свой ядерный потенциал. 

Одним из свойств ядерного оружия является его биполярность. То есть, ядерное оружие создается не вообще как оружие, а против конкретного соперника. Создали его в свое время американцы, в ответ создал Советский союз. И сбалансировал ситуацию. Нарастили свой вес американцы через вооружение ядерным оружием Великобритании и Франции, мы подключили к ядерной проблеме Китай.

Индия и Пакистан создали оружие, которое направлено друг против друга, в результате ситуация там тоже сбалансировалась. И вот здесь  - аналогичная ситуация. Иранское ядерное оружие будет балансировать только израильский ядерный потенциал, если Иран на это пойдет. Все! И мир в этом случае на Ближнем востоке станет стабильнее. И Иран, который сегодня бурно развивается в экономическом плане, несмотря на санкции, в том числе, экономические, заинтересован и в технологиях Запада, и в рынках Запада, и в продукции западных стран. Поэтому идти на обострение ситуации Ирану сегодня крайне невыгодно. В этой связи я никакой серьезной угрозы с его стороны не вижу. По-моему, это сознательно раздутая проблема.

И, кстати, последнее заявление Рамсфелда — как раз о том, что с терроризмом надо воевать еще лет 20 — подтверждает фразу Бжезинского, которую он высказал в своей последней книге: о том, что если Америка потеряет перспективу борьбы с терроризмом, то ли по внутренним причинам, когда общество не станет поддерживать эту идею, то ли сам терроризм иссякнет, то Америке придет конец! То есть, Америка должна держать постоянно образ какого-то врага, а Иран — это удобная тема, и они воспользовались ею. 

Я повторяю — никакой угрозы Иран не несет ни Европе, ни России, ни США! Но риски определенные есть, как и в любой подобной ситуации — я имею в виду военные риски. Но эти риски нивелируются или даже девальвируются гибкой дипломатией, переводом проблемы в область поиска взаимовыгодного сотрудничества и т.д. С Ираном нужно работать именно в этом направлении. Не изолируя его, а наоборот, вовлекая в международные процессы — и разоруженческие, и цивилизационные и т.д.

Ведь Иран, вспомните, еще при шахе Реза Пехлеви начинал с американской помощью 50 лет назад свои ядерные разработки. Но затем он четко следовал и Договору о нераспространении ядерного оружия, и подписал Договор о  запрещении ядерных испытаний и т.д., и вся эта программа выполнялась. Но когда ситуация сложилась таким образом, что его стали провоцировать и еще угрожать, то диалог закончился, и Иран стал искать гарантии своей безопасности.

А сегодня ему ни Совет безопасности ООН не дает таких гарантий — Иран убедился в этом на примере Югославии и Ирака, ни НАТО ему таких гарантий не дает, ни Россия. Поэтому он вынужден опираться на собственные силы.