Кризис в Грузии отразится на отношениях с Россией

После того, как грузинская полиция в минувший четверг вечером задержала бывшего министра обороны, а ныне лидера оппозиции Ираклия Окруашвили, в стране начал разрастаться политический кризис. Этот арест последовал всего через несколько дней после того, как Окруашвили озвучил свои сенсационные обвинения в адрес президента Михаила Саакашвили о якобы неконституционной деятельности последнего. Незадолго до своего задержания Окруашвили дал EurasiaNet обширное интервью, в котором обозначил приоритеты своей партии и подробно остановился на критических соображениях и обвинениях в адрес Саакашвили и его администрации — от сговора с целью совершения убийства до авторитаризма.
Перед арестом Окруашвили новопровозглашенная партия «Движение за единую Грузию» уже начала разворачивать свою деятельность. Партия назначила на 15 ноября проведение учредительного съезда и, по имеющимся данным, приступила к работе над формированием представительств за пределами Тбилиси. Руководство партии также изучало вопрос о возможности присоединения к другим оппозиционным партиям.
Пока не вполне ясно, как арест Окруашвили скажется на планах партии.
Программные установки движения довольно широки. В разговоре с EurasiaNet и еще одним журналистом Окруашвили выделил такие моменты, как сокращение полномочий исполнительной ветви власти, судебную реформу и «административные функции» правительства, которые вкупе с избирательной системой Грузии якобы направлены на ограничение плюрализма.
Окруашвили также заострил внимание на проблеме снижения уровня безработицы, призвал к инвестированию средств в переживающее не лучшие времена сельское хозяйство и выработке долгосрочных программ по его оздоровлению. Окруашвили утверждал, что правительство не уделяло достаточного внимания созданию рабочих мест и развитию сельских районов, а целиком погрузилось в разработку рынка недвижимости. Цены на жилье и землю в Тбилиси и Батуми в последнее время растут как на дрожжах.
«С самой революции роз нашим главным достижением было то, … что мы восстановили престиж правительства, — отметил он. — За последние два года этот имидж был разрушен. Люди уже не верят в незапятнанность властей, как они верили, например, в 2004 или 2005 годах».
Как и другие представители оппозиции до него, Окруашвили назвал неспособность обеспечить плюрализм главной причиной наблюдающейся тенденции. "Все люди…с иными взглядами считаются врагами, — утверждает он. «Доводы президента сводятся к тому, что эти люди пытаются ему помешать объединить страну».
В качестве иллюстрации Окруашвили — в свое время занимавший пост министра экономического развития, обороны и внутренних дел, а также генерального прокурора — указал на недавние аресты высокопоставленных официальных лиц, своих друзей и соратников. Власти утверждают, что эти аресты производились в рамках ведущейся борьбы с коррупцией.
Как утверждает Окруашвили, он «много раз» обсуждал с Саакашвили свою обеспокоенность подобной тактикой, но президент якобы оправдывал все свои действия, считая их необходимыми для укрепления единства в борьбе за возвращение Абхазии и Южной Осетии. Аппарат президента не отреагировал на заявления Окруашвили и его видение событий.
Вопрос о «замороженных» конфликтах занимает особое место в программе новой партии. Окруашвили рассказал, что именно неспособность добиться прогресса в восстановлении контроля над сепаратистскими территориями Абхазии и Южной Осетии подтолкнула его к решению подать в конце 2006 года в отставку. Переломным моментом стала реакция ООН на проведенную тем летом Грузией операцию против вооруженных формирований в Кодорском ущелье — подконтрольном Грузии участке Абхазии.
«Я не говорю, что однажды мы объявим войну России или Абхазии и что-то в этом роде, но мы не предприняли ни единого действенного шага…он [Саакашвили] все время боялся что-то предпринять, — подчеркивает Окруашвили. — Когда я наконец осознал, что в этом направлении ничего уже не произойдет, я решил уйти».
Усилению недовольства способствовало и решение президента провести «небольшую операцию» с целью вернуть под свое крыло Южную Осетию к середине 2006 года, отметил он в своем выступлении по телеканалу «Имеди». Однако Окруашвили отрицал, что его уход с поста министра обороны был связан с позицией по двум этим конфликтам.
Тем не менее, недовольство оставалось. Бывший министр обороны подверг также критике поддержку Тбилиси Дмитрия Санакоева, некогда представителя осетинских сепаратистов, а ныне главу администрации подконтрольной Грузии Южной Осетии. Как рассказал Окруашвили EurasiaNet, идея появление Санакоева в конце 2006 года «принадлежала министру внутренних дел Вано Мерабишвили». Как утверждает Окруашвили, грузинское правительство заплатило «полтора миллиона долларов» за карточные долги Санакоева и его «алкогольный бизнес».
С министерством внутренних дел для получения комментариев связаться не удалось.
Пока «Движение за единую Грузию» прорабатывает партийную программу и обдумывает участие в потенциальных альянсах, внимание общества по-прежнему приковано к двум обвинениям, прозвучавшим из уст экс-министра обороны. Главным среди них является обвинение в том, что президент Саакашвили поручил Окруашвили, на тот момент министру обороны, «избавиться» от Бадри Патаркацишвили — владельца медиа-холдинга «Имеди» и совладельца телекомпании «Имеди», принадлежащей ему на паях с корпорацией Руперта Мердока «News Corporation». Телекомпанию нередко считают симпатизирующей оппозиции.
В интервью от 25 сентября телекомпании «Имеди» Окруашвили рассказал, что он передал информацию об этом плане Зазе Гогава, тогдашнему командующему бригадой спецназа, а ныне начальнику Генштаба вооруженных сил Грузии, а также неназванному человеку в Турции. Оба этих человека, по его словам, были тесно связаны «с американцами».
Окруашвили сообщил EurasiaNet, что хотя он и не располагает информацией из первых рук о том, что Соединенные Штаты были проинформированы о предполагаемых планах президента, «я постарался сделать все возможное, чтобы передать им сообщение». Позже грузинский лидер оставил эту тему, говорит Окруашвили, что дало ему основания полагать, что информация все же дошла до Соединенных Штатов. Посольство США в Тбилиси никак не комментирует эти утверждения.
Имена других лиц, предположительно подлежавших «ликвидации», не были названы. В интервью EurasiaNet Окруашвили сообщил, что его заявление, что «убийцы» («кацис мквлелеби») по-прежнему занимают посты в правительстве, «относилось к президенту…и министру внутренних дел».
Что касается министра внутренних дел Вано Мерабишвили, Окруашвили привел скандальный случай с сотрудником банка Сандро Гиргвилаини, убитым в начале 2006 года. Четверо сотрудников министерства внутренних дел были впоследствии приговорены к семи и восьми годам тюремного заключения. Вслед за другими представителями оппозиции, бывший глава МВД Окруашвили утверждает, что за тот случай следует винить тогдашнего начальника управления конституционной безопасности Дата Ахалая и Мерабишвили.
В своем интервью телекомпании «Имеди» Окруашвили также заявил, что Мерабишвили «прекрасно справился» с поручением Саакашвили об избиении бывшего оппозиционного депутата Валерия Гелашвили. Гелашвили утверждал, что июльское нападение 2005 года было связано с противоречиями финансового характера в связи с работами его строительной компании по возведению президентской резиденции.
Смерть в 2005 году премьера Зураба Жвания стала второй сенсацией. В своем интервью телекомпании «Имеди» Окруашвили заявил, что тело Жвания было перенесено в тбилисскую квартиру, где впоследствии оно и было обнаружено вместе с телом бывшего политика Рауля Юсупова. Официальной версией причины смерти было названо отравление угарным газом. Брат Зураба Жвания, Георгий, и его вдова Нино Кадагидзе-Жвания, выразили желание встретиться с Окруашвили. Председатель парламентского комитета по правам человека Елена Тевдорадзе обратилась к генеральной прокуратуре с просьбой ответить на эти заявления.
Экс-министр также утверждал, что Саакашвили и члены его семьи сколотили «миллиарды» за время его пребывания в должности, в том числе на импорте вооружений и прочих сделках, которые он «крышевал». Однако сторонники президента высмеяли их как «абсурдные» и «истерические».
Между тем оппозиционные партии обдумывают собственную реакцию на эти заявления. Лидер Республиканской партии Давит Усупашвили отметил, что телефонные переговоры и встречи со сторонниками Окруашвили ведутся вот уже полгода, но сейчас «слишком рано» говорить о конкретном альянсе с партией экс-министра, у которой пока нет партийной платформы.
«Республиканская партия заинтересована в том, чтобы Окруашвили мог говорить о проблемах, широко обсуждающихся в обществе, о которых Республиканская партия не устает говорить вот уже многие годы», — отметил Усупашвили.
Высокопоставленный представитель парламентской фракции «Демократический фронт» Каха Кукава отмечает, что консультации с Окруашвили пока не имели места, но считает, что его утверждения нужно расследовать дальше. «Определенно, должно быть проведено расследование предполагаемых преступлений грузинского правительства, о которых говорил Окруашвили…, — сказал Кукава. — У нас были некоторые подозрения, но я думаю, что обвинения Окруашвили являются серьезным доказательством того факта, что эти преступления действительно имели место».
Руководитель оппозиционной «Партии народа» Коба Давиташвили считает, что Саакашвили больше не годится на роль президента. «Арестовав Окруашвили, президент Саакашвили фактически подтвердил все те обвинения, которые озвучил Окруашвили», — полагает Давиташвили.
Депутат парламента Кети Махарашвили считает, что последствия событий последних дней для свободы слова в Грузии будут самыми негативными. «Дело не в Ираклии Окруашвили. Дело в развитии демократии в Грузии», — подчеркивает Махарашвили. Она назвала арест политически мотивированным, добавив, что за решеткой оказались также телохранители и водители Окруашвили. «Он [Саакашвили] не терпит подлинной оппозиции своей власти».
«С сегодняшнего дня Саакашвили является террористом», — заявил 28 сентября Георгий Хаиндрава, бывший госминистр, а ныне один из лидеров «Института равноправия» в Тбилиси.
В минувшие выходные часть грузинской оппозиции объединилась в т.н. «Национальный Совет». В него вошли представители движения «За Единую Грузию» (лидер — Ираклий Окруашвили), «Республиканской Партии Грузии» (лидеры — супруги Давид Усупашвили и Тинатин Хидашели), «Партии Народа» (лидер — Коба Давиташвили — бывший депутат, покинувший высший законодательный орган страны из-за скандала, связанного с «продажей» мест в партийном списке и приходящийся родственником Ираклию Окруашвили), депутаты от оппозиционной парламентской фракции «Демократический Фронт» Георгий (Гия) Тортладзе, Константин (Кока) Гунцадзе, Леван Гачечиладзе (ранее — один из лидеров оппозиционного политического движения «Новые Правые», считавшийся приближенным к семье экс-президента Эдуарда Шеварднадзе), депутат Георгий (Гия) Цагареишвили (бывший член оппозиционной парламентской фракции «Промышленники», являющийся однокурсником Ираклия Окруашвили) и один из лидеров НПО «Институт Равноправия» Георгий Хаиндрава (бывший государственный министр по вопросам урегулирования конфликтов, считавшийся оппонентом курса экс-министра обороны и покинувший этот пост после конфликта с Ираклием Окруашвили).
При «Национальном Совете» открыт т.н. «чрезвычайный штаб», которым руководит один из лидеров оппозиционного политического движения «За Единую Грузию» Кока Гунцадзе. Помимо него в его состав вошли Тина Хидашели, Леван Гачечиладзе, Гия Тортладзе и Георгий Хаиндрава.
Следует отметить, что с т.н. «Национальным Советом» уже отказались сотрудничать оппозиционная «Национал-Демократическая Партия», а также политические движения «Новые Правые» (лидер — Давид Гамкрелидзе) и «Промышленность Спасет Грузию» (лидеры — Георгий Топадзе и Зураб Ткемаладзе). Сами же представители «Национального Совета» категорически отказались, от какого либо рода сотрудничества с пророссийскими политическими партиями — «Справедливость» (лидер — Игорь Гиоргадзе) и «Имеди» (лидер — Ирина Саришвили)…
Как известно, обвинения Окруашвили прозвучали тогда, когда Михаил Саакашвили находился в Нью-Йорке. Поначалу он отмалчивался, а затем, когда оппонента взяли под стражу, заявил, что Окруашвили его беспардонно оболгал и обидел. «По-человечески мне очень тяжело от того, что сделал Окруашвили. Он обвинил меня и близких мне людей в том, против чего я так целенаправленно борюсь — клановой коррупции» — заявил президент Грузии.
Очевидно, что разразившийся скандал затронет российско-грузинские отношения, которые, несмотря на периодические декларативные попытки их нормализовать, на фоне многочисленных провокаций улучшиться никак не могут.
26 сентября, в ходе своего выступления на заседании Ассамблеи ООН Михаил Саакашвили подверг резкой критике Россию и призвал к полному пересмотру деятельности миссии наблюдателей ООН в Грузии, а также расширению процесса мирного урегулирования конфликтов с Абхазией и Южной Осетией. Он также обвинил Россию в организации «террористических» миссий, направленных на дестабилизацию Грузии. Под этим он подразумевал убийство двух российских военных, имевшее место 20 сентября в Кодорском ущелье — подконтрольной Грузии территории сепаратистской Абхазии. Грузинское правительство настаивает, что российские военные занимались там подготовкой абхазских сепаратистов, обучая их методам диверсионных операций, и что в момент возникновения перестрелки грузинские силы специального назначения просто проводили «полицейскую операцию».
«Самые сложные на сегодняшний день отношения остаются у нас с нашими соседями в Российской Федерацией, которая продолжает вмешиваться в нашу внутреннюю политику. Высокопоставленный российский чиновник выступил с неконструктивным, необоснованным и полностью несоответствующим действительности обвинением, что грузинские силы убили двух невинных людей в Верхней Абхазии», — подчеркнул Саакашвили.
«Удивительно, что делал российский подполковник в лесах Грузии? Организовывал и возглавлял группу вооруженных мятежников для террористической миссии? — задавался вопросом Саакашвили. — Я хочу спросить наших российских друзей: неужели России недостаточно своей территории? Неужели в России недостаточно лесов, чтобы российские военные не умирали на грузинской территории, в грузинских лесах?»
Как сообщил постпред России при ООН Виталий Чуркин, погибшие военные были «инструкторами», проводившими антитеррористическую подготовку. Он также сказал, что группа подверглась «ничем не спровоцированному» нападению. Кроме того, Чуркин отметил, что военные были убиты выстрелами в голову. «Для нас это стало еще одним проявлением тактики, которой, к сожалению, придерживаются в последнее время грузинские власти в грузино-абхазском конфликте и других конфликтных ситуациях в Грузии. Они делают все, чтобы обострить напряженность», — добавил Чуркин.
Российский министр иностранных дел Сергей Лавров нашел для Грузии еще более жесткие выражения: «Это было жестокое убийство людей, которые сложили оружие перед требованием грузинского спецназа, и были казнены, — сказал Лавров. — Нас возмущает, что грузинская сторона, прекрасно зная, как все произошло, и какие убийства были совершены, предупреждает, что грузинский спецназ так поступать будет и впредь».
Также Михаил Саакашвили обвинил Россию в строительстве военной базы в сепаратистском регионе Южной Осетии, добавив, что «у него с собой имеются убедительные доказательства, чтобы показать нашим друзьям по международному сообществу правду, которую скрывают другие».
«Российские представители активно и незаконно возводят новую военную базу в Южной Осетии в маленьком городке Джава в надежде, что оружие и насилие одержат верх над волей народа. И эта опасная эскалация происходит под самым носом международных наблюдателей, чьей задачей является демилитаризации территории», — отметил он.
Чем закончится намеченная на 5–6 октября на саммите СНГ в Душанбе встреча Саакашвили с Путиным, которого грузинский лидер на днях назвал своим «российским другом», сегодня сказать трудно, тем более что прозвучавшие позже комментарии Владимира Путина по поводу последних событий в Тбилиси Михаила Саакашвили явно задели. Как отмечает газета «Время новостей», в минувшую пятницу российский президент назвал происходящее там «внутренним делом этой республики», но напомнил, что «часто некоторые друзья ставят России в пример демократические процессы в ряде стран СНГ, в том числе в Грузии». «Упаси боже нам следовать таким примерам», — сказал Путин.
В субботу Михаил Саакашвили ответил российскому президенту: «Мы уже выпили лекарство, выписанное по вашим рецептам. И оно оказалось ядом». Он пообещал, что политические проблемы в Грузии не станут «хроническим заболеванием», и заметил о россиянах: «Они очень любят Грузию, но только без Цхинвали, Сухуми и еще двух-трех территорий. Они любят грузин за столом с рогом в руках, поющих „Сулико“ и на ломаном русском языке говорящих тосты. Но грузин, которые встали на ноги, которые могут себя защитить, которые строят независимую страну и развивают экономику, они не любят».
В своих бедах Михаил Саакашвили обвинил российские власти: «Они пытались инспирировать социальные трудности, организовать внутренних предателей и все это обратить против правительства Грузии». Он также попросил не вмешиваться в грузинские дела: «Вы решайте свои проблемы».
Также Михаил Саакашвили пообещал восстановить территориальную целостность страны до осени 2008 года, когда истекают его полномочия как главы государства. «Я готов рядовым, если нужно, и водителем бульдозера вместе с вами прорвать, пройти последние километры, метры, сантиметры мирной дороги, дороги большого объединения и все исполнить до конца», — сказал Саакашвили. «Я даю слово, что во время моего президентства Грузия будет объединена», — заявил он.
Однако грузинские эксперты сомневаются в том, что эту цель удастся реализовать. Также они не видят перспектив улучшения отношений с Россией, хотя предстоящие президентские выборы такую возможность могли бы предоставить. Президент Грузинского фонда стратегических и международных исследований Александр Рондели в интервью тбилисской газете «Резонанси» заявил: «Кто бы ни стал сейчас президентом России, и Москва, и наши власти постараются использовать этот момент для потепления отношений, так как плохие отношения соседей — это ненормальное положение. Естественно, большой российский барин постарается вынудить более слабого сделать первый шаг в этом направлении. Грузии уступать уже практически нечего. Поэтому в ближайшие времена перспективы потепления российско-грузинских отношений я не вижу. Хотя бывают и неожиданности, и они порой многое меняют. Возможно, у того, кто придет к власти в России, окажется желание упорядочить взаимоотношения с Грузией. Но надежды на это у меня мало, поскольку те службы, откуда приходят эти люди, благожелательностью к нам не отличаются.

-  И все-таки, что могло бы стать такой неожиданностью? Поговаривают о возможном разделе территории Абхазии. То есть, Гальский район будет возвращен Тбилиси, а остальная Абхазия получит „независимость“. Россия пытается расширить свою территорию за счет территории Грузии, а именно — за счет Абхазии. Не предпринимает ли она очередных шагов в этом направлении?

Одним из самых черных дней в моей жизни был день падения Сухуми. Поэтому я стараюсь избежать каких-то формулировок, которые во мне сидят, так как их прочтут тысячи изгнанных из Абхазии людей, и им больно слышать все то, что рушит их надежды. В теории все допустимо. Скажу лишь одно: олимпийские игры в Сочи Путин купил. Это подтверждает, что, к сожалению, и на Западе нравственность не в цене. Вспомните хотя бы пример Шредера. Сейчас вроде бы меняется статус-кво, и все хотят воспользоваться моментом. Абхазы тоже стараются больше чего-то получить. Думают, что из-за сочинской олимпиады русские ускорят благоприятные для них процессы. А Грузия, наверно, думает, что когда процессы ускорятся, что-то, возможно, изменится в нашу пользу. Короче, олимпиада придала динамизм этим процессам.

- Когда Москве трудно контролировать ситуацию на Северном Кавказе, к чему ей лишняя головная боль?

В России думают, что и Абхазия, и т.н. Южная Осетия — это часть Северного Кавказа, и что такими шагами они завоюют сердца северокавказцев. Вместе с тем их пугает и возможность разжигания здесь конфликта, так как они знают, что в него втянется весь Северный Кавказ. Поэтому стараются проводить процесс аннексии как можно менее болезненно для себя. Не исключаю, что в один прекрасный день нам скажут: или мир, или территориальная целостность.
Тот факт, что российский самолет хотел уничтожить радар, указывает, что в Москве допускают и возможность конфликта, и стараются выйти из этого конфликта с легкой победой. Потому, наверно, и хотели убрать наш радар. Но факт ведь и то, что цителубанский инцидент серьезно понизил имидж России. Правда, „кастрированная“ ОБСЕ сделала не вполне приемлемые заявления, но стало ясно, что таких провокаций со стороны России Запад уже не потерпит.

- Когда Россия идет на такие провокации и возражает против установки американских противоракетных систем в Восточной Европе — какой вам видится подтекст в ее заявлениях о готовности передать американцам действующую противоракетную станцию в Азербайджане?

Думаю, они заранее уверены, что американцы откажутся от этого предложения, поскольку она им ни к чему. Это, скорее, обманка, цель которой — заставить американцев отказаться от установки противоракетных систем в Восточной Европе. Не хочет Россия и сближения Грузии с НАТО. У нее сейчас несколько конкретных целей: смена власти в Грузии, проведение олимпиады в Сочи без проблем, преодоление связанных с Косовом моментов так, чтобы ничего не проиграть, и недопущение вступления Грузии в НАТО.
Мы получили исторический шанс стать современным, нормальным государством. Россия этому мешает — откровенно и бесстыдно. Но, благодаря политике той же России, а также тем определенным нашим достижениям, благодаря мирной политике, все больше стран встает на нашу сторону».

Российская официальная позиция отличается от грузинской кардинально. Во вторник Государственная дума собирается принять специальное заявление по Грузии. Как заявил накануне спикер нижней палаты Борис Грызлов, «ни у кого не вызывает сомнения, что в Грузии действует антидемократический режим». Председатель думского комитета по делам СНГ Андрей Кокошин, в свою очередь, пояснил: «Нас очень тревожит ситуация, складывающаяся в этой соседней стране, с которой нас связывают столетия особых отношений. Там усиливаются антидемократические тенденции, которые уже себя не раз проявляли в прошлом, особенно после так называемой „революции роз“, которая фактически была антиконституционным государственным переворотом.
Мы обращаем внимание на то, что Запад, в частности, госдепартамент США, фактически поощряет такую антиконституционную и антидемократическую политику грузинских властей, что, я считаю, ведет к дальнейшей дестабилизации обстановки в этой стране. Мы сейчас слышим и нарастание всякого рода воинственной риторики в отношении южно-осетинской и абхазской проблемы, что явно не способствует стабилизации обстановки в этом регионе и нормальному разрешению этих двух сложных, комплексных, многомерных проблем на цивилизованной основе».