5 и 6 сентября на неформальной встрече в Авиньоне главы МИД стран ЕС в свете конфликта между Россией и Грузией проанализировали отношения со странами СНГ и согласовали свои позиции перед поездкой президента Франции Николя Саркози в Москву, где он 8 сентября совместно с верховным представителем ЕС по вопросам внешней политики и безопасности Хавьерой Соланой и председателем Еврокомиссии Жозе Мануэлом Баррозу проведет переговоры с президентом РФ Дмитрием Медведевым.
Тезисы «дорожной карты», которые будут обнародованы в российской столице, выглядят следующим образом: допуск в конфликтную зону вокруг Южной Осетии военных наблюдателей ОБСЕ, чьей основной задачей будет контроль за грузинскими войсками; проработка вопросов о размещении международных полицейских сил в зоне грузино-осетинского конфликта; заключение между Грузией и Южной Осетией соглашения о неприменении силы.
В первую очередь, Николя Саркози намерен получить от Москвы гарантии вывода остающихся на грузинской территории войск в соответствии с пятым пунктом мирного плана. Сейчас в Европе считают, что Россия не в полной мере выполнила обязательства в рамках указанного плана, поскольку ее военные продолжают оставаться в грузинском городе Поти, весьма удаленном от зон безопасности грузино-абхазского и грузино-осетинского конфликтов. «Главная цель - это попытаться установить точные даты, достигнуть договоренностей, гарантирующих завершение вывода Россией воинских подразделений, остающихся на грузинской территории», - указали члены французской делегации, подчеркнув, что в данном контексте речь не идет о российских военнослужащих в Южной Осетии и Абхазии.
Саркози, по словам источников в Елисейском дворце, также намерен добиться объявления «даты и места» для начала «международных дискуссий по обеспечению безопасности и стабильности Абхазии и Южной Осетии» в соответствии с шестым пунктом плана урегулирования.
Хавьер Солана со своей стороны заявил, что на встрече в Москве стороны также намерены затронуть вопрос размещения расширенной миссии гражданских наблюдателей ОБСЕ в зоне конфликта. В настоящее время в зоне грузино-югоосетинского противостояния находятся 20 европейских наблюдателей. В ближайшее время ОБСЕ планирует значительно увеличить их число. Состав миссии, по оценкам глав МИД государств ЕС, может составить 200 человек. По словам Соланы, миссия европейских наблюдателей уже почти готова, при этом он выразил надежду, что ее присутствие на Кавказе одобрит Россия.
Комментируя предстоящие переговоры, «Коммерсант» со ссылкой на свои источники в Брюсселе сообщил, что на расширенном составе делегации ЕС настаивали США, не слишком заинтересованные в том, чтобы лишь президенту Франции доставались лавры главного миротворца на Кавказе.
В ходе встречи в Авиньоне министр иностранных дел Франции Бернар Кушнер подтвердил курс на диалог с Россией. «Мы абсолютно уверены в необходимости найти общий язык с Россией. Это великая страна и наш сосед», - заявил он. Однако, по словам Кушнера, для начала нужно добиться полного выполнения всех шести пунктов плана Медведева - Саркози.
Глава литовского МИД Пятрас Вайтекунас со своей стороны предложил ускорить введение упрощенного визового порядка и режима свободной торговли для Грузии и Украины. Основной темой его выступления стала актуальность соседской политики ЕС на Востоке - необходимость принятия решения по укреплению отношений с Грузией, Молдовой, Украиной, а также по-новому оценить их в связи с Белоруссией. Говоря о Грузии, Вайтекунас призвал как можно быстрей - не позже середины октября - созвать конференцию доноров, причем провести ее в Тбилиси, а также направить туда военно-политическую миссию ЕС. «ЕС также должен обсудить и дать предложения об автономной модели Абхазии и Южной Осетии в составе Грузии», - сказал он.
В то же время Вайтекунас настаивает на том, чтобы переговоры по поводу нового договора России и ЕС о партнерстве и сотрудничестве были отложены. «Мы не можем говорить о будущих отношениях до тех пор, пока ясно не поймем, какие отношения сегодня», - заметил министр.
Министр иностранных дел Италии Франко Фраттини, будучи накануне в Тбилиси, дал понять, что Евросоюз стремится занимать взвешенную позицию по урегулированию кризиса вокруг Грузии. «На этом этапе главное, чтобы выполнялось соглашение о прекращении огня, по которому Россия должна вывести свои войска с грузинской территории», - отметил он.
Министр иностранных дел Бельгии Карел де Гюхт рассказал журналистам о своих переговорах с главным российским дипломатом Сергеем Лавровым. В частности, он отметил, что международные наблюдатели должны находиться, в том числе на территории Южной Осетии и Абхазии. «В Европейском союзе есть мнение, что эти механизмы должны охватывать Южную Осетию и Абхазию, и мы это обсуждали с российской стороной, – сказал де Гюхт. – Мнение Российской Федерации – это независимые регионы. ЕС считает их неотъемлемой частью Грузии. Но эти вопросы должны решаться в ходе переговоров».
В то же время Карел де Гюхт дал понять, что его страна не собирается пересматривать своего отрицательного отношения к немедленному вхождению Грузии в НАТО и ЕС. «Что касается членства Грузии в ЕС, в настоящее время этот вопрос не рассматривается, и действия, которые мы сейчас принимаем, принимаем в рамках политики добрососедства», – подчеркнул министр.
На саммите в Авиньоне также была затронута тема будущей стратегии Евросоюза в области безопасности. По словам Хавьера Соланы, ЕС намерен пересмотреть стратегические положения концепции безопасности. Главными угрозами он назвал климатические изменения, кибервойны и энергозависимость. При этом Солана заявил, что в современных условиях Евросоюз должен более тесно взаимодействовать с Соединенными Штатами, ООН и НАТО. В этом вопросе он нашел поддержку главы МИД Франции Бернара Кушнера, который сообщил, что Франция, как действующий председатель ЕС, готовит конкретные предложения по сближению Брюсселя и Вашингтона.
Стоит отметить, что в то время как в Москву прибывает делегация ЕС, в Тбилиси прибудет делегация НАТО. Как сообщил представитель Грузии в альянсе Реваз Бешидзе, делегация НАТО займется в первую очередь вопросами вооружения Грузии. Группе экспертов предстоит изучить оборонительный комплекс страны и понять, в каком состоянии он прибывает после пятидневной войны с России. Как утверждает Бешидзе, специалистам предстоит определить, какой ущерб военной инфраструктуре Грузии нанес конфликт вокруг Южной Осетии. Цель визита делегации альянса – выработать план помощи, необходимой для восстановления обороны страны. Как известно, Запад уже оказывает Грузии гуманитарную помощь, но теперь намерен поддержать кавказскую республику и в военном аспекте. Тем более что уже через неделю в Тбилиси пройдет заседание Совета НАТО, председателем которого будет лично генсек организации Яаап де Хооп Схеффер. Скорее всего, на этом заседании будет уточнен план дальнейшего взаимодействия Грузии с альянсом…
По мере затухания острой фазы противостояния все больше вопросов вызывают его последствия. В том, что российский политический класс в большинстве своем считает победителем пятидневной войны с Грузией Россию, сомнений нет. Причем победителем статусным, глобальным, изменившим расстановку сил в мире. Об этом свидетельствуют уверенные заявления президента и премьера, безапелляционные утверждения МИД, многочисленные высказывания представителей военного и экспертного сообществ, позиция государственных телеканалов, излагающих только одну официальную точку зрения, а альтернативную не показывая вовсе.
Результат налицо – согласно непрерывно проводящимся опросам близких к Кремлю социологических служб россияне не только поддерживают признание независимости Абхазии и Южной Осетии, но и ратуют за их вхождение в состав РФ.
Многие российские эксперты в своих комментариях подчеркивают, что в войне с Грузией Россия одержала моральную победу, продемонстрировав готовность защищать народы и территории, которые на нее надеются. Так, президент Института национальной стратегии Станислав Белковский уверенно заявил, что невмешательство России в конфликт привело бы к катастрофическим последствиям: был бы полностью потерян контроль над Северным Кавказом, а также окончательно утрачено международное влияние.
Замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин констатирует: «Каждое суверенное государство должно поступать по справедливости и в интересах своих граждан. В данном случае и то, и другое совпадает, хотя в политике это происходит достаточно редко». Эксперта не беспокоит, что Россия станет изгоем в мировом сообществе: «Европа от нас не откажется. Она вряд ли обойдется без российских энергоносителей. И уж тем более Европа не перестанет поставлять нам машины, отдав автомобильный рынок Японии и Корее». Единственное, чем может обернуться для России несогласие с миром, так это тем, что Россию могут исключить из «каких-то говорилен», заключает Жарихин.
Директор Центра европейских исследований Тимофей Бордачев со своей стороны отмечает: «Международного сообщества, о котором мечтали в начале 90-х годов прошлого века, не существует. Даже в период активных боевых действий в зоне грузино-осетинского конфликта США не смогли обеспечить относительное единство стран Запада. Позиция Франции, Италии, Германии существенно отличалась от позиции США. В целом период блоковой политики закончился». В этой ситуации, на взгляд эксперта, для России открываются новые возможности: «После того как США не смогли эффективно защитить друзей в Тбилиси, создать единый антироссийский фронт, у России есть все основания увеличивать ставки в международных отношениях». Впрочем, по словам Бордачева, поддержат решение России о признании независимости Южной Осетии и Абхазии не более двух-трех стран.
Политолог Андрей Пионтковский парирует: «Мне трудно говорить, в чем выиграла Россия. Если считать, что целью было окончательное отторжение Абхазии и Южной Осетии от Грузии с последующим вытеснением грузинского населения оттуда - то эта цель достигнута». Эксперт констатирует, что результатом войны стали испорченные отношения с мировым сообществом, мнение которого оказалось не на стороне России. Даже страны СНГ не выразили России свою однозначную поддержку, а Китай «красноречиво промолчал». Что касается США, то отношения России с этой страной «испорчены бесповоротно». Стоит ли говорить о грузинском обществе, которое, по словам Пионтковского, «теперь крайне отрицательно относится к России».
«Россия ни в чем не выиграла, а проиграла на века», - полагает председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева. Правозащитница сравнила недавние события в Грузии с вторжением советских войск в Чехословакию. С тех пор, отмечает Алексеева, изменилось социально-экономическое устройство страны, во власть пришли новые люди, «но у них остались все те же имперские амбиции». Алексеева называет последние действия России в зоне грузино-осетинского конфликта «позором на весь мир», отмечая что это «немыслимо в 21 веке».
По мнению заведующего аналитическим отделом Института политического и военного анализа Александра Храмчихина, Россия выиграла в военном плане и проиграла в политическом, испортив отношения с Западом. Хотя, как отмечает эксперт, Россия в ситуации с Южной Осетией лишь скопировала действия Запада в Косово. «Перед нами был выбор: стать либо предателями, либо агрессорами. Россия выбрала меньшее из двух зол и стала агрессором. Только в этом плане можно говорить о моральной победе», - утверждает политолог.
Научный руководитель ВШЭ Евгений Ясин уверен в том, что «ничего хорошего не будет», а признание независимости Абхазии и Южной Осетии «в перспективе сулит нам изоляцию на два-три года». «Мы впервые фиксируем коренное расхождение между западными странами и Россией с точки зрения ценностей», отмечает Ясин, и никто в мировом сообществе, по его мнению, независимость республик не признает. Однако при общем негативном настрое есть один плюс – «наступить на хвост США и заставить их считаться не только со своими, но и с международными интересами».
«К концу года от силы 2-5 стран могут признать эти две республики», – отмечает Дмитрий Абзалов эксперт Центра политической конъюнктуры, называя в числе наиболее вероятных Белоруссию, Венесуэлу и Таджикистан. Главный враг Вашингтона, Иран, слишком обеспокоен курдским сепаратизмом, чтобы пускаться в подобную авантюру. Северная Корея слишком зависима от Китая, который, в свою очередь, думает о Тайване, Тибете и Синьцзянь-Уйгурском округе. Что касается Сирии, то она, горячо поприветствовав вторжение России в Грузию, все-таки предприняла попытку дипломатического сближения с Западом...
«Самое страшное для России – то, что ей до сих пор не удалось убедить ни одну из своих «сестер» по бывшему СССР признать передел Грузии. Даже Белоруссия, с которой Москва будто бы образует некое «союзное государство», не разбрасывается своей поддержкой: ее президент Александр Лукашенко, большой мастер по борьбе с Кремлем, тоже сделал попытку примириться с Западом накануне парламентских выборов 28 сентября и не хочет, чтобы его лояльность России выходила за рамки крупных торговых операций, - отмечает в своем комментарии «Liberation». - Армения, главный союзник Москвы на Кавказе, не может признать Южную Осетию и Абхазию, не признав Нагорный Карабах, который Москва не признает. Что касается стран Центральной Азии, их сейчас так усиленно обхаживают Соединенные Штаты с Китаем, что они совершенно не заинтересованы вновь попадать в исключительную зависимость от России. Даже члены ОДКБ, собравшиеся в Москве, ограничились выражением поддержки «активной роли» России на Кавказе».
Некоторые западные аналитики смотрят на ситуации глобально. «Режим, угнетающий свой народ, всегда представляет опасность для своих соседей» - пишет в «Le Monde» французский историк, эксперт по коммунистическим системам Тьерри Вольтон. «В большинстве анализов и комментариев, посвященных российско-грузинскому кризису, ни слова не говорится о коммунистическом наследие, которое он выявил. Распад СССР произошел менее двух десятилетий назад, но создается впечатление, что мы обо всем позабыли. Однако, не уделяя должного внимания этому наследию, невозможно понять, что происходит сейчас на Кавказе. Ряд доброхотов оправдывают нынешнюю политику России тем, что она - преемница Советского Союза, но при этом игнорируют коммунистическую составляющую этого почившего в бозе государства. Нам говорят, что Москва хочет всего-навсего вернуться к границам СССР, как будто бы они принадлежат ей по праву. Странная историческая концепция», - пишет Вольтон.
«СССР рождался в огне и крови, подавляя не только народы Кавказа, но и другие, проживавших на западных и северных его границах. СССР укрепился, эксплуатируя народы, заселявшие его регионы, навязав им коммунистическую систему. Сотни тысяч мужчин, женщин и детей были убиты или подверглись массовым депортациям, платя жизнями за эту империалистическую политику. Говорить сейчас о границах СССР для оправдания политики России, значит заниматься историческим ревизионизмом, забывая о трагедиях, которые стоят за этим, - напоминает историк. - Зачем замалчивать это прошлое, оставившее свою печать на руководителях России? Отстаивая свои права на новый имперский порядок, они думают именно о советском прецеденте. Владимир Путин, который - вряд ли кто в это усомнится - правит в Москве, испытывает ностальгические чувства по советской эпохе. Не он ли в конце 1990-х годов заявил, что распад СССР стал самой страшной катастрофой из всех, что имели место в России? Но Путин тоскует не по застою СССР времен Брежнева, а по триумфальной и преступной эпохе Сталина»…
«Грузины в первую очередь не хотят возврата назад, потому что прекрасно помнят советскую оккупацию. Это же относится и к Молдавии, Крыму, Украине (не они ли стоят первым номером в списке восстановления СССР?), не говоря уже о странах Центральной и Восточной Европы, Балтии, наших европейских соотечественниках. Эти народы не страдают от поразившей нас амнезии и боятся имперской политики Москвы, - продолжает автор публикации. - Безусловно, можно в целях легитимизации политики Кремля упомянуть о славянских корнях народов ряда стран, но почему бы не предоставить этим народам право самим решать, хотят они ли нет находиться на орбите Москвы? Путинский режим, который ненавидит демократию из страха, что ему придется в один прекрасный день держать ответ перед свободными избирателями, этой логики не придерживается. Силовики, стоящие у власти в Кремле, воспринимают мир только в терминах соотношения сил. Эти чекисты, сироты Сталина, не знают другой политической культуры».
«Демократическая Россия не бросилась бы очертя голову в эту военную авантюру. Что же касается тех, кто интерпретирует политику Кремля как реакцию на попытки Запада взять его в кольцо, переложить вину на Вашингтон, что де тот подтолкнул Москву к этим действиям, то эти люди закрывают глаза на особенную природу этого режима. `Вредоносная дипломатия`, вот уже несколько лет практикуемая Путиным на международной арене (газовый шантаж, блокирование иранского ядерного досье, единый фронт с Китаем, поставки оружия Сирии…), не может не возбудить подозрительность западных стран. Эта дипломатия вписывается в политику, которую проводит Кремль внутри страны. Режим, угнетающий свой народ, всегда представляет опасность для своих соседей. Путинская `милитарократия`, набросив узду на россиян, перешла в наступление за границей. И, как и любой сильный режим, он умело разыгрывает националистическую карту, чтобы заставить людей уверовать в свою легитимность (Олимпийские игры в Пекине явились идеальном тому примером)» - подчеркивает французский историк.
«Если мы `ратифицируем` этот акт насилия Кремля во имя геополитического фатализма (так называемой `зоны влияния` Москвы), то окажем наихудшую из услуг российскому народу, самой России и ее соседям. Путин, у которого будут развязаны руки в Грузии, решит, что может еще больше угнетать свой народ и станет заглядываться на другие страны `ближнего зарубежья`. В советские времена шутили, что СССР имеет границы, с кем хочет. Этого (пока) еще нельзя сказать о нынешней России, но сильный человек Кремля, несомненно, об этом мечтает. Анализируя этот кризис нельзя ни в коем случае пойти по неверному пути. Кавказский вопрос не знаменует собой возвращение российской державы на международную арену, но скорее свидетельствует о том, как невообразимо трудно этой стране окончательно покончить с коммунизмом, из-за того что она до сих пор не смогла, да и не захотела, встретиться лицом к лицу со своим страшным прошлым. В нынешней ситуации, помимо государственных соображений, присутствует важная нравственная составляющая, которая должна убедить наши демократические страны в правоте их позиции по отношению к противнику (не стоит бояться этого слова), который был бы не прочь установить свой порядок в Европе, теперь, когда он уже сделал это у себя дома, взяв за источник вдохновения историю, осужденную здравым смыслом» - заключает Тьерри Вольтон…
Как можно оценивать ситуацию с точки зрения имиджевых потерь России? Стоит ли переживать по этому поводу или, как считают многие, надо приветствовать то, что Россия, наконец, показала свою силу и заставила с собой считаться? Ответить на эти вопросы МиК попросил Владимира Лысенко, президента Института современной политики:
- Моя оценка такая - Россия проиграла в той игре, которую затеял Владимир Путин. Я считаю, что Медведев является все же вторым лицом в стране, хоть он и президент. Очевидно, что фактически Путин принимает все подобные решения. И конечно, попытки силовым путем решать проблемы на Кавказе, и особенно на Северном Кавказе, чреваты очень большими проблемами для России не только на сегодняшний день, но и в перспективе.
Таково мое мнение, и не только мое, но и большинства европейских политиков и экспертов - что действия России достойны осуждения. Потому что когда начинаешь разбираться в тонкостях и деталях всего произошедшего, то понимаешь, что не было совершенно никакой необходимости действовать так жестко, как действовала Россия, и применять оружие в таком количестве и такой разрушительной силы, как это сделала наша страна.
Еще одна проблема – это признание этих двух непризнанных республик, которых не признали и не признают во всем мире, за исключением либо стран-изгоев, либо стран с тоталитарными режимами, таких, как Никарагуа, или Иран, например, и тому подобное. Именно такого рода страны могут поддерживать Россию, и еще разные сомнительные организации типа ХАМАС. Как мне кажется, это показывает, что мы все дальше и дальше уходим не в сторону европейских демократических ценностей, а в сторону азиатских, жестких, недемократических институтов, которые в общем-то нас все больше и больше оттягивают от цивилизации, которая существует и активно развивается в большинстве европейских стран.
И эта эйфория, эти попытки сверху задавить оппозиционные силы, имеющие альтернативное мнение, на мой взгляд, плохой симптом. И когда я узнал, что в нашем парламенте – и в Совете Федерации, и в Государственной думе – все единогласно поддержали признание этих республик, меня это серьезно опечалило. Так как это показывает, что люди либо не понимают, что происходит, либо бояться выражать свое альтернативное мнение, так как тогда они останутся в меньшинстве, и российская пропаганда будет их всячески оплевывать.
Но, в то же время, если все будут молчать и все будут поддакивать тому, что сегодня делает власть, я думаю, это не улучшит отношение к России в других странах. И я думаю, что спокойная и нормальная часть наших граждан это решение о независимости Абхазии и Южной Осетии не поддерживает. Хотя опросы, которые мы видим, показывает, что значительная часть россиян вслед за Путиным под крики «ура» поддержала все, что он сделал: люди поддержали и признание независимости этих республик, и заявили, что их надо принять в состав Российской Федерации.
И, с моей точки зрения, мы серьезно проиграли в этом отношении, а то, что сейчас Евросоюз не пошел на санкции, опасаясь, что это нанесет удар по экономике их стран, ни о чем не говорит. Потому что одновременно была дана очень жесткая оценка того, что произошло. И было принято решение, что Запад откладывает подписание договора между Россией и Европейским союзом по дальнейшему продвижению сотрудничества и сближению. И я считаю, что это очень серьезный удар по России.
Кроме того, очевидно, что сегодня во многих других областях сотрудничества отношения будут свертываться, и плюсы, на которые мы рассчитывали, в том числе, от расширения экономического сотрудничества, притока инвестиций и т.д. – ничего этого не будет, или по крайней мере, в нынешней ситуации этого будет достичь намного труднее.
Поэтому представляется, что в ближайшей перспективе отношения между Россией и западными странами будут достаточно прохладными, а сама Россия будет все больше уходить не в Европу, а в Азию.
Вот Путин на днях говорил, что мы будем через несколько лет на Дальнем Востоке, на этом несчастном острове, где в девяностых годах умерло очень много наших военнослужащих, проводить этот саммит АТЭС. Что там будет строиться здание, куда приедут представители стран азиатско-тихоокеанского континента, которые будут обсуждать с Россией важнейшие стратегические проблемы… Но, чтобы наши отношения были успешными, надо не здание построить, а выстроить успешную политику, соответствующую ценностям демократии, ценностям тех стран, с которыми Россия собирается налаживать сотрудничество!
В целом, ситуация в стране в связи с этим конфликтом сегодня сложная, однако попытки оппозиции каким-то образом высказать свое мнение и вообще, изменить ситуацию, пока не получили поддержки населения. Власть сегодня очень жестко отсекает все стремления оппозиции консолидировать свои действия, а когда в стране нет серьезной политической конкуренции, тогда и проблемы, которые стране необходимо решать, решаются так, как это происходит сейчас. Вот, например, единороссы заявили, что теперь в МГУ они будут обучать своих партийцев политологии, возрождая таким образом былые порядки КПСС, возвращая страну назад. Ну как к этому можно относиться?... Все это несомненно ухудшает отношение к России в целом, свидетельствует о том, что она движется не вперед, а назад.
Что будет дальше, сказать трудно. Но те надежды, которые возлагались на Дмитрия Медведева как человека молодого, перспективного, не такого жесткого как Путин, не выходца из спецслужб, человека с либеральными воззрениями и т.д. – они не сбылись. Пока Медведеву не удалось показать свое либеральное лицо, так как он пошел в фарватере политики Путина, с его авторитарным видением дальнейшего развития России.
И это нас отталкивает от других государств, отдаляет развитие России в демократическом направлении. И сам этот процесс становится все менее ясным и все более затянутым.
Возможно, Путин своим решением хотел показать Западу, что «раз вы в ситуацией с Сербией разрешили создать новое государство, а у нас вы не разрешаете, то я что хочу, то и ворочу». Однако, сама жизнь показывает, что это неправильный подход, и далеко не все тогда поддерживали эту логику. Да и сейчас предложение признать Южную Осетию и Абхазию не решает всех проблем, а напротив, ухудшает отношение к России не только политиков западных стран, но и граждан. У меня есть опасение, что граждане других стран могут отвернуться от России после этой войны, и ничего хорошего в этом нет.
Так что я думаю, что сегодня в мире складывается ситуация для России неблагоприятная. И мы теряем то, что было достигнуто в предыдущие годы с таким трудом. Но пока у власти в нашей стране будут находиться нынешние политики, которые очень склонны к силовым методам решения проблем, сделать Россию страной, которую бы поддерживал весь мир, а не только авторитарные государства, они не смогут.