Изменится ли Туркменистан?

Ситуация в соседнем Туркменистане продолжает оставаться достаточно неопределенной в глазах всего мирового сообщества. И особенное беспокойство международных наблюдателей вызывает то обстоятельство, что до выборов нового президента остается меньше месяца (11 февраля), а будущие внешнеполитические приоритеты этой страны все еще весьма туманны. Вполне очевидно, что этого не пришлось бы наблюдать, не обладай Туркменистан богатыми запасами природных энергоресурсов.
Заявление основного претендента на высший пост в Туркменистане Гурбангулы Бердымухамедова относительно сохранения нейтралитета и преемственности несколько охладило пыл тех, кто спал и видел себя сидящим на трубе туркменского газа, пишет РИА «Новости». Впрочем, это отнюдь не означает, что попыток изменить ход событий в нужном направлении не будет. Туркменистан привлекает многих игроков, прежде всего как страна, богатая запасами углеводорода. Но если одних Туркменистан интересует как потребителей, то других — как рычаг давления на этих потребителей. Отсюда и разные подходы к газовой теме: кому-то выгодно сохранить в этом деле статус-кво, кто- то выступает за диверсификацию экспорта газа, предлагая строительство альтернативных газопроводов: Транскаспийский — через Азербайджан в Европу, через Узбекистан и Афганистан — в Пакистан, газопровод Туркменистан-Китай.
Неслучайно в последнее время Еврокомиссия призывает реформировать Европейскую энергетическую политику и обращает свой взор на этот регион в поисках новых источников для своей энергетической безопасности. После отказа Москвы ратифицировать Энергетическую хартию ЕС, смена руководства Туркменистана дает хороший шанс сделать большой шаг на пути диверсификации поставок энергоносителей на европейский рынок. Естественно, ЕС не может оставаться пассивным наблюдателем за ходом предвыборной кампании в Туркменистане.
Примечателен и тот факт, что и и.о. президента Г.Бердымухамедов, и другой кандидат в президенты — первый заместитель хякима (главы администрации) Дашогузского велаята Аманяз Атаджыков — выступают за сохранение нейтралитета Туркменистана. Но преемственность в этой сфере вовсе не означает, что все сохранится, как есть. У властей Туркменистана непростые отношения с соседними странами, что накладывает определенный отпечаток на безопасность региона в целом.
С этой точки зрения осторожная позиция руководства Узбекистана и Азербайджана выглядит вполне логичной. Они не хотят раскачивать лодку взаимоотношений в период президентской гонки в Туркменистане какими-то громкими заявлениями или же практическими шагами. Чего не скажешь, к примеру, о властях США, которые выражают готовность к сотрудничеству с новым руководством Туркменистана, если оно пойдет им навстречу. Не секрет, что их больше всего заботят «варианты экспорта», которые могут выбрать последователи Туркменбаши. В Америке прекрасно знают о том, что такие крупные игроки, как Россия, Китай, или Индия тоже не будут сидеть сложа руки. В то же время соседнему Ирану не хотелось бы, чтобы круг проамериканских стран замкнулся вокруг его границ.
В любом случае до выборов президента Туркменистана остается меньше месяца, и многие с нетерпением ждут их результатов. Азербайджан в этой ситуации является скорее сторонником прозападной ориентации будущего руководства Туркменистана, поскольку это позволило бы реализовать идею Транскаспийского газопровода. То есть, с одной стороны, иметь прямую материальную выгоду, а с другой — еще более приблизиться к стратегическому партнеру Европейскому Союзу.
Интересно, что думают в Азербайджане относительно того, как реально будут обстоять дела в соседней стране после выборов, и изменятся ли до сих пор непростые отношения между нашей страной и официальным Ашгабатом. Бывший дипломат, политолог Расим Агаев полагает, что во время выборов в Туркменистане власть перейдет в руки людей, близких Туркменбаши.
«Я думаю, что в обозримом будущем Ирану мало что светит в Туркменистане, потому что это все-таки тюрки. Тегерану вряд ли удастся усилить свой контроль над этим регионом, тем более что у него и своих проблем хватает. Речь идет о том, удастся ли России вернуть там свои прежние позиции, которые Туркменбаши в свое время минимизировал. Москва сохраняет здесь большие шансы, чем Запад. И также неплохи позиции Китая с Пакистаном. Эти два центра силы могут усилить свое влияние в регионе. С Западом у Туркменистана отношения не очень близкие и доверительные. Туркменбаши хоть и побаивался России, но все-таки считал ее знакомой для себя политической величиной. И эти фобии и пристрастия будут сохраняться. Конечно, у Запада есть большой козырь в виде Транскаспийского трубопровода, но у РФ есть свои контрдоводы, и вряд ли она упустит свой шанс».
«С Азербайджаном у Ашгабата, я думаю, все останется примерно на тех же позициях, — говорит эксперт. — Наша дипломатия могла бы активизироваться на туркменском направлении, но недостаточно одних лишь улыбок и визитов, нужна концептуальная точка зрения, которая все- таки подкрепила бы дружеские намерения. Со стороны Баку я такого пока не вижу. При всей схожести политических систем наших стран, все-таки азербайджанцы привыкли относиться к туркменам несколько свысока. Это мешает, нужно все-таки исходить из того, что мы имеем дело с независимым государством. Кроме того, надо не забывать, что за исключением Грузии, Азербайджан на сегодня находится фактически во враждебном окружении. Лишний союзник нам бы не помешал, и Туркменистан мог бы стать им. Хотя сначала для этого надо, конечно, окончательно разобраться с морским нефтяным хозяйством, которое мы никак не можем поделить».

Р.Оруджев