Молдова занимает 81 место среди 163 стран в индексе восприятия коррупции, опубликованном международной организацией «Transparency International». В этом сообщении заключены две новости, одна хорошая, другая — не очень.
Начнем с нехорошей: по уровню коррупции мы на одном уровне с Марокко, государством
Хорошую новость мы обнаружим, если вспомним, что все познается в сравнении. Пессимисты, воспрянувшие при слове «Лесото», могут успокоиться: на самом деле все не так мрачно, как они надеются.
Во-первых,
Во-вторых,
Огласим весь список. Выглядит этот рейтинг в его «постсоветской части» так: 81 место — Молдова, 94 — Армения, 100 — Грузия, 104 — Украина, 113 — Казахстан, 127 — Россия, 130 — Азербайджан, 145 — Киргизия, 149 — Таджикистан, 150 — Туркменистан, 151 — Белоруссия, 155 — Узбекистан.
На этом фоне соседство с Лесото не выглядит таким уж непрезентабельным. В конце концов Россия, с которой в последнее время у нас связано большинство бед и радостей, тоже попала в компанию, мягко говоря, не супердержав. Россия в этом году оказалась в одном ряду с Гондурасом, Непалом и Филиппинами. В конце концов, «Гондурас» (спасибо юмористу Владимиру Вишневскому, который придумал одностишие «Не ту страну назвали Гондурасом:»), звучит гораздо смешнее, чем «Лесото».
Да, кстати: мы «сделали» Румынию, которая все последние годы яростно боролась с коррупцией, чтобы успеть на последний поезд в Евросоюз. Мы боролись лучше: у румын всего лишь
На первом месте с самым низким уровнем восприятия коррупции стоят Финляндия, Исландия и Новая Зеландия. В первую «антикоррупционную десятку» вошли также Дания, Швеция, Швейцария, Норвегия и другие страны Западной Европы. Среди неевропейских стран, попавших в
Для справки:
Индекс восприятия коррупции отражает оценку уровня коррупции предпринимателями и аналитиками. Чем ниже место, тем выше ощущение коррумпированности в стране.
Что такого случилось в стране, что у нас так успешно пошла борьба с коррупцией? Директор «Transparency International Moldova» Лилия Каращук, считает, что причины здесь три. Первая — улучшились законы, вторая — государство активнее сотрудничает с гражданским обществом и третья — прошел ряд громких процессов над коррупционерами.
На наш взгляд, третья причина вполне заслуживает того, чтобы стать первой. В конце концов, история свидетельствует, что публичные казни всегда были не только популярным народным развлечением, но и мощным стимулом упрочения законности и правопорядка. Не то чтобы мы тут были кровожадны. Просто коррупция надоела. Всерьез мешает жить.
Александр Исаев