Согласно последнему отчету международной организации Transparency International, в рейтинге коррумпированности Россия занимает 147-е место из 180, являясь более коррумпированным государством, чем Ливия, Гондурас и Руанда. Объем коррупции в России достигает ныне 15-20% ВВП, увеличившись за последние восемь лет в 7-10 раз.
К Международному дню борьбы с коррупцией, который отмечался совсем недавно, Transparency International составила мировой «индекс взяткодателей». В рейтинг вошли 22 страны, которые лидируют по объемам внешней торговли и иностранных инвестиций. Россия заняла в этом списке последнюю строчку, то есть ее граждане признаны наиболее склонными использовать взятки для продвижения своего бизнеса за рубежом.
«Честнее» России оказались страны с развивающейся экономикой - Бразилия, Индия и Китай. Наиболее свободными от взяточничества были признаны Бельгия и Канада. Рейтинг составлялся по результатам опроса свыше 2700 руководителей компаний, ведущих бизнес с указанными странами.
Несмотря на это, в российском законодательстве до сих пор отсутствует такой термин, как «коррупция», хотя каждый президент при вступлении в должность заявлял о борьбе с коррупцией как о своей приоритетной задаче. Вот и Дмитрий Медведев 19 мая текущего года подписал Указ «О мерах по противодействию коррупции». 31 июля был утвержден Национальный план противодействия коррупции. А в начале октября президент внес в Госдуму пакет из 4-х законопроектов, в том числе «О противодействии коррупции» и о внесении изменений в действующие законодательные акты в свете ратификации антикоррупционной конвенции Совета Европы.
В первом чтении эти законопроекты были рассмотрены в Госдуме 7 ноября 2008 г., на этой неделе депутаты намерены их рассмотреть во втором чтении, а до конца месяца, возможно и в третьем.
Госдума спешит принять эти законопроекты до конца года, чтобы... если вы подумали – чтобы засучив рукава, начать борьбу с коррупционерами, то глубоко ошибаетесь. Так как комитет Госдумы по конституционному законодательству и государственному строительству, завершивший подготовку к рассмотрению антикоррупционного пакета во втором чтении, никаких существенных поправок в тексты документов не внес.
Да и вообще, наиболее радикальные нормы всех четырех законопроектов по части антикоррупционного противодействия, по мысли депутатов, начнут работать только с 1 января 2010 года, а не вступят в силу тотчас после их одобрения Госдумой, Советом Федерации и подписи президента.
Формально это объясняется необходимостью подготовить к началу противодействия коррупции нормативную базу, которая кроме законов должна включать в себя президентские указы, постановления правительства и множество внутриведомственных, региональных и муниципальных актов. Автором поправок об отсрочках является глава комитета по конституционному законодательству Владимир Плигин.
В ходе подготовки президентского пакета ко второму чтению некоторые авторитетные депутаты начали настаивать на том, чтобы корректировки были сделаны минимальными. Так, первый зампред комитета по конституционному законодательству Александр Москалец заявил, что чем больше поправок, тем сложнее эти законы можно будет применять на практике. А значит, может быть поставлена под сомнение искренность власти, объявившей коррупции войну (?).
Другие депутаты выразили мнение, что сейчас, когда экономический кризис только начинается и неизвестно, чем и когда закончится, не ко времени затевать широкомасштабную кампанию, которая может привести к дезорганизации госаппарата.
Как известно, поправки предлагалось внести в федеральный конституционный закон «О правительстве РФ». Они предусматривают изменение порядка сообщения сведений об имуществе членов правительства, а также их супругов и несовершеннолетних детей. Предполагалось, в том числе, указывать сведения о полученных ими доходах. Однако семейный круг декларантов ко второму чтению расширен так и не был.
Поначалу депутаты решили, что совершеннолетние дети, находящиеся на иждивении родителей, тоже должны декларироваться. Но потом от этой идеи отказались, оставив под статьей закона только несовершеннолетних отпрысков. А что касается членов правительства, судей, прокуроров, то никто из них не станет мучиться над декларациями о своих доходах до 1 января 2010 года.
Не будут в скором времени применяться и другие ограничительные нормы. Так, одним из положений основного законопроекта предусматривалось обязать каждого государственного или муниципального служащего, узнавшего, что его коллега или сосед имеет какое-то отношение к коррупционным действиям, официально уведомить об этом своего руководителя. Однако после поправок необходимость для чиновников «стучать» на коллег отпала. Согласно законопроекту, рассказывать следует только о тех, где фигурируют они сами.
Поправка, касающаяся подарков, и вовсе смешна. Первоначально президент предлагал запретить дарения на сумму более 5 тыс. руб. Но депутаты решили, что и им самим, и чиновникам в исполнительной и судебных властях и 3 тыс. будет достаточно. Именно данная поправка сейчас и будет преподноситься общественности как одна из кардинальных. И она-то как раз и вступит в силу, видимо, уже в январе будущего года.
В законопроектах президента также были усилены санкции за злоупотребление полномочиями должностных лиц и за коммерческий подкуп. Причем ответственность за это предполагалась не только в отношении государственных служащих, но и представителей коммерческих организаций.
Однако теперь нормы по усилению контроля за структурой собственности организаций, причастных к коррупционным правонарушениям, нет. По словам оперативника центрального аппарата МВД, эта норма была вызвана к жизни тем, что со многими депутатами и чиновниками расплата давно идет долями в компаниях или акциями.
Также предлагалось упростить порядок привлечения к уголовной ответственности членов Совета Федерации, депутатов Госдумы, судей и других категорий лиц, в отношении которых сейчас действует особый порядок производства по уголовным делам. Депутаты исключили и эту инициативу Медведева, хотя организация по борьбе с коррупцией Совета Европы 5 декабря напомнила России, что нужно сократить число категорий лиц с иммунитетом.
По мнению экспертов, отказ от снятия иммунитета препятствует борьбе с коррупцией среди высокопоставленных чиновников, а это самый опасный ее вид.
Однако Александр Москалец заявил, что «сокращение иммунитета - не предмет данного законодательного пакета», так как с должностных лиц, лишившихся иммунитета, спрашивать будет сложнее - вместе с тем может исчезнуть и их ответственность. Что касается пункта о доносительстве, то достаточно и существующих норм, считает он.
При этом Москалец говорит, что он на стороне президента, но оказалось, что президент выдвинул идеи, которые ни общество, ни органы управления не готовы понять и претворить в жизнь.
Неудивительно, что гаранта конституции такое поведение депутатов возмутило. Во вторник Дмитрий Медведев собрал руководителей собственной администрации, чтобы выразить недовольство ситуацией, сложившейся вокруг его антикоррупционного законопроекта. «Я хочу, чтобы все, о чем договаривались, и что содержится в моих предложениях, осталось неизменным, за исключением тех позиций, о которых была договоренность с руководством Государственной Думы», – заявил президент. «Все должно остаться в неизменном виде, так как это результат большой экспертной работы», – добавил Медведев.
Договоренности, о которых упомянул президент, касаются следователей и Следственного комитета при прокуратуре: для них отменяется особый порядок привлечения к уголовной ответственности – как и для депутатов, сенаторов, прокуроров и судей. Другие поправки носят чисто декларативный характер: среди них числится уже упоминавшееся снижение «подарочного» порога.
Как можно оценить сложившуюся ситуацию? Отвечая на этот вопрос МиК, Елена Панфилова, директор центра антикоррупционных инициатив Transparency International Russia, отметила:
- Я так понимаю, что есть значительное число людей, которым вся эта борьба с коррупцией как кость поперек горла. И соответственно, чем она мягче, чем беззубее, тем оно лучше. С другой стороны, есть люди, которые понимают, что наше законодательство совершенно не подготовлено к принятию очень многих мер, которые там есть. Возьмем для начала декларирование. Декларацию объявить можно, но кто будет проверять? Как это будет работать? Какие методики будут применяться?
Также очень многие другие инициативы, которые предлагаются в законопроекте, реально не обеспечены ни пониманием, ни методиками. Но тогда возникает вопрос: а если об этой проблеме все знали заранее, то зачем они вообще весь огород городили? Зачем обещали людям, что все появится в 2009 году?
Тем более что и президент делал публичные заявления о том, что Россия должна войти в 2009 год с антикоррупционным законодательством. И теперь выходит, что все это откладывается и откладывается. А мы все прекрасно знаем, что если у нас в стране что-нибудь откладывается, то это может отложиться навсегда.
Но принимать законы, которые не снабжены методиками, не имеет смысла. Тогда их лучше уж вообще не принимать, потому что в спешке напринимать плохого очень легко. И у меня тогда возникает разумный вопрос: если сейчас они собираются этот пакет принимать во втором чтении, чтобы эти законы заработали только в 2010 году, и мотивируют это тем, что законодательство к этому не готово, почему бы это вообще не отложить?
Отложите все на полгода, подготовьте методики, примите эти законы в ходе весенней сессии. Но только не надо принимать что-то, что воспринимается как не вполне качественное, и откладывать реализацию законов на год – мне это представляется довольно серьезной стратегической ошибкой.
Потому что граждане и так не с очень высоким уровнем доверия относятся к тем антикоррупционным инициативам, которые сейчас были объявлены. А если они в очередной раз уйдут в разговоры, в какие-то будущие планы и не воплотятся во что-то реальное, то никакой общественной поддержки противодействию коррупции в будущем просто не будет!
- Некоторые участники этого процесса мотивируют решение отложить разработку механизмов реализации законопроектов тем, что в стране кризис, и не надо лишний раз дестабилизировать обстановку.
Кризис здесь совершенно не причем, и не надо с больной головы перекладывать на здоровую. У нас в стране кризис не только и не столько из-за мирового финансового кризиса, а в том числе, из-за коррупции и неэффективности управления. И когда, как не в связи с кризисом отлаживать административную антикоррупционную систему мер?
Более того, в период кризиса государству приходится делать платежи, переводить большие суммы банкам, отдельным предприятиям и отраслям экономики для антикризисного поддержания. И все эти суммы, их предоставление, также могут стать объектом коррупционных деяний и тем более, в период кризиса надо каждую копеечку беречь и за каждой копеечкой присматривать.
Так что все эти разговоры, что кризис надо переждать и не разрабатывать эти меры сейчас – от лукавого, и утверждения о том, что мы сначала кризис поборем, а потом будем бороться с коррупцией - ложные. На фоне бесконтрольного преодоления кризиса коррупция может вырасти еще больше!
- А как Вы думаете, почему - если сравнить все заявления Медведева на антикоррупционную тему, его выступления перед судейским сообществом, в честь 15-летия принятия конституции, его многие призывы, которые носят либеральный характер и показывают, что он понимает все несовершенство судебной системы и других ветвей власти, с тем, что в стране происходит реально: антикоррупционные механизмы не разрабатываются, принимаются поправки в законы, ущемляющие конституционные права граждан и т.д. - получается так, что президент говорит одно, а органы власти, законодательные и исполнительные, делают совсем другое? Свидетельствует ли это о том, что президент не свободен в принятии решений и не имеет возможности на этот процесс каким-то образом повлиять?
Я лишь могу подтвердить, что это действительно так. Я не вхожа в эти высокие кабинеты, но я должна сказать, что, к сожалению, то, что говорит президент и то, что в дальнейшем делает законодательная и исполнительная власть, очень часто не похоже друг на друга.
Действительно, заявления президента и то, во что они реализуются либо в Думе, либо в правительстве, зачастую просто как бы выдержаны в одной теме, но при этом отражают совершенно разные точки зрения и предлагают разные подходы. И я не знаю, объясняется ли это только степенью свободы или несвободы, или какими-то другими самыми разными договоренностями или иными причинами, которые мы не можем ни понять, ни отследить.
Я могу просто отметить, то есть такая проблема. И с точки зрения нашей темы – противодействия коррупции – это крайне печально, потому что без твердой и жесткой политической воли реальной борьбы с коррупцией в стране не будет.
Потому что эти люди, которым эта борьба с коррупцией вообще не нужна, или если нужна, то только в риторической форме, без серьезных инструментов и в такой ситуации, когда нет политической воли, могут изобрести тысячу и один аргумент, почему нам сейчас не нужна борьба с коррупцией. Это может быть кризис, это может быть снег, туман, лето, очень плохие прогнозы по урожаю. Всегда могут быть найдены причины, чтобы ничего не делать. И без сильной политической воли так оно и будет.
- И опереться президенту не на кого в этой ситуации?
Я не очень владею ситуацией по поводу того, что у него с точками опоры.