- Что касается политики России по отношению к государствам, которые ведут себя недружественно, как, например, Украина, то здесь нужны кардинальные изменения. И сейчас было бы логичным со стороны российских властей перейти на международные расценки по энергоносителям и по тарифам по перекачке энергоносителей в Европу, изменить пограничные отношения, изменить отношения к экономическим субъектам, которые ведут трансграничную деятельность, то есть, ведут свои дела и на Украине, и в России. Определенным образом надо пересмотреть российскую экспортно-импортную политику.
То есть, в принципе, сосед, который не желает жить в дружбе и согласии с Российской Федерацией, должен экономически почувствовать, что такая политика будет не выгодна, потому что возникнут ответные меры – и симметричные, и ассиметричные, и срабатывающие автоматически, и появляющиеся внезапно, незапланировано. Ощущения неудобства должны быть постоянным фактором для тех, кто не желает учитывать статус России на постсоветском пространстве.
- Ну, а какова правовая основа для подобной политики?
Если вы говорите об юридическом праве, то есть международное право, в соответствии с которым Россия вправе принимать разнообразные решения, если считает деятельность своего партнера по международным отношениям каким-то образом недружественной. Скажем, если Россия видит определенный ущерб в действиях Украины, стремящейся в Евросоюз, то могут быть приняты ответные меры. В том числе, и в рамках международного права.
Есть еще политическая сторона, которая лежит за пределами права. Потому что право не все регулирует, хотя это не значит, что право надо нарушать. Его надо, во-первых, изменять, потому что Россия является субъектом международного права, то есть, сама участвует в его создании и его формировании. И, с другой стороны, надо действовать также и другими механизмами, которые не регулируются международным правом. Так, в пределах собственного суверенитета мы можем регулировать отношения с Украиной так, как нам будет угодно и никто в нашу внутреннюю жизнь не может вмешиваться. Есть достаточно большой инструментарий и дипломатического давления, и экономического давления. Просто изменяется стиль отношений с Украиной, если Украина не желает жить с Россией, и не собирается даже в перспективе рассматривать возможность государственного воссоединения.
И это означает, что власть, которая действует на Украине, нас не устраивает в принципе! И достижение с этой властью каких-то принципиальных соглашений, создание экономических преференций, создание дружелюбной мины в политическом диалоге - дело не только бессмысленное, но даже вредное для собственного суверенитета. Потому что если наши позиции ослабляются и мы к этому относимся равнодушно или попустительствуем такой позиции, то мы, в конце концов, сами ослабляем свои позиции и ослабляем свой суверенитет.
- Но последствия такого конфликта могут быть очень серьезные. Если нас не устраивает режим, и мы принимаем меры, то что все это означает – открытый конфликт на постсоветском пространстве? И до каких форм он может дойти?
Формы могут быть самыми разнообразными. Все зависит от ситуации. Если все время бояться конфликтов, то, значит, надо не заниматься политикой вообще. Политика – это принципиально конфликтная вещь, таково содержание политики, международной, в том числе. Другое дело – что надо вести этот конфликт умело, в каких-то случаях тонко, в каких-то – резко и открыто. Но этот конфликт есть и он существует, конфликт интересов России и Украины – и, прежде всего, конфликт с властной группировкой.
Но и внутри Украины есть свой внутренний конфликт, конфликт между группировками, между экономическими субъектами, и мы должны разыгрывать и этот конфликт. Искать в украинской политике пророссийские силы, которые до сих пор Кремлем никогда не поддерживались и всячески либо игнорировались, либо даже подавлялись. Даже оказывалась поддержка режиму Кучмы в том, чтобы пророссийские и русские организации на Украине никогда не действовали.
Вот направление приложения сегодняшних наших усилий. Есть также направление общественное в политическом диалоге, есть акценты в контактах с другими странами, которым мы можем оказывать большее внимание и большее благоприятствование в отношениях, чем с украинскими властями.
Палитра очень разнообразна и здесь можно нарисовать очень вычурную картину. Но наша дипломатия – она линейна, она стремится как можно больший ущерб нанести собственной стране. Меня каждый раз поражает, что когда в очередной раз происходит провал, то никто за это не отвечает, и мы готовимся к следующему провалу.
В Государственной думе известно, как голосовала «партия власти», когда мы поставили вопрос о присоединении к России нескольких непризнанных республик - Приднестровье, Южной Осетии и Абхазии. Также известно, как действовали наши власти в отношении выборов в Молдавии. То есть, сегодня продолжается пораженческая цепочка действий стратегического проигрыша, суть которой – отступать, но только не наступать.
Такая политика неприемлема, такая власть в России неприемлема для нас, а я представляю партию «Родина» и фракцию «Родина» в Думе. Она для нас неприемлема и мы не можем ее терпеть, и народ ее не может терпеть. Значит, эту власть надо заменять и это главный вопрос. То есть, главный вопрос для нас – не отношения Россией с другими странами, а вопрос отношений нашего народа и власти, которая абсолютно игнорирует и нужды народа в социальной и экономической сфере, и национальные интересы, в том числе, в международных отношениях.
Андрей Савельев,
член комитета Госдумы по делам СНГ и связям с соотечественниками, доктор политических наук.