Американцы прямо показывают, что они Грузию не отдадут

Несмотря на то, что Грузия при посредничестве ОБСЕ выдала России обвиняемых в шпионаже военнослужащих, отношения между двумя странами стремительно ухудшаются. Министерство транспорта РФ сообщило о прекращении с 3 октября авиационного, автомобильного, железнодорожного и морского сообщения с Грузией. А президент ОАО РЖД Владимир Якунин сообщил, что  Совет директоров принял решение рекомендовать правлению компании отказаться от закупки запасных частей для электровозов в Грузии, на сумму около 100 миллионов рублей. Министерство информационных технологий и связи РФ, в свою очередь, приостановило почтовое сообщение с Грузией.

Эти шаги последовали после того, как свою оценку происходящему дал на встрече  с членами Совбеза в воскресенье президент Владимир Путин.

Россия, как известно, факт проведения разведывательной деятельности на территории сопредельного государства отрицает и, по словам президента Путина, выполняет все имеющиеся договоренности по выводу воинских подразделений с территории республики. В этой связи действия грузинской стороны по отношению к российским военнослужащим были названы «государственным терроризмом с захватом заложников», а Михаил Саакашвили удостоился сравнения с Лаврентием Берия.

Традиционно было указано и на тех, кто за всем этим процессом стоит: «Эти люди думают, что, находясь под крышей своих иностранных спонсоров, они могут чувствовать себя комфортно и в безопасности. Так ли это на самом деле?».

Михаил Саакашвили обвинения в действиях по указке США опроверг, заявив на встрече с иностранными журналистами в Батуми, что Россия «поигрывает мускулами». При этом Саакашвили сообщил, что обсуждал инцидент 29 сентября по телефону с госсекретарем США Кондолизой Райс и председателем ОБСЕ Карлом де Гюхтом, который вызвался быть посредником при передаче российских военных и для этого прибыл в понедельник в Тбилиси.

Церемония передачи состоялась после встречи президента Грузии с Карлом де Гюхтом в генеральной прокуратуре Грузии. Вместе с четверыми арестованными военнослужащими на самолете МЧС из Тбилиси в Москву вылетели двое российских офицеров, выдачи которых требовала грузинская сторона. При большом скоплении журналистов их встретил в Чкаловском аэропорту министр обороны Сергей Иванов. На пресс-конференции после прибытия военные заявили, что считают выдвинутые им обвинения надуманными, а предъявленные доказательства — неубедительными.

Де Гухт же призвал «все стороны соблюдать принципы международного права и воздерживаться от любых провокаций», а также «вести прямой диалог с тем, чтобы в скорейшие сроки найти взаимоприемлемое решение» всех спорных вопросов.

2 октября официальную позицию США по ситуации, сложившейся в отношениях между Россией и Грузией, изложил представитель пресс-службы американского посольства в РФ. «Мы отдаем себе отчет, что сложившаяся ситуация — это вопрос двусторонних отношений России и Грузии.  В то же время мы призываем правительства обеих стран сотрудничать, чтобы решить этот вопрос в оперативном и соответствующем международным нормам ключе», — процитировал представителя американской дипмиссии «Интерфакс». В ответ на это Россия приняла решение о введении с 3 октября экономических санкций против Грузии.

Кроме того, спикер нижней палаты Борис Грызлов заявил, что 4 октября депутаты рассмотрят законопроект, предоставляющий правительству РФ право в экстренных случаях вводить запреты на банковские и почтовые переводы в отдельные страны. При этом планируется внести поправки в федеральные законы о банках и банковской деятельности, о валютном регулировании и валютном контроле, сообщает «Росбалт».

«Недружественные акты со стороны режима Саакашвили, которые предпринимаются против России, фактически означают переход к политике государственного терроризма», - заявил Грызлов. Действия руководства Грузии, по его словам, поддерживаются Западом, о чем свидетельствует решение сената США рассмотреть закон об ускоренном вхождении Грузии в НАТО и выделении на эти цели $10 млн.

Однако данная сумма, очевидно, впечатляет парламентариев, меньше той, которую вывозят из России нелегальные мигранты — граждане Грузии. Они, как сообщил Грызлов, «в прошлом году вывезли из России $350 млн, однако, по неофициальным сведениям, эта сумма почти втрое больше и составляет около $1 млрд.».

Напугают ли Тбилиси озвученные Москвой инициативы? После того, как жесткие заявления прозвучали из уст Путина, и Россия объявила об экономических санкциях против Грузии, перспектива мирного урегулирования конфликта просматривается с трудом. Или, может быть, выдача России военнослужащих, обвиняемых в шпионаже, снизит накал страстей?

Прокомментировать ситуацию МиК попросил Виктора Кременюка, профессора, заместителя директора Института США и Канады РАН РФ:

- У меня до последнего времени было такое впечатление, что обе стороны больше пугали друг друга. Потому что военное столкновение там — это скандал на всю Европу и даже больше, на весь мир. И как бы Грузия там себя ни вела, безответственно и провоцирующе, если крупная держава вдруг нападает на своего соседа, однозначная реакция будет во всем мире и в ООН. Это будет названо агрессией, войной крупной державы, империализмом и т.д.

Поэтому у меня было такое впечатление, что люди, которые находятся ниже президента — Иванов и другие, так как Лавров ведет себя более ответственно — позволяли себе остро высказаться, а президент сохранял спокойствие, оставляя дверь для переговоров открытой.

Я не думаю, что она и сейчас закрыта для переговоров, просто сильная риторика должна показать и Тбилиси, и Саакашвили, насколько Москва раздражена его поведением. Но при этом мы не можем не понимать, что в эти дни американский конгресс принимает резолюцию о поддержке приема Грузии в НАТО и выделении ей помощи для подготовки к этому вступлению в размере 10 млн. долларов.

Таким образом, американцы прямо показывают, что они Грузию не отдадут. И этот грузино-российский конфликт перестает вписываться в рамки Кодорского ущелья и т.д., а переходит в гораздо более ответственную и более серьезную плоскость.

И вопрос теперь заключается в том, сумеют ли лидеры, в том числе, Москва, удержать события от какого-то стихийного развития и перерастания их в ситуацию, когда в какой-то момент начнут стрелять. Это очень большой вопрос, и я бы сказал, вызов нашему президенту. Потому что, если вспомнить ту первую абхазскую войну, то там Москва мало что контролировала и там, в основном, командовали местные начальники. Хотели -стреляли, а хотели — нет, хотели — помогали, хотели — нет. Тогда там была очень большая степень махновщины, но исчезла ли она сейчас? Москва  твердо контролирует ситуацию  или нет? Вот в чем вопрос…

- А, на ваш взгляд, может ли повлиять на исход противостояния Совет безопасности ООН, на рассмотрение которого этот вопрос был поставлен. Может быть, конфликт подошел к такой точке, когда необходим третейский судья?

Я не думаю, что кто-то хочет этого третейского судью. Понимаете, Москва сделала вид, что она готова предоставить это дело Совету безопасности ООН, но одновременно демонстрирует, что она не любое решение Совета безопасности примет. А примет только такое, которое ее устраивает. А если допустим, вдруг, Совет безопасности ООН под влиянием американцев  не поддержит позицию Москвы, что и получается, то уже сразу Россия скажет: нет, нам такое решение не нужно. Поэтому, чего уж обращаться к третьей стороне? Чтобы там просто погладили по головке  и сказали: ух, какие вы молодцы?

Или на самом деле, надо будет сказать так: пусть какая-то нейтральная инстанция решает, а мы согласимся с любым решением. Но этого же нет!  Поэтому и сказать тут нечего. А американцы, конечно, не согласятся с российскими формулировками, на это нечего было и надеяться, они будут предлагать свои формулировки, которые во многом Грузии на пользу и на руку. В результате может вообще получиться конфуз. Мы обратились в Совет безопасности ООН, а то решение, которое он может принять, нас не устроит и мы сами от него откажемся. И тогда все это переходит в область анекдота.

- А что может стать решающим на пути урегулирования этого конфликта? Каким образом, на ваш взгляд, отношения между двумя странами можно вернуть в нормальное русло? И кто это может сделать?

Ну, во-первых, там же ничего нет! Никто армии не двигал, танковые армады не перемещал. Ну, задержали четырех офицеров и начали с ними разбираться. Здесь, в Москве это вызвало приступ гнева, хотя, наверное, нужно было бы понимать, что если мы наши войска размещаем в Закавказье,  в Грузии, то наверное, может произойти случай, при котором наших офицеров могут задержать. Ну, мало ли, напились, подрались, сбили кого-то. В любом случае такие ситуации возможны, и грузины на своей территории вправе распоряжаться. И наш командующий в Грузии немного наломал дров, заявив, что это территория Российской Федерации. Он, что с ума сошел и не читал соглашение, что ли, о статусе этих баз? Это — грузинская территория. И об этом надо никогда не забывать. А у наших военных уже сложилась привычка не воспринимать Грузию серьез, считая ее мелочью, путающейся под ногами. Вот от этого нам надо будет отвыкать.

И сам конфликт возник вокруг этих офицеров. Значит, если грузины представят какие-то доказательства, что они действительно занимались шпионажем и подрывной деятельностью, то деваться нам будет некуда, не надо попадаться. Если же не представят, другое дело, можно потребовать, чтобы они выступили с  извинениями.

И сейчас лучше всего было бы не нагнетать обстановку, и не употреблять сильные слова, которые будут уменьшать возможности для спокойного и взвешенного урегулирования . Ведь если что-то произошло, то есть процедура, которая прописана в соглашении о статусе военных баз: как нужно себя  в такой ситуации вести, и права ли наша Дума, которая встала на дыбы и безапелляционно заявила: возвращайте нам офицеров!

Ну, а что, если все-таки будет доказана их вина?  Тогда что, если любое иностранное государство поймает наших шпионов, то мы будем от них требовать: возвращайте их нам немедленно и все? Ну, нельзя же такие вещи делать!

Но, я еще раз говорю: мне кажется, что резерв для успокоения ситуации имеется. И наш президент, по-моему, его при себе сохраняет. Чтобы в какой-то решающий момент перевести все это дело в другую плоскость и успокоить ситуацию. Доводить этот конфликт до кризиса — даже больше не в интересах России, чем не в интересах Грузии.