«НАТО и западные спецслужбы с самого начала были убеждены в том, что войну на Кавказе начал президент Саакашвили. Теперь американцы и европейцы хотят досконально изучить причины войны, ведь русские, очевидно, тоже врали – пишут авторы аналитической статьи в «Der Spiegel» Ральф Бесте, Уве Клусманн, Кордула Майер, Кристиан Неф, Маттиас Шепп, Ханс-Юрген Шламп и Хольгер Штарк.
«Претензии к России остаются», – говорит эксперт по России Пол Сондерс, директор Центра имени Никсона в Вашингтоне, подразумевая, что российский ответный удар по кавказскому карлику был несоразмерным, что признанием сепаратистских республик Москва пошла против международного права и использовала Грузию для демонстрации своего имперского возрождения. Однако затем Сондерс подчеркивает: «Все больше людей видит, что в этом конфликте есть две стороны и что Грузия была скорее не жертвой, а никем не понуждаемым игроком». Сомнения в окружении президента Джорджа Буша тоже растут.
Не были ли преждевременными американские и европейские акции солидарности в поддержку Саакашвили? Премьер Великобритании Гордон Браун потребовал «радикального» пересмотра отношений с Москвой, министр иностранных дел Швеции Карл Бильдт обвинил ее в нарушении международного права, а немецкий канцлер Ангела Меркель пообещала Грузии, что когда-нибудь та, «если захочет, станет членом НАТО». Теперь подобный тон слышен все реже.
На прошлой неделе министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер публично высказался за выяснение вопроса о причинах войны. Ведь от этого во многом зависят отношения ЕС со сторонами конфликта, сказал он.
Действительно, от вопроса, кто виноват, зависит многое. Запад должен понять, хочет ли он после этой войны принять в НАТО такую страну, как Грузия, – с обязательством в случае аналогичного конфликта на Кавказе вмешаться в него военными средствами. И к какому партнерству с Россией, которая впервые столь откровенно, как и Америка, требует уважения к зоне своих интересов, он должен стремиться в будущем?
Во время недавней неформальной встречи в Авиньоне европейские министры иностранных дел высказались за «международное расследование» конфликта. Кто хочет посредничать, такова логика этого решения, не может быть пристрастным в оценке того, что происходило на Кавказе. Это, очевидно, признают даже эмиссары британцев, шведов, прибалтов и других восточноевропейских государств. До тех пор они настаивали, скорее, на жестком отношении к Москве и большей солидарности с Тбилиси – независимо от положения вещей.
Вот только кто возьмет на себя эту щекотливую миссию, пока совершенно непонятно: ООН, ОБСЕ, неправительственные организации, ученые или все вместе? Ясно только одно: ЕС ни в коем случае не хочет брать это на себя», заключают авторы публикации в «Der Spiegel».
Америка же, добавим, наблюдает за этим процессом на расстоянии…
Есть ли выход из тупика, в который, по оценкам разных аналитиков, то ли Россия загнала себя сама, признав непризнанных, то ли Саакашвили загнал Вашингтон, не знающий теперь, что с ним делать, то ли там оказалась взявшая на себя роль миротворца Европа?
Рассуждая на эту тему в беседе с МиК, Евгений Минченко, генеральный директор Международного института политической экспертизы, предлагает рассматривать ситуацию в комплексе:
- Все возникшие проблемы, связанные и с признанием независимого статуса Абхазии и Южной Осетии, и с активизацией процесса вступления Грузии в НАТО, и многие другие, обусловленные кавказским кризисом и последствиями войны, на самом деле, объясняются более глубокой проблемой – проблемой отношений между Россией и США.
И, например, когда мне еще за день до начала военных действий задавали вопрос, начнется война или нет, я говорил, что, по моему мнению, нет, поскольку Саакашвили полностью контролируется Соединенными Штатами Америки, а США неоднократно по официальным и неофициальным каналам давали заверения, что они Саакашвили от начала военных действий удержат. И эта ситуация, когда американцы, по сути дела, обманули нас, на самом деле очень травматична, в том числе, для Путина, поскольку он очень многое ставил на свои личные отношения с Бушем.
И я, честно говоря, не очень верю в заявления американской стороны о том, что они были не в курсе, потому что готовилось все с участием американских военных советников. И я никогда не поверю, что Саакашвили мог бы начать всю эту кампанию, не получив хотя бы косвенного сигнала в духе того, что давай, парень, действуй, все будет нормально…Возможно, не лично от Буша и скорее всего, что не от него…
Но мы знаем людей, которые курируют Грузию в госдепе. Это Мэтью Брайза и Дениэл Фрид. Соответственно, от кого-то из них, или лично от Кондолизы Райс, должен был поступить сигнал: давай …
Другое дело, что они все-таки, наверное, надеялись на то, что Россия это проглотит, и не будет на это никак реагировать, будет снова взывать к совести своих партнеров, требовать созыва Совбеза ООН, который не будет собираться или будет собираться и ничего не примет – ведь все так сначала и происходило - а потом все как-то само собой замотается… а тем временем грузины займут Южную Осетию и перекинутся на Абхазию.
И с этой точки зрения у американцев тоже произошел некий когнитивный диссонанс, поскольку, в общем-то, они все построили на том, что Россия, особенно с новым президентом, который позиционирует себя как либерал, не будет отвечать, а если и ответит, то просто выгонит грузин за эту линию. Но Россия начала действовать в рамках военной логики, то есть, просто методично уничтожать всю военную инфраструктуру, которую на протяжении четырех лет строили в Грузии американцы. И я считаю, что это был единственный возможный выход, так как если бы мы просто выгнали грузин за эту разделительную линию, то они бы сохранили свой военный потенциал и имели возможность продолжать свою политику дальше.
Более того, это послужило бы поводом для введения туда каких-нибудь миротворцев от ЕС или ООН, не российских, а надеяться на их нейтральность, на мой взгляд, было бы достаточно наивно.
И когда я общаюсь с моими украинскими коллегами, я им каждый раз напоминаю: ребята, вы вспомните то, как и кого НАТО поддерживает, вспомните, как в Косово отстреливали украинских полицейских и одного убили, а в это время рядом стоял натовский батальон и ничего не сделал. Поэтому у России, к сожалению, на мой взгляд, в той ситуации не было другого выхода, как действительно потом перенести военные действия на территорию Грузии, и там методично уничтожать военную инфраструктуру.
Другое дело, что американцами это было воспринято, говоря на сленге международных СМИ, так: ребята, вы что, оборзели? Вы что, свое место забыли?..
Но, видимо, Россия решила, что ее место – другое. И тут, по большому счету, есть такая сложность – что у американцев, кроме попыток оказания на Россию экономического давления, отмены Олимпиады и т.д. – никаких возможностей надавить на нас нет. И в Европе они союзников в этом вопросе не находят, по крайней мере, среди ключевых стран, к каковым я отношу Францию, Германию и Италию.
И более того, начинать оказывать военное давление на Россию – для американцев это цена стратегического приоритета. Значит, надо будет уходить с Ближнего Востока. Поскольку военных сил США на то, чтобы одновременно вести операции на Ближнем Востоке и продолжать оказывать давление на Иран – и при этом еще пытаться каким-то образом организовывать военную блокаду России - у них просто физически нет этих сил.
Но на самом деле для нас это является очень серьезным рискованным сценарием - если американцы примут на вооружение новую доктрину Бжезинского, которая сводится к тому, чтобы заключить антироссийский пакт с исламским миром.
- Вы считаете это возможным?
Я думаю, что технически это очень сложно выполнимо, и точно также, очень скептически, к этому относятся ведущие американские аналитики. На днях на сайте корпорации «Стратфор» вышла очень хорошая статья относительно доктрины Медведева и ее последствий для американцев, и там как раз высказывается очень большой скепсис по поводу того, что американцам удастся договориться с исламским миром, и, в первую очередь, с Ираном. Но, тем не менее, такой риск есть.
И накладывая все это на ситуацию с Грузией, а эта страна сейчас, учитывая не очень хорошее международное реноме Саакашвили в Европе – вспомним фразу, процитированную Лавровым относительно «fucking lunatic» в разговоре с Милибэндом, я думаю, что основная ставка будет делаться на предоставление ПДЧ в декабре не Грузии, а Украине. И здесь как раз будет раскручиваться сценарий, что Украина - следующая, и если не дать Украине сейчас зонтик НАТО, то дальше российские войска обязательно вторгнутся на территорию Украины.
При этом сама Украина вообще оказывается в очень странном положении, поскольку, как известно, несколько раз за последнее время и Медведев, и Путин говорили, что у России нет территориальных претензий к Украине, однако сегодня есть страна – член НАТО, которая заявляет о своих территориальных претензиях к Украине. Это Румыния. И еще весной этого года, я помню, это было 16 апреля, президент Румынии Траян Басеску сказал, что вообще-то украинцам надо забыть о том, что у них есть интересы в Приднестровье, потому что на самом деле мы тогда будем требовать отторжения Южной Бессарабии и Северной Буковины. Это первый момент. Второй момент – что сейчас в Гаагском международном суде рассматривается иск относительно принадлежности острова Змеиный. Это скала на Дунае и, в общем-то, особого значения она не имеет, если бы не один маленький нюанс: остров Змеиный – это нефтеносный шельф, и меня поразило, что советник руководителя секретариата президента Ющенко – Вадим Карасев, признал возможность тайного соглашения между украинским и румынским руководством о совместной разработке нефтеносного шельфа вокруг Змеиного.
И самое интересное – что никакой особой реакции по этому поводу нет, и только украинские коммунисты сказали, что вообще-то, если это действительно так, то это повод для вынесения импичмента президенту, так как если они хотят половину шельфа отдать румынам и при этом вопят по любому поводу об угрозе со стороны России – то это странно.
Но я думаю, что эта тема недооценена и в ближайшее время она может оказаться в центре общественного внимания, учитывая тот факт, что ей очень серьезное внимание уделяет блок Юлии Тимошенко. И я думаю, что если найдется подтверждение тому, что какие-то тайные переговоры действительно ведутся между Ющенко и Басеску, то это может быть поводом для импичмента. Так как здесь очевиден состав предательства национальных интересов. И тогда, я думаю, возникнут очень серьезные вопросы по поводу присоединения Украины к ПДЧ НАТО.
И, на мой взгляд, в стратегическом плане Грузия сейчас не столько важна для Запада, тем более что с военной точки зрения они сейчас ничего из себя не представляют, и в ближайшие два года не будут представлять, так как там погибла не только военная инфраструктура, но погибли и наиболее боеспособные части. И мне кажется, что цифра, названная российским Минобороны – в районе трех тысяч погибших грузинских военнослужащих – более реалистична, чем та, которую называет грузинское руководство. И это, в первую очередь, были спецназовцы.
Поэтому, я думаю, что два-три года для Грузии - это минимум, сколько потребуется для восстановления ее военной инфраструктуры и обучения новых военнослужащих, и, кроме того, им надо залечивать этот моральный слом. Ведь ситуация, когда бежали робкие грузины, оказалась достаточно травматичной для общественного сознания Грузии, и я думаю, что с этим тоже что-то надо делать – с поднятием морального духа.
Плюс, как я понимаю, что все-таки сегодня американцы настроены на то, чтобы менять Саакашвили. И неслучайно Бурджанадзе сейчас так активизировалась, и Окруашвили объявил, что он вот-вот вернется и всех спасет.
Поэтому, на мой взгляд, в декабре предоставление ПДЧ Грузии и Украине является все-таки маловероятным, хотя с другой стороны, вся эта история ситуативна, и в общем-то, единственный шанс на то, чтобы предотвратить выстраивание санитарного кордона вокруг России – это использование гибких технологий по нескольким направлениям. Направление первое – это Ближний Восток, и неслучайно, что первый лидер зарубежного государства, с которым встретился наш президент после признания Абхазии и Южной Осетии, был президент Сирии Башар Асад.
А вторая составляющая – это стратегическая игра с Европой и тут нам опять-таки принципиально важна Украина. Если на Украине найдется политик, который хотя бы попытается выстроить ось Москва- Киев- Париж, то это было бы очень интересно. И я думаю, что роль такого политика может попытаться сыграть Юлия Тимошенко. Ее сейчас отговаривают от этого сценария некоторые ее советники, но я считаю, что в стратегическом плане это для нее более интересно, потому что она сейчас пытается занять нишу просто проевропейского политика, но Европа сама по себе - слишком слабый субъект сегодня – и в военном, и в политическом отношении с точки зрения консолидации.
Поэтому, я думаю, что если объединятся усилия трех эгоистов – Саркози, Медведева и Тимошенко – то это могла бы быть очень интересная схема. Но пока есть большие вопросы относительно ее реалистичности.
Подытоживая ситуацию в целом, можно отметить, что успех всей нашей дипломатии вокруг непризнанных государств сводится к тому, удастся ли все-таки России сделать своим союзником старую Европу в лице Саркози. Если удастся – то в каком-то среднесрочном плане мы разрулим ситуацию с этими непризнанными республиками. Если не удастся – то нас ожидает повторение холодной войны, но в гораздо более слабых позициях, чем они были во времена СССР.