Серьезные экономические потрясения и социальные взрывы прогнозируют Таджикистану эксперты Международной кризисной группы (International Crisis Group - ICG). Насколько объективна эта оценка?
Об этом говорится в отчете организации «Таджикистан: На пути к коллапсу», опубликованном 12 февраля на официальном сайте организации www.crisisgroup.com.
«Похоже, президент Эмомали Рахмон может столкнуться с самой большой проблемой после гражданской войны 1992-1997гг», - говорится в отчете.
В стране почти полностью развалена энергетическая инфраструктура, и есть вероятность резкого сокращения денежных переводов трудовых мигрантов. В 2008 году число мигрантов, по данным экспертов ICG, превысило 1 млн. человек, а их денежные переводы достигли более $ 2 млрд., что составляет почти половину ВВП. Однако в результате мирового экономического кризиса, многие из них могут потерять работу. По всей вероятности в 2009 году, поступление денежных средств мигрантов в Таджикистан, «имеющих столь важное значение для экономической стабильности» страны, резко уменьшится.
По данным Международной кризисной группы, около 70 процентов населения сельской местности Таджикистана живет в условиях крайней бедности, и голод в настоящее время распространяется в городах.
По мнению ICG, «правительство, скорее всего, не готово к серьезным вызовам». Тяжелая зима прошлого года, когда население не было обеспечено даже минимальными услугами, а также масштабные отключения электроэнергии в 2009 году подтверждают, что энергетическая инфраструктура ухудшилась.
Таджикистан, имеющий в СНГ самую протяженную границу с Афганистаном, «вместо того, чтобы стать форпостом, защищающим от распространения афганского экстремизма и насилия, все больше начинает напоминать своего южного соседа».
Авторы отчета также прогнозируют большую вероятность «социальных вызовов». В то же время в отчете отмечается, что альтернативы нынешнему руководству нет, поскольку в стране практически отсутствует оппозиция.
Также эксперты сомневаются в реальных возможностях Таджикистана стать частью транспортных линий Центральной Азии, к чему так стремится наша страна с помощью привлечения иностранных инвестиций, ввиду его слабой транспортной и энергетической инфраструктуры.
Как рекомендует организация, для предотвращения сильного экономического потрясения необходимо, чтобы оказываемая Таджикистану помощь международного сообщества доходила до тех, кто действительно в ней нуждается. Для этого эксперты предлагают поставить в центр всех контактов с таджикским правительством вопросы борьбы с коррупцией и эффективности управления, а также начать «энергичный» диалог с президентом Рахмоном по демократизации.
Также донорам рекомендуется внедрить новую практику предоставления помощи: распределять ее в небольших, поддающихся проверке траншей, с условием, что дополнительные ресурсы не будут предоставляться без удовлетворительной работы. Также предлагается пересмотреть практику оказания бюджетной поддержки, предоставляя таковую только на условиях полной прозрачности и контроля.
Правительству эксперты ICG рекомендуют практиковать полную транспарентность в экономическом секторе, усилить борьбу с коррупцией на всех уровнях власти. Также, по мнению экспертов, необходимо обеспечить адекватные условия для возвращающихся трудовых мигрантов: создать новые рабочие места, разработать программы поддержки по безработице.
Кроме того, эксперты предлагают усилить консультации между Таджикистаном и Узбекистаном, а также в рамках всей Центральной Азии по использованию водно-энергетических ресурсов.
«Не надо утрировать!»
Отчет ICG комментируют таджикские эксперты.
Сухроб Шарипов, директор Центра стратегических исследований при президенте РТ:
- Категорически не могу согласиться с выводом, что нас ждут самые большие проблемы со времен гражданской войны. Сейчас у нас принципиально другая ситуация. Эти эксперты эклектично подходят при оценке ситуации в военное время, которое от мирного времени отличается и оценивается по совершенно другим критериям. Правительство в отличие от тех военных лет реально и серьезно занимается экономикой. Только во время последнего визита президента Э. Рахмона в Европу Таджикистан предложил Евросоюзу свыше 400 инвестиционных проектов.
Также не согласен с тезисом, что правительство не готово к серьезным вызовам. Сейчас ведется работа по уменьшению последствий влияния кризиса на Таджикистан. Да, есть проблемы. В том числе, связанные с тем, что аналитики, и наши в том числе, не смогли предвидеть всех последствий влияния кризиса. Но не все так пессимистично. В любом случае к кризису нельзя относиться как к войне. Кризис все-таки естественный процесс. У него есть отрицательные и положительные моменты. Отрицательные всем известны, положительные - низкие цены на товары и сырье, особенно ГСМ. Наконец наши экономисты начали интересоваться проблемами реальной экономики, проблемами занятости и финансовой политикой и др. Сейчас мы должны позаботиться о сохранении своих стратегических промышленных предприятий, не дать им остановиться. А во время подъема это все себя окупит. Уже есть прогнозы, что через год в мире начнется устойчивый экономический рост.
Я не думаю, что ожидаемое возвращение наших трудовых мигрантов на родину приведет к обострению ситуации. Мы готовы сейчас принять часть, ибо по всей республике уже создано около 150 тысяч рабочих мест. Другое дело, что об этом мало говорится. Нужно больше информировать население о вакансиях. Например, у нас сейчас в Табошаре на «Заре Востока» предлагают работу с зарплатой в $400.
Также у нас есть большой незадействованный потенциал в сельском хозяйстве. Сейчас есть указание правительства, чтобы руководители хозяйств трудоустраивали мигрантов, давали им землю и т.д.
Насчет рекомендации донорам по ужесточению контроля над тем, как распределяются средства. Таджикистан в последние годы очень плотно работает с донорами. Видно, что авторы отчета не интересовались изменениями в этой области в последние три года. У нас создано несколько органов, которые координируют этот процесс. Это Государственный комитет по инвестициям и госсобственности, Консультативный совет по улучшению инвестиционного климата при президенте РТ, Совет по координации деятельности инвесторов и т.д. Непонятно, что еще надо сделать в плане контроля. Назначать представителей доноров министрами?
В утверждении экспертов ICG, что коррупция стала одной из главных причин того, что реформы не смогли заработать, ничего нового нет. Мы в ЦСИ сами говорили о том, что коррупция представляет угрозу для национальной безопасности. И в последнее время с коррупцией ведется борьба. Но делать это не так просто, это не шоу-бизнес. Это дело не только госорганов, в этом должно участвовать все общество.
Несколько слов о самой ICG. Таких организаций, работающих в области экспертной оценки, без преувеличения, тысячи. И не думаю, что ICG имеет какое-то особое влияние на этом рынке.
Сейчас сезон для таких организаций собирать гранты от международных организаций. Поэтому им нужны сенсации! Если верить в прежние доклады ICG, то Узбекистан уже давно должен был разрушиться как страна, а в Кыргызстане после К. Бакыева несколько раз должен был бы смениться политический режим…
М.Х., сотрудник одной из международных организаций на условиях анонимности:
- Исследование ICG относится к разряду таких таблоидных отчетов, где взятая за основу информация, интерпретируется в сенсационном варианте. Конечно, всем понятно, что положение у нас сложное, но вопрос в том, насколько конструктивные предлагаются решения.
Есть несколько недостатков в этом исследовании: не учитывается региональная специфика, нет четких рекомендаций – вернее они выглядят несколько тривиальными: просто «сесть, решить, пересмотреть». На практике это все сложно осуществимо. Кроме того, не очень учитывается вся сложность проблемы урегулирования водно-энергетических проблем с Узбекистаном. Но я считаю, что основа отчета должна давать почву для размышления правительству, в плане того, что можно сделать, чтобы минимизировать эти риски.
По поводу рекомендаций донорам, в принципе есть правильные мысли, но на практике они трудноосуществимы. Хотя, конечно, надо стремиться к тому, чтобы средства по максимуму тратились непосредственно на проекты. Но, например, нет возможности, чтобы средства непосредственно шли на поддержку бюджета, и это провоцирует некоторые сложности.
Насколько мне известно, рекомендации такого рода не всегда принимаются донорами как руководство к действию. Потому что за любым донорским агентством стоит своя политическая повестка. Они пытаются оказывать помощь определенным секторам, но всегда за этим стоит политический интерес каких-либо крупных игроков: США, Евросоюза и т.д. Китай такие отчеты в принципе не читает, у него есть конкретный политический интерес через расширение своего экономического присутствия. Кредиты и гранты, которые выделяют западные страны и организации, больше зависят от сотрудничества с правительством. У многих доноров есть средства, которые правительство не знает, как расходовать, потому что у него нет приверженности к некоторым реформам. Донорам приходится убеждать, что то или иное преобразование необходимо. Поэтому чаще всего средства расходуются на гуманитарные и технические проекты. Но это вопрос уже институционального развития самих правительственных органов. У международных организаций обычно есть свои страновые стратегии на три года, на пять лет. Для этого ведется аналитическая работа в различных секторах экспертами этих организаций совместно с правительством. Обычно именно такие отчеты и становятся основой для работы доноров.
Парвина Хамидова, Марат Мамадшоев