Армения: сельский труд у линии фронта

Только рассвело, а Аршалуйс Арсенян уже на ногах. Она открывает клапаны водопроводных труб и пускает воду на засеянные пшеницей поля. Работать ей приходится под бдительным присмотром солдат с установленного тут же армянского сторожевого поста — по другую сторону полей, совсем близко от них располагаются азербайджанские войска.
«Девяносто процентов сельских угодий расположено за нашими постами. Когда сельчане спускаются возделывать землю, мы отправляем с ними солдат, так как позиции противника настолько близки, что они могут спуститься и взять в плен работающего в поле крестьянина», — сказал командир дислоцированной в селе военной части Вачик Кроян.
Село Хачик, в котором живет Арсенян, находится на армяно-азербайджанской границе, всего в нескольких километрах от азербайджанских сел Нижний Яйчи и Верхний Яйчи. Расстояние до ближайших армянских поселений составляет почти тридцать километров.
Жители Хачика привыкли работать в условиях направленных друг против друга автоматов. Это продолжается тринадцать лет — с тех пор, как завершилась вооруженная фаза армяно-азербайджанского конфликта из-за Нагорного Карабаха. После той войны регион остается в руках местных этнических армян, но окончательное урегулирование конфликта все еще не достигнуто.
Несмотря на подписанное еще в 1994 году соглашение о прекращении огня, часто через границу летают пули, и надеяться на достижение мирного решения в ближайшем будущем пока не приходится. Село живет в постоянном напряжении, хотя с самого окончания войны здесь не было убито или ранено ни одного человека.
Пахотные угодья села находятся на границе двух стран. Местные жители пересекают небольшой холм на окраине Хачика и оказываются в открытом поле, дальний конец которого граничит с азербайджанским регионом Нахичеваном.
Во время карабахской войны здесь шли бои. Случалось, село подвергалось и бомбардировкам. Многие дома были разрушены, не обошлось и без человеческих жертв.
«Как-то во время войны азербайджанцы зашли к нам в тыл, и во время боя один из них погиб, — рассказывает сельский глава Вачаган Погосян. — Был сезон сенокоса, и наши вернули им тело с условием, что те не будут стрелять в течение недели и позволят нам собрать урожай».
Стрельба регулярно слышится на разных участках границы, при этом стороны обвиняет друг друга в нарушении перемирия.
«Нарушения режима прекращения огня не носят постоянный характер, — утверждает пресс-секретарь министра оборона Армении Сейран Шахсуварян. — Часто азербайджанская сторона распространяет дезинформацию. Хотя, конечно, инциденты случаются. В 2007 году от выстрела азербайджанского снайпера погибло два гражданских лица».
Жителям Хачика повезло: ни один из них не был убит или ранен с тех пор, как было подписано соглашение о перемирии. По словам сельчан, перестрелки через границу здесь случаются крайне редко.
«Но все равно мы работаем в страхе. Страх неизбежен. Никогда не знаешь, что может натворить дурак. Могут и выстрелить, нельзя недооценивать противника», — сказал Рафик Петросян, работавший на поле.
«Солдаты находятся в поле, но что они смогут сделать, если нападут турки [так традиционно армяне называют азербайджанцев]? Те просто убьют нас, вот и все».
И сельчане стараются не рисковать. В знаменательные для одной или другой стороны дни они, как правило, остаются дома.
«Когда у них праздник — Байрам или еще что-нибудь подобное, мы не выходим на поля. И в памятные для нас дни — во время праздника Независимости или в день Геноцида, в поле никто не работает. Даже если кто-то захочет пойти туда, военные не позволят», — сказал один пожилой крестьянин.
Хачик отрезан от других армянских сел — до ближайшего из них 29 километров.
«Если не возделывать земли, нашим крестьянам будет очень трудно здесь прожить. Мы живем земледелием и разведением скота. До 2000 года на заработки из села уезжали немногие, однако, сейчас село покидают все, кто может», — сказал сельский глава Вачаган Погосян.
«Село изолировано, мы не можем продавать свои продукты. Надо потратить четыре-пять тысяч драмов (10–15 долларов США), чтобы доехать до ближайшего города Ехегнадзора. Это немалая сумма, и в результате мы выручаем очень мало денег», — сказала Аршалуйс Арсенян.
В летние месяцы молодые жители Хачика работают на соседней каменоломне. Один из них — 25-летний Володя Мкртчян.
«Работа очень тяжелая, опасная для здоровья, и главное — это временно: четыре-пять месяцев в году», — сказал он.
Свободное время Володя проводит с друзьями перед телевизором. Войны он почти не помнит, но знает точно: там — за полями — находятся враги.
«Мы хотим мира, чтобы мы могли спокойно возделывать землю, но это не значит, что мы готовы общаться с азербайджанцами. Пока шрамы не исчезнут, напряжение никуда не денется», — сказал он.
Но мать Володи Седа помнит, как в советское время они дружили с азербайджанцами из соседних сел.
"Они приезжали, привозили свои товары, оставались в наших домах, а мы ехали к ним, у нас были хорошие отношения. Так что, если люди «наверху» поймут друг друга, простые люди будут ладить друг с другом", — сказала она.

Гегам Варданян, журналист и редактор «Интерньюс», участник проекта IWPR «Общекавказская журналистская сеть», осуществляемого при поддержке Евросоюза.