Кризис на пользу

Интересная ситуация сложилась в Казахстане. Хлеб дорожает, у банков проблемы с ликвидностью, международные рейтинговые агентства понижают рейтинг Казахстана, а виноваты в этом СМИ. По крайней мере, так аргументируют ситуацию иные банкиры. Никак не собственными ошибками, а лишь лихоимством борзописцев. Только чем объяснить намерение правительства Казахстана выделить миллиарды долларов банкам для преодоления несуществующего кризиса?
В начале прошлой недели международное рейтинговое агентство Standard & Poor’s понизило суверенный рейтинг Казахстана: рейтинг обязательств страны в иностранной валюте был снижен с ВВВ до ВВВ-, самой низкой ступени инвестиционного уровня. (Standard & Poor’s — одно из трех влиятельных рейтинговых агентств мира, имеет репутацию самого консервативного из троицы). Вслед за этим Fitch Ratings снизило долгосрочные рейтинги Банка Развития Казахстана, БТА, Народного банка и Казкома с «Позитивного» на «Стабильный».
При этом оба агентства прогнозируют снижение темпов экономического роста в Казахстане на следующий год. Например, эксперты S&P считают, что они снизятся с 9–10 процентов роста ВВП в годовом исчислении в 2007 году до 6–8 процентов.
Особый взгляд на ситуацию у президента страны: «Такой рост, самые лучшие темпы роста в мире, банковская система устойчива, но снижают рейтинги. А наши банкиры, наши специалисты не удосужились поработать с экспертами и показать обратное, что нет никакого ухудшения состояния дел», — заявил Нурсултан Назарбаев.
При этом Нацбанком банкам второго уровня на поддержание краткосрочной ликвидности было направлено в августе порядка 10 миллиардов долларов, в сентябре — около 8 миллиардов долларов.
Теперь уже правительство выделяет этим же банкам 4 миллиарда долларов для поддержания их ликвидности. По словам президента страны, это требуется для того, чтобы «не остановить строительство Астаны, защитить дольщиков и не остановить кредитование малого и среднего бизнеса, направленное на выполнение индустриальной программы». Причем, как было заявлено, «правительство продиктует, на что деньги должны быть направлены».
Правительство, подумав 4 дня, отрапортовало, что изыскало 155,7 миллиарда тенге (1,276 миллиарда долларов) в расходной части бюджета, дабы направить их на «реализацию первоочередных мер по обеспечению стабильности социально-экономического развития страны». Эти средства будут выделены АО «Казахстанская ипотечная компания» (20,5 миллиарда тенге, из них 12 миллиардов в виде кредитования на финансирование жилищного строительства), АО «Казахстанский фонд гарантирования ипотечных кредитов» (1 миллиард тенге), АО "Национальный научно-технологический холдинг «Самгау» (12,2 миллиарда), АО "ФУР «Казына» (122 миллиарда). Последним двум средства выделяются в том числе и для исполнения поручений президента по выкупу акций казахстанских компаний на международных фондовых биржах. «Вот посмотрим, как он (рейтинг казахстанских компаний. — „НП“) упадет», — заявил Нурсултан Назарбаев, давая поручение. Поскольку, как объяснил глава государства, рейтинговая оценка — это «игра специальных компаний для понижения, а потом — выкупа».
На Лондонской фондовой бирже торгуются акции Казкоммерцбанка, Халык банка и Альянс Банка, а также не затронутые кризисом ликвидности бумаги «Казахмыса», «КазМунайГаза» , KazakhGold и ряда других компаний. Количество акций в свободном обращении трех казахстанских банков, торгующихся на Лондонской фондовой бирже, — менее 4 миллиардов долларов. Капитализация 13 казахстанских компаний, торгующихся на мировых биржевых площадках, составляет почти 51 миллиард долларов.
Институты должны направить средства на поддержание банков, у которых, как уже говорилось выше, «проблем нет»: для дополнительного фондирования через КИК и КФГИК системы ипотечного кредитования, что позволит в первоочередном порядке защитить права дольщиков по ряду строящихся объектов, и поддержки через институты развития системы кредитования малого и среднего бизнеса и перспективных инвестиционных проектов в приоритетных секторах. Причем все это будет происходить на фоне уменьшения правительственного заимствования — дефицит бюджета нынешнего года сокращен на 41,5 миллиарда тенге.
При этом правительство выражает надежду, что на следующий год рейтинговые агентства пересмотрят свои позиции в отношении оценки Казахстана. Особенно с учетом того, что, как говорят, правительство намерено всерьез заняться повышением «положительного имиджа» нашей страны в глазах иностранных инвесторов. Как можно будет это сделать через «нерадивые» СМИ, пока не известно.
С любой стороны, суверенный рейтинг — это важно. Тем более что в господдержке кроме стабилизационных составляющих есть и чисто рыночные плюсы для страны. В первую очередь это связано с тем, что бюджетные средства вкладываются в живую сферу: государство кредитует банки, банки кредитуют строительство, где деньги быстро «отбиваются» и возвращаются с процентами тому же правительству в достаточно короткие сроки.
Есть и экономико-политическая составляющая. Понижение процентов ежегодного прироста ВВП даже на 1 процент негативно оценивается на мировых финансовых рынках. Кроме того, снижение темпов развития самой быстроразвивающейся отрасли страны — строительной — приведет и к негативным социальным последствиям. В последнее время благодаря всплеску строительной индустрии были созданы тысячи рабочих мест. Торможение же этой сферы приведет к сокращению кадровой потребности. И, как следствие, росту безработицы и социальному напряжению.
Несложно представить, что будет, если еще месяца три не выплачивать сотням тысяч строителей зарплату. Особенно учитывая, что большинство из них снимают квартиры.
Митинги, демонстрации, погромы.
Сейчас, после поручения президента по выкупу части активов, размещенных за рубежом, в Лондоне могут быть выкуплены акции 4 крупных банков. Аналогичная схема возможна и внутри страны — с банками, которым кредиты государства не «пойдут на ум». Именно в этот момент (то есть не дожидаясь состояния банкротства, но в период снижения банковских котировок) акционером банков и сможет стать само государство. И именно через «свои» банки оно сможет прогонять выделенные средства. В этом случае государству было бы легче отследить движение капиталов. Кроме того, велся бы четкий мониторинг за кредитованием банков из-за рубежа, что помогло бы избежать в будущем аналогичных нынешним последствий. Со стабилизацией же ситуации на мировых финансовых рынках правительство могло бы с достаточной выгодой «скинуть» акции этих банков.
Хотя, с другой стороны, возможен и другой вариант: Банк Развития будет перекупать долги строительных компаний у банков второго уровня. Но в этом случае велика угроза того, что в будущем те же стройкомпании предпочтут работать не с БВУ, а с тем же Банком Развития, предлагающим более выгодные условия кредитования.
Как бы то ни было, но во всей схеме госкредитования есть и положительный эффект, как минимум для строительной отрасли: строгий контроль (при его должном исполнении) за движением капиталов может привести к снижению их маржи. А значит, снижению стоимости жилья для населения.
Из всего этого можно сделать лишь один вывод: кризиса у нас нет лишь благодаря активной господдержке. Причем финансовые вливания из госбюджета в бизнес-среду будут долгосрочными.
Озвученные 4 миллиарда правительство изыскало просто: собрало неосвоенные бюджетные средства нынешнего года и приплюсовало к ним снятые с ряда программ миллиарды года будущего.
Например, в будущем году не будут выделяться средства на строительство Алматинского метро, нового международного университета в Алматы, Национального центра биотехнологий, центра медико-социальной реабилитации, онкологического центра и центра крови в Астане. Есть за что благодарить банкиров.
Увы, заокеанское образование не спасает наших финансистов от ошибок в виде «детского мата». Приятно, конечно, что есть люди, способные выстраивать агрессивную рекламную политику и мощное продвижение на рынке. Во время красочных презентаций они ловко сыплют английскими терминами и даже говорят с саксонским акцентом. Все это здорово. Но было бы круче, если при прочих достоинствах они умели считать на калькуляторе.

Юлиана Жихорь, Астана