Казахский вклад в улучшение понимания Ислама Западом:

Прилетели на Луну американец, русский и казах. Берет их Бог за шиворот и спрашивает американца: «Зачем прилетел?» «Ракетные базы строить, сэр». Русский: «Целину поднимать…» К казаху: «А ты зачем сюда притащился?!» А казах в ответ: «Жай ашейiн… Таныс бiреу-мiреу кездесiп калама деп келiп едiм…» («Да так… Думал, может кого-нибудь из знакомых встречу…»).
Этот популярный нынче анекдот про казаха, ищущего свои корни даже на Луне, точно отражает то, что происходит сегодня в развитии историографии в Казахстане.
В 2002 году известный «ученый» из Жамбыла Амантай Айзахметов выдвинул версию, что Крито-микенская и Троянская цивилизации были казахскими. Айзахметов на основе новых археологических, лингвистических, этнонимических данных о малоизученных древних морских народах Крита, Микен и Трои, языки которых считаются мертвыми, сделал вывод, что они являлись прототюркскими народностями.
По логике Айзахметова получается, что нынешние казахи, этногенез которых также имеет отношение к тюркским племенам, являются потомками основателей цивилизации, которая почти на целое тысячелетие древнее Древнего Египта. Восторженные таким открытием казахстанские СМИ объявили, что в своей книге «Колыбель царей человечества» Айзахметову удалось с помощью современного казахского языка прочитать не поддававшиеся ранее дешифровке древнейшие тексты этеокипрской и этрусской письменности. Таким образом, получается, что Агамемнон был казахом, поскольку, с точки зрения казахского языка, его имя звучит как «Аға мемнің», то есть — «старший брат», а Ахилл становится «акей уя улы», что означает «сын народа ахея». Это не история казахского народа, а какая-то ахинея. И если это не так, то новое прочтение и толкование по-казахски Илиады дает основание считать, что казахские корни можно обнаружить и в Скандинавии (варяги — «бөри ағын», т.е. «волки течений»), Испании (Испания — «Ас пана уя» или «страна-убежище племени асов»), Латинской Америке (Эльдорадо — «Ел төр ата — страна отца царей») и дойти дальше прямо до цивилизации Майя и Инков.
Как отмечают эксперты, нынешние концептуальные неразберихи или крайности в Казахстане объясняются не тем, что через его территорию некогда перекочевали несколько племен, а тем, что в настоящее время в республике изучение проблем истории, а также вопроса «казахи и ислам» нарушает научную историографическую традицию.
Так, множество появившихся в стране псевдоисследований, так или иначе касающихся этих тем, весьма далеки от принципов научности и носят пропагандистский характер. К ним можно отнести работы К.Даниярова, А.Айзахметова, К.Шулембаева, Ш. Амантурлина, О. Сегизбаева, К. Бейсембиева и ряда других исследователей.
Вместе с тем, никто из казахов не станет отрицать, что выдающийся казахский ученый Чокан Валиханов является авторитетом в области истории, историографии и этногенеза казахского народа. Сейчас, в угоду политической конъюнктуре, в стране наблюдаются попытки перевернуть исторические реалии прошлого. Вместе с тем, в фундаментальной науке любого плана, будь-то это естественные или гуманитарные науки, есть принцип, по которому определяется достоверность выводов проведенного исследования. И если кто-то доказал что-то, используя научно обоснованную методику, то его оценки и выводы считаются «истиной в последней инстанции» и останутся таковыми, пока не будут опровергнуты таким же научным путем. Никто этого принципа пока не отменял. Научные труды ученых по истории и этнографии народов Центральной Азии, таких как Ибн Халдун, Рашид-ад-Дин, В.Бартольд, Ч.Валиханов, Г.Толстой, Л.Гумилев, А.Якубовский, Б.Греков, К.Аспандияров, являются фундаментальными работами, выводы которых были сделаны на основе изучения огромного пласта исторических материалов. Признанные ученые максимально стремились к объективности в изучении ислама и духовной культуры тюркских народов. А то, что мы сегодня имеем, это политический заказ казахстанских «Лысенко». То, что предками казахов были Аттила, Чингизхан, мамлюкский Султан Бейбарс и их потомки, с порога отметается, как нестоящие внимания.
Дилетантство в современной историографии Казахстана доходит до такой степени, что официальные лица, уже не задумываясь, заявляют разную чушь. Так, некоторые депутаты Мажилиса предлагают поменять даже название страны. По их мнению, «стан» в топониме «Казахстан» якобы не отвечает нынешнему развитию государства и портит его имидж перед другими странами (наверное, имеется в виду Запад). Поскольку окончание «стан» ассоциируется с Афганистаном, Пакистаном и другими исламскими странами, где не все спокойно, постольку его надо скорее заменить, например, на «Казахия». Полнейший нигилизм! И как после таких заявлений «Казахии» развивать сотрудничество с Востоком?
Вместе с тем, недавно, используя берлинскую трибуну Европейского Союза, министр иностранных дел Казахстана Марат Тажин пригласил европейцев в Астану для участия в 2008 году в работе конференции на тему: «Ислам и западный мир». Само проведение такой конференции на широком международном уровне говорит о том, что власти серьезно принялись за создание нового образа, а точнее «пиар»- элемента во внешней политике Казахстана. Он направлен на формирование общественного мнения за рубежом о Казахстане как прогрессивной мусульманской стране, которая не должна отныне  рассматриваться в качестве периферии исламской цивилизации.
Так, года полтора тому назад в Астане британский архитектор построил Дворец согласия и мира — ультрасовременную «мечеть», копирующую форму египетской пирамиды, к тому же с оперным залом. Сочетание прямо-таки уникальное. Более того, пирамида должна стать святым местом и для христиан, иудеев, буддистов, а также ущемляющихся в настоящее время в правах кришнаитов Казахстана. Следовательно, создан своеобразный «микс» традиций и религий под треугольной сферой гробницы древних фараонов- язычников. А в начале июля на левобережье реки Ишим президент Назарбаев открыл парк исторических скульптур, где возведена входная арка в стиле тенгрианского импрессионизма. Исламом здесь и не пахнет. Как сказал авторитетный российский историк-искусствовед М.Голерик, до этого можно додуматься и реализовать только в Казахстане.
Возвращаясь к вопросу проведения международной конференции, хотелось бы узнать, кого же из себя хочет изобразить президент Казахстана, и какую сторону он хочет представлять на этой  конференции? К Западу он не имеет никакого отношения, также как почти не имеет никакого отношения к исламскому миру, а в посредники между ними явно не годится. Никто в исламском мире не уполномочивал Назарбаева говорить от имени мусульман, западный мир также не давал ему таких полномочий. Идея проведения этой конференции, озвученная Тажином в Берлине, прежде всего, должна помочь руководству Казахстана всегда оставаться «на плаву». Таким образом, в Казахстане имеет место псевдо-бурная деятельность на ниве религии.
Даже короткое знакомство с Казахстаном убеждает человека в том, что ислам здесь никогда не воспринимался кочевым народом всерьез и представлял некую смесь с местными языческими религиями, в основном с тенгрианством. Ссылаясь на научные труды известных казахских историков, мы можем с уверенностью говорить о поверхностном восприятии ислама кочевниками. Вот почему «ислам по-казахски» не является тем мусульманством в ортодоксальном его понимании, а в отношении казахов раньше часто употреблялось выражение «тоғыз қайтқан», т.е. те, которые девять раз принимали ислам и столько же отрекались от него.
Исторически это объясняется тем, что на территорию Центральной Азии ислам начал проникать во второй половине VII века. В то же время, история свидетельствует, что целенаправленная пропаганда ислама среди кочевников началась при золотоордынском хане Берке (1255–1266) и усилилась при Узбеке (1312–1340). А деятельность Ходжа Ахмада Ясави, основателя суфийского ордена Ясавия из города Сайрама (Исфиджаба) повлияла на распространение ислама среди кочевого тюркского населения Южного Казахстана. Однако уклад жизни казахов стал одной из основных причин, которые не способствовали окончательному укреплению ислама в качестве верования казахов вплоть до ХIX века, когда начали происходить изменения в жизни народа в связи с постепенным переходом основной его части к оседлому образу хозяйствования в составе России. Широкое хождение имеет известное суждение на этот счет Чокана Валиханова. К этому времени относится начало строительства мечетей и формирование корпуса духовных служителей из татар, назначенных российской стороной. Чтобы стать своими людьми в степи, многие муллы-татары женились на казашках. Об этом Валиханов писал так: «Под влиянием татарских мул народность наша все более и более принимает общемусульманский тип». Проводниками ислама выступали также миссионеры из Бухары, Самарканда, Ташкента, Хивы, Туркестана.
Как отмечают ученые, запоздавший на несколько столетий процесс обращения казахов в мусульманство объясняет то, что в Казахстане одновременно сохраняются весьма живучие черты прежних верований: шаманизма и тенгрианства, своеобразных течений пантеизма, для которых было характерно поклонение Богу-Солнцу и Богу-Небу.
Наличие этих и других неоспоримых фактов о развитии ислама в регионе, вкупе со стремлением Астаны всучить всем фальшивую монету под названием «исламская цивилизация развивалась именно в Казахстане», показывает, что для самого Назарбаева вопрос истории и религии казахов глубоко безразличен. Но он представляет большой интерес для казахского руководства в качестве очередного инструмента для «пиара» своих «успехов» в управлении страной. Таким образом, как последствие такой политики развития культуры и духовности казахского народа, в его истории появляется очередной ложный след, от которого потом будет трудно избавиться.

Рашид Абдулло