Не провоцируй неандертальца

От них только в Красноярском крае ежегодно гибнет не одна тысяча гектаров таёжной флоры, а виной тому в большинстве случаев сам человек, в основном так называемый дикий турист, праздно шатающийся по долинам и взгорьям. Непотушенную сигарету в сухостой швырнул, костерок оставил без присмотра. Порой даже осколки разбитой бутылки служат превосходными линзами: преломился через стекло солнечный лучик, сфокусировался на былинке, и всё — занялось, запылало.

Статистика неумолима — с ранней весны в одном Минусинском районе на угодьях, подведомственных двум лесхозам, зарегистрировано около сотни больших и малых пожаров. В соседних районах по причине невообразимой суши обстановка не лучше. Но удивительный факт: в Перовском лесничестве национального парка «Шушенский бор», вплотную примыкающего к посёлку с двадцатитысячным населением, окружённого сотнями дачных участков и добрым десятком деревень, лес не полыхал с 1995 года. С того самого момента, как живописные боры в окрестностях Шушенского обрели статус особо охраняемой территории.

— Утверждать, что мы вообще не горим, не совсем верно, — уточнил директор национального парка Василий Толмачёв. — Помимо Перовского, есть у нас обширное Горное лесничество в районе Саяно-Шушенской ГЭС, водохранилища и хребта Борус. Там не было возгораний на протяжении последних девяти лет, а вот нынче словно прорвало — один пожар, другой, третий. Места труднопроходимые, безлюдные, поэтому на рыбаков и ягодников не грешим, причина одна, природная — грозы. Ударит молния по склону сопки, попадёт в сухое дерево, вот и жди беды.

Как бы ни скромничал Василий Тимофеевич, Перовское лесничество, где ещё на исходе XIX века ссыльнопоселенец Владимир Ленин удачно охотился на уток и боровую дичь, по сравнению с Горным хоть и значительно меньше площадью, зато гораздо в большей пожарной опасности. Прежде всего, в силу лёгкой доступности. Сколько народу здесь бывает в летние месяцы, никто не считал. А возгораний нет. Почему? Чтобы ответить на этот вопрос, следует, наверное, самим приехать в Шушенское и побродить окрест. Планшетов, призывающих оберегать флору от всего, в том числе от огня, и прочих знаков здесь установлено достаточно, как и полагается в национальном парке. Но фишка, думается, всё же в другом. К примеру, идёшь-идёшь по тропинке и вдруг натыкаешься на бивак, устроенный специально для нас, грешных. Под навесом столик, скамейки, рядом шашлычница с заготовленными дровами, обложенное камнями кострище. Здесь же туалет, ёмкость для отходов. Прямо-таки комфорт посреди дикой природы.

Таких удобных бивачков в парке десятки, отдыхающие знают их местонахождение, стремясь расположиться именно там. Удобно, не надо шастать по кустам в поисках топлива, затем присматривать подходящую полянку, мусор после пикника с собой прихватывать. И государственным инспекторам сподручно: только где завьётся дымок, они тут как тут. Подъедут, поинтересуются, хорошо ли, ребята, сидится, естся-пьётся. Бывает, конечно, что-то сломают не в меру ретивые «любители» природы, но всё быстро чинится. Создавая эти островки, сотрудники парка учитывают нашу с вами психологию. Самый отпетый «дикарь» старше подросткового возраста в подобной обстановке редко поведёт себя по-неандертальски. Это как на людном тротуаре бросить окурок мимо стоящей рядом урны.