- Череда революций на постсоветском пространстве приводит к переосмыслению нашей властью своей внешней политики, однако не в том направлении, в котором нужно. От событий в Киргизии Россия вообще устранилась, хотя возможности влияния на ситуацию у нее были и остаются очень существенные. То есть, прямое публичное вмешательство Владимира Путина в этот процесс неделю назад мог вообще кардинально изменить ход событий, и даже если бы это произошло сейчас - очень повлиять на конфигурацию сил и развитие ситуации.
Но, после серии неудач, в первую очередь, на Украине и в Молдавии, Кремль подсчитал, что у него недостаточно ресурсов, чтобы снова проводить свои интересы политическими методами на постсоветском пространстве. И поэтому, грубо говоря, обжегшись на Украине и на Молдавии, он начинает дуть на все остальные страны и фактически добровольно отказывается от геополитического доминирования в СНГ.
Я считал и считаю, что Россия должна была инициировать роспуск СНГ и сформировать новое содружество из шести стран, которые связаны с Россией объективными стратегическими интересами. Но Кремль пошел гораздо дальше. Он фактически выбирает изоляционистский проект, отказываясь от каких-либо моноцентричных конструкций на пространстве бывшего СССР. И это мне кажется чрезвычайно опасным со стратегической точки зрения.
Кремль просто неверно оценивает причины своих поражений. Россия проиграла на Украине потому, что она пыталась использовать политтехнологии против реальной политики. А в Кремле считают, что у России сегодня просто недостаточно политтехнологических, финансовых и иных ресурсов для достижения целей и поэтому надо уходить с постсоветского пространства и концентрировать свои силы от защиты от революции внутри страны. Ни к чему хорошему ни власть, ни Россию в целом это не приведет.
- Ну, а кто должен войти в новый интеграционный союз из шести стран?
Россия, Белоруссия, Армения, Казахстан, Таджикистан и Киргизия, даже сегодня, после революции. Я считаю, что, во-первых, революция в Киргизии не закончена, потому что клановая природа киргизского общества еще приведет к серии переворотов, изменению властной конфигурации и расколу внутри самих победителей – это то, что мы уже наблюдаем - с их признанием полномочий нового парламента вопреки первоначальным требованиям, очередным нарастанием противоречий между Курманбеком Бакиевым и Феликсом Куловым. Последний едва ли смирится со вторыми ролями и будет претендовать на президентство.
А кроме того, северные кланы никогда не смирятся с полной победой южных и доминированием последних в общей системе власти в стране. И поскольку понятно, что эта революция была никакой не проамериканской и не аккумулируемой извне в серьезных масштабах, то Россия еще сегодня сохраняет возможность взять киргизскую власть под неформальный контроль, но ничего не предпринимает в этом направлении.
Это означает, что новая киргизская власть будет искать новых покровителей и они этих покровителей, конечно, найдут. В мировом масштабе – это Соединенные Штаты, а в региональном масштабе – Казахстан, который на фоне полного бездействия России и апатии российской власти вполне имеет шансы сам стать центром такого Содружества из бывших республик советской Средней Азии, и тем самым взять на себя функцию России в региональном масштабе.
Станислав Белковский,
президент Института национальной стратегии.