Однажды в Гонконге

Факторы, позволяющие Казахстану войти в пятидесятку развитых стран, — лишь глина, из которой можно слепить либо красивый кувшин, либо ночной горшок.
Не так давно под эгидой Всемирного банка институциональные экономисты Кифер и Ширли провели исследование экономической конкурентоспособности 84 стран мира. Вывод был интересным, хотя и не в пользу многих, в том числе постсоветских государств. В частности, тезис о том, что лучше развиваются отнюдь не те страны, которые богаты природными ресурсами, уже давно известен. Но то, что к экономическим лидерам не всегда можно отнести и тех, кто вроде бы проводит правильную экономическую политику, должно насторожить наших чиновников, самовлюбленно говорящих о казахстанском экономическом лидерстве и новых экономических программах. Оказывается, конкурентоспособность страны в первую очередь определяется наличием устойчивой и прозрачной системы правил, которые не меняются по воле и желанию отдельных политических и бизнес-группировок исходя из их партикулярных интересов или текущей политической конъюнктуры.
Даже если вслед за нобелевским лауреатом по экономике Джозефом Стиглицем признать, что выводы и рекомендации Всемирного банка часто не соответствовали реальной экономической потребности, данный тезис Кифера и Ширли имеет вполне реальные примеры, подтверждающие его валидность. Наиболее наглядным из них является опыт Гонконга, который на прошлой неделе посетила внушительная казахстанская делегация. В нее вошли представители наших институтов развития, бизнес-структур, страховых и консалтинговых компаний, крупнейших банков.
Главная цель визита в один из крупнейших финансово-экономических центров мира — участие в конференции «Инвестиционный климат Казахстана — инвестиционные возможности Гонконга», которая не состоялась бы без колоссальной работы, проделанной консульством Республики Казахстан в САР Сянган (Гонконг) при поддержке Казахстанского центра содействия инвестициям («Казинвест»).
Насколько известно, аналогичные смотрины казахстанского инвестиционного климата были в Великобритании и, как оказалось, организаторам конференции пришлось приложить немалые усилия для того, чтобы переориентировать зацикленность казахстанских институтов развития и инновационных структур с Запада на Восток, где Гонконг является финансовым позвоночником всего азиатского региона. В то же самое время данная конференция имела своей целью прозондировать почву по поводу наличия серьезного интереса гонконгских инвесторов к Казахстану. Если судить по довольно большому и авторитетному количеству участников с гонконгской стороны, этот интерес присутствует.
Что касается содержательной части самой конференции, то условно ее можно было разделить на три части. Первая была посвящена презентации Агентства по регулированию деятельности Регионального финансового центра г. Алматы. Вторая часть конференции касалась обзора инвестиционного климата Казахстана в рамках реализации индустриально-инновационной программы. И здесь свое слово сказали руководители таких институтов развития, как АО "Фонд устойчивого развития «Казына», АО «Национальный инновационный фонд», а также Банка развития Казахстана и ТОО "Казахстанский центр содействия инвестициям «Казинвест». В этой же части довольно интересными были презентация проекта Специальной экономической зоны "Международный центр приграничного сотрудничества «Хоргос», а также аналогичного международного центра «Таскала — Озинки» на границе с Россией. Третья часть инвестиционной конференции непосредственно касалась гонконгского опыта построения конкурентоспособной экономики, на который следует обратить особое внимание.
Так, значительный интерес вызвало выступление вице-президента Гонконгской фондовой биржи Лоренса Фока. С его точки зрения, в основе экономического успеха Гонконга лежало несколько факторов. Во-первых, благоприятный налоговый климат для инвесторов. Во-вторых, активное внедрение международного стандарта финансовой деятельности и менеджмента. В-третьих, главенство закона. Кстати, именно об этом и говорили уже упомянутые Кифер и Ширли. В-четвертых, хорошо развитая логистическая, транспортная и коммуникационная инфраструктура. В результате сейчас гонконгская фондовая биржа занимает восьмое место в мире по капитализации (1,465 млрд. долларов), а также третье место по росту фондовой активности (50 млрд. долларов). 27 октября 2006 года, впервые в истории этой фондовой биржи, произошло одно из крупнейших в мире первичных размещений акций (IPO) со стороны Индустриального и коммерческого банка Китая на сумму около 16 млрд. долларов. В то же самое время большинство инвесторов приходят из ЕС, Великобритании и США. При этом 30 процентов инвестиций идет со стороны местных компаний.
Важным дополнением к выступлению Лоренса Фока был доклад г-жи Джойс Хой, которая является директором департамента внешнеэкономических связей Совета по развитию торговли Гонконга. Мне кажется, что значимость ее выступления состояла именно в том, что она сделала акцент на тех естественных и искусственных преимуществах, повышающих его конкурентоспособность, которые имеет Гонконг.
На первое место она поставила предпринимательскую жилку людей. Затем, как следствие, — динамичную экономику. А в качестве благоприятного фактора особо выделила идеальное географическое расположение Гонконга на перекрестке оживленных торговых морских путей, что превратило местный порт в один из крупнейших мировых транспортных узлов. Но в мире есть много государств, где можно найти хотя бы один из таких факторов. Далеко за примером ходить не надо. Взять тот же соседний Узбекистан, где традиционно была высока рыночная ментальность местного населения и довольно неплохое географическое положение. Но отсутствие грамотной внутренней экономической политики не позволяет этой ментальности полностью вырваться наружу в рамках сохранения командно-административной системы. Получается, что все эти факторы, образно говоря, лишь сырье, глина, из которой можно слепить либо красивый кувшин, либо ночной горшок — в зависимости от желания и способностей мастера.
Не менее важным является то, что Гонконг, как, впрочем, и другие азиатские тигры и драконы, с самого начала заложил основу своей конкурентоспособности через создание правовой системы, основанной на законе, а не на понятиях и телефонном праве.
Как в свое время отмечал Энзо Маравати, руководитель программы TACIS для комитета по инвестициям Министерства индустрии и торговли, существуют универсальные параметры, влияющие на инвестиционную привлекательность любого государства. В частности, это эффективность бюрократии, высокий уровень доступности информации, независимость судебной системы и низкий уровень коррупции. В последнем случае Казахстан, по оценкам экспертов, — «середнячок» по уровню теневых выплат и предоставления необоснованных льгот. Одни подозрительные тендера чего стоят. Кроме этого, важную роль играют развитие инноваций, хорошая логистика для доступности местных товаров на международные рынки и большие инвестиции в человеческий капитал. Именно эти параметры лежат в основе экономического успеха Гонконга, Сингапура и Южной Кореи.
Получается, что сделать заявку на членство в списке конкурентоспособных государств мира — это лишь начало долгого и трудного пути, который не все смогут выдержать. Несмотря на то, что, согласно последнему отчету Всемирного банка и международной финансовой корпорации, в рейтинге по степени простоты условий для ведения бизнеса Казахстан занял 62-е место, опередив даже Россию. По технологическому индексу Всемирного экономического форума мы занимаем лишь 77-е место. При этом, по данным ЮНЕСКО, расходы Казахстана на научно-исследовательские опытно-конструкторские разработки (НИОКР) на душу населения составляют всего 11,4 доллара, что в 87 раз меньше, чем в маленьком и несырьевом Израиле.
В конце концов речь идет не только о создании институтов развития или привлечении инвестиций в инновационный сектор. Речь идет о глубокой реформе политической и судебной системы, которые делают правила игры для общества, государства и бизнеса не просто понятными, но и справедливыми. Ведь отсутствие справедливости ведет не только к резкому социальному расслоению, но и к опасности изменения контрактов. При этом непонятные и теневые правила игры опираются на слабую систему управленческих навыков бюрократического аппарата. Возникает странная ситуация, когда некоторые части бюрократического аппарата Казахстана более или менее соответствуют международным стандартам государственного управления, а другие (и их большинство) являются абсолютно неэффективными. Здесь существует опасность того, что низовые звенья чиновничьего мира страны будут абсолютно невосприимчивы к тем инновациям, которые будут спускаться сверху с целью повышения прозрачности и КПД всей управленческой вертикали. Но опыт того же Гонконга ясно показывает, что конкурентоспособность страны определяется конкурентоспособностью всех ее элементов, в том числе и низовых, будь то работа рядового чиновника, водителя такси или международного аэропорта. И когда в ожидании своего багажа в Международном аэропорту Алматы проводишь около часа, на что в других странах уходит максимум 15 минут, невольно приходишь к мысли о том, что одна эта мелочь может перечеркнуть все многочисленные презентации инвестиционной привлекательности Казахстана в глазах потенциального инвестора.
И хочется надеется, что создание Регионального финансового центра в Алматы не просто приведет к строительству помпезных бизнес-центров, но и будет способствовать формированию новой модели взаимоотношений между бизнесом, государством и обществом, которая впоследствии распространится на всю страну.

Досым Сатпаев, Алматы — Гонконг — Алматы