Во Ржеве пьют

Если бы Геннадий Онищенко, главный санитарный врач России, молчал, было бы не так тошно. Но ведь нет — «они» молчать не могут. 4 августа 2006 года он заявил публично, что с введением новых акцизных марок в России резко снизилась смертность от алкогольных отравлений. Его поддержал и видный депутат Государственной думы Валерий Драганов, сказав, что теперь паленая водка на прилавки магазинов не может попасть.
Ровно через месяц после заявления Онищенко по России покатилась волна массовых алкогольных отравлений. Старый Оскол, Губкин, Ржев, Воронеж, Нижний Новгород, Татарстан… В Старом Осколе и Губкине Белгородской области с диагнозом «токсический гепатит» находится в больницах почти 400 человек. Девять уже погибли. По мнению врачей, болезнь вызвана употреблением «спиртосодержащих жидкостей с неизвестными добавками». Сейчас известно — это «средство многофункциональное, бытовое», 95 процентов содержания спирта, со складов в соседнем Воронеже. Туда его завезли в количестве 600 тонн (!) тульские предприниматели из фирмы «КЮЕ». В Воронежской области госпитализировано 388 человек, двенадцать — погибли.
Во второй половине августа в больницы города Ржева Тверской области начали обращаться люди с кожным зудом и симптомами гепатита. Они рассказывали, что пили жидкость для дезинфекции помещений с 93-процентным содержанием спирта. Называется «Экстрасепт-1». Покупали в одном из местных промтоварных киосков. Кое-где в деревнях появился он и на прилавках магазинов, уже разлитый в бутылки, как водка. Торгуют «палёнкой» из «Экстрасепта» и на квартирах. В больницах города не хватает мест. Погибло уже 11 человек, в их числе мальчишка 16 лет.
Во Ржев, город с населением 63 тысячи человек, завезено было 30 тысяч (!) литров «Экстрасепта-1». Изъята одна тонна. Остальное растворилось где-то в городе. Из канистры в 5 литров, если развести водой и разлить, получается 25 бутылок «водки». Торгуют из-под полы, красная цена — 20 рублей. Все выпившие, да еще неоднократно, гарантированно станут инвалидами. Если выживут. Прибыль с канистры — 300 рублей. Русский бизнес… даже матерных слов не хватает.
Из Ржева «Экстрасепт-1» растекся по соседним Бежецкому, Сандовскому, Оленинскому районам. Как подтвердили официальные лица, «суррогатные напитки обнаружены в местах общественного питания — кафе, ресторанах, барах».
Показательна реакция Александра Харченко, главы города Ржева: «В основном, жертвами отравлений становились люди, пьющие по убеждению. Даже на больничной койке они признавались, что пили, пьют и будут пить. Нормальным людям и в голову не придет употреблять эту жидкость. Я бы хотел поставить вопрос производства и продажи подобных технических жидкостей перед нашими законодателями. По крайней мере, волну отравлений я не связываю с работой алкогольного рынка…».
Именно сейчас дошел до российской глубинки и показал себя во всей красе подготовленный правительством и проштампованный Думой закон о государственном регулировании алкогольного рынка. Помимо новых лицензий и новых акцизных марок, ввели Единую автоматизированную систему, абсолютный контроль, какого нигде в мире нет, каждая капля спирта на учете в глобальной сети. Но система, понятно, отказала сразу же, конвейер парализовало, производители понесли убытки, которые восполнят и уже начали восполнять за счет повышения цен.
Об очевидных последствиях чуть ли не за полгода предупреждали все, кто не работает в правительстве и в Думе. Из-за новых, более жестких требований магазины в мелких населенных пунктах лишились права торговли алкоголем. Но народ-то остался. И всегда найдется тот, кто удовлетворит его желания и потребности. «Палёнкой», разумеется. Производство легальной водки сократилось на 20 процентов. Цены поднялись. В Москве бутылка водки стоит в среднем 100 рублей, а в провинции — 80 рублей. Для депрессивных маленьких городков, поселков и сел 80 рублей — большие деньги. Там уровень доходов не тот. Да что далекая провинция! Москва и Московская область — как два мира. Хотя вроде бы один столичный регион. Но вот поразительный пример из той же алкогольно-суррогатной жизни. В Московской области от употребления спиртовой дряни в прошлом году погибли 2153 человека. А в Москве, где населения в полтора раза больше, — всего 368 человек. То есть в Москве и бомжи намного богаче, чем в области, находят деньги на безопасную водку.
После введения новых законов и «регулирования алкогольного рынка» в провинции среди определенных групп населения началась боярышниковая лихорадка. В аптеках за 10 рублей продается настойка боярышника, содержание спирта — 80 процентов. Главное, сегодня выпил — и не умер, еще неделю пьем — не умираем. Значит, все нормально. А что будет через месяц или полгода — эта публика, как правило, не думает.
Мгновенно почуяв дефицит и спрос, оптовики завезли в регионы тысячи тонн этих самых технических жидкостей — дезинфицирующие растворы, стеклоомыватели, растворители на основе метилового и других токсичных спиртов. Все они тут же были раскуплены местными предприимчивыми мерзавцами. Разливаются по гаражам и подвалам в бутылки, торговля идет нарасхват.
В 2005 году в России погибло от алкогольных отравлений 36 тысяч человек. Каким будет этот год?
Москва

Сергей Баймухаметов